Невероятная подстава, или Хочу быть вашей мамой (СИ) - Ершова Светлана - Страница 18

– А ты мне что? – поинтересовалась, решив поторговаться.

– Мечом пользоваться умеешь?

– Нет.

– Как смотришь на обмен навыками?

– Положительно, но я бы предпочла освоить кинжалы.

– Тогда договорились? Каждое утро встречаемся здесь, – дождавшись согласного кивка, муж продолжил: – А сейчас в душ и на завтрак.

Я замерла, внимательно вглядываясь в его лицо. Как же хотелось спросить, зачем он меня поцеловал, но здравый смысл оказался сильнее. Я ведь была практически в бессознательном состоянии и не могла об этом знать. А если скажу, что мне пёс поведал о столь пикантной подробности, меня явно сочтут сумасшедшей. В общем, так и не решившись, я покинула тренировочный зал.

20

АРАМАЗД.

Проводил жену взглядом и только полминуты спустя понял, что по-идиотски улыбаюсь, глядя на закрытую дверь. Мгновенно вернул себе серьёзное выражение лица и отправился выполнять свой же приказ. То есть принимать душ. Желательно очень холодный.

Возня с Элей взбудоражила и предложение со мной позаниматься само сорвалось с губ. Не то чтобы мне очень уж нужны эти тренировки... Скорее привлекала перспектива проводить каждое утро с супругой. И я оказался прав: стоило Эльме вспотеть, и её запах менялся на чувственный, сладкий аромат, которым я готов наслаждаться всю свою жизнь.

Под ледяными струями простоял довольно-таки долго, пока разгорячённое тело успокоилось и прекратило требовать консумации брака. Пожалуй, меня никогда так не ломало. Когда был юнцом, и то тело бунтовало намного слабее. А тут... Даже не удержался вчера и поцеловал спящую девушку. На миг Эля открыла глаза, но в них стоял такой туман, что вряд ли она поняла, что произошло. Да и сегодня ни словом не обмолвилась об этом инциденте.

Уже почти оделся, когда в дверь требовательно постучали. На ходу застёгивая китель, выглянул в коридор и, заметив сердито поджавшую губы Дурану, спросил:

– Что стряслось?

Раньше она в мои покои не наведывалась и это настораживало.

– Я хотела с тобой поговорить!

– Ну проходи.

Оставив дверь открытой, не проверяя следует девушка за мной или нет, дошёл до кресла и сел, начав зашнуровывать берцы.

– Арамазд, я с самого рождения следила за воспитанием Стенли и Весты. Я практически заменила им мать, и считала что хорошо справляюсь со своими обязанностями! – выпалила Дурана на одном дыхании.

– А я вытащил тебя из долговой ямы, в которую ты едва не угодила после смерти отца, и привёл в свой дом. Прошу заметить, я не обязан был этого делать и помог только из-за просьбы жены позаботиться о её младшей сестре. Так и будем хвастаться друг перед другом какие мы молодцы или перейдём к делу?

– Если я тебе больше не нужна и ты не нуждаешься в моей помощи, что ж, так тому и быть. Я могу работать на кухне, чтобы не сидеть на твоей шее и не показываться тебе на глаза. Но унижать меня твоей супруге не позволю!

Я напрягся, поднял взгляд на шмыгающую носом девушку и потребовал:

– С этого места поподробней. Что произошло и при чём тут Эльма?

– Вчера твоя жена ворвалась в ученическую комнату, прервав занятия и оскорбив педагога, и отменила все уроки. Когда я попробовала вмешаться, сказала, что я здесь никто, а она герцогиня, и если буду лезть в воспитание детей, меня вышвырнут за дверь. Я всё понимаю, миссис Лонлин действительно хозяйка в этом доме, но если мои услуги вас больше не интересуют, я хотела бы узнать об этом от тебя и не в такой грубой форме.

– Подожди, что значит отменила все уроки? – нахмурился я озадаченно.

– То и значит. Вероятно, её мало интересует образование твоих детей.

– Я тебя услышал, можешь быть свободна, разберусь!

Покорно опустив голову, Дурана выскользнула в коридор. Сжав пальцами переносицу и прикрыв глаза, я пытался успокоить клокотавшую в груди ярость. Но чем больше думал о своеволии супруги, тем сильней хотел задать ей хорошую трёпку.

И всё-таки не выдержал! Резко поднявшись, я буквально ворвался в смежную комнату. Эльма уже протянула руку к двери, ведущей в гостиную, вероятно, собираясь спуститься к завтраку. Посмотрев на моё перекошенное от бешенства лицо, она побледнела и прошептала:

– Арамазд... Что произошло?

– Какого... лешего ты лезешь в воспитание моих детей?

– Ты не говорил, что мне нельзя вмешиваться в их образование! – подбоченилась супруга, сразу сообразив в чём дело.

– Отменить занятия и «вмешиваться в образование» разные вещи, Эля!

– Не понимаю, почему ты так взбеленился! Стенли уже на два-три года опережает своих сверстников, Веста, кстати, тоже. Они не видят детства, целыми днями сидя за учебниками. Скажи, ты лазил по деревьям, обдирал колени, ловил рыбу? А почему они не могут этого делать?

– Не в ущерб учебной программе же! Я не понимаю, чего ты добиваешься? Хочешь, чтобы они выросли дебилами? Не слишком долгосрочная месть за пару пакостей?

– Я не мщу детям. И с чего они дебилами-то должны стать? Вполне достаточно...

– Чего? Превратить их в малоразвитых олухов? – рявкнул, не позволив супруге договорить. – Запомни одно важное правило: не смей совать свой носик в воспитание моих детей! Своих нарожаешь, их и воспитывай!

– А с чего вдруг я их нарожаю? Если ты не забыл, мой муж со мной не спит – это раз! Изменять я ему не собираюсь – два, ну и... Ты не слышал о непорочном зачатии? Нет? Тогда я буду совать свой носик, куда захочу! Своих-то детей мне не видать, значит, стану мамой твоим!

От столь пламенной речи я растерялся, запал и тот весь прошёл. Стоял и ошеломлённо смотрел на супругу, не в силах хоть что-то сказать в ответ. Зато её уже было не остановить.

– Что застыли, ваша светлость? Слушать ты меня не желаешь, даже оправдаться не даёшь, а я не собираюсь общаться с тобой в таком тоне. Покинь мою спальню! Мы вернёмся к этому разговору, когда ты остынешь и перестанешь пускать пар из ноздрей, драконище бешеное!

Высказавшись, эта сумасшедшая сама выбежала из комнаты, не забыв напоследок громко хлопнуть дверью.

Ар-р! Я сейчас не только пар из ноздрей пускать начну, но и огнём плеваться! Вот что за жена мне досталась? То отметелить пытается, то отчитала, как мальчишку.

Чтобы не ринуться выяснять отношения дальше, подскочил к окну и, распахнув створки, запрыгнул на подоконник. Уже спустя пару секунд, рассекая воздух крыльями, я удалялся от замка на максимально безопасное расстояние. Безопасное для Эльмы, а то уж больно жгло желание вернуться и отходить по попке дорогую супругу.

Правда, дракон пришёл к выводу, что лучше наказывать поцелуями. Тоже мне советчик! Оказывается, целоваться со мной это наказание! Похоже, этот предатель переметнулся на сторону Эли: защищать её требует, целовать...

21

ЭЛЬМИРА.

В груди пекло от обиды и злости. Разумеется, я догадалась, что Дура нагородила небылиц. Скорее всего, сказала, что я совсем занятия отменила, а не сократила до приемлемой нормы. Понимаю реакцию отца на такое решение, но... Он же мне даже слова в свою защиту вставить не дал! Вот меня и понесло.

Как это ни странно, но я была уверена, что это недоразумение мы урегулируем, когда оба остынем. Более того, герцог меня поймёт и поддержит! Соответственно, я не отступлю, а Дура ещё пожалеет о попытке меня подставить.

Сбежав по ступеням, я вихрем влетела в столовую. Сегодня дети и тётушка уже сидели на своих местах в ожидании нашего с мужем появления. Тарелки и те уже были наполнены заботливыми слугами. Как в этом доме заботятся обо мне, я прекрасно осведомлена, поэтому под ошеломлённые взгляды села во главе стола.

Занимать свой стул и тем более есть из своей тарелки я не собираюсь, к тому же... Что-то мне подсказывает, этим утром супруг к нам не присоединится.

– Что ты себе позволяешь? – гневно выдохнула наконец оклемавшаяся от шока Дура.

– Вы! Ещё раз мне «тыкнешь», я тоже «тыкну», только вилкой в глаз! – осадила нахалку. – Смущает, что я села на место своего мужа? Что ж, можешь занять моё.