Тени старого мира (СИ) - Демин Игорь - Страница 72

Любава схватила пистолет-пулемет и выпустила очередь куда-то за спину ловчего.

Легко отскочивший с линии огня Кремнев растекся в пространстве и через миг аккуратно вынул из ее руки оружие.

— Мам, ты опять? Мам, ну чего ты? Я же просил тебя, не приходить. Сама же говоришь, потом и сердце шалит, и нервы ни к черту. Это ты их? — он кивнул на еще не полностью втянувшихся в пол Березкина и Суркова. — Ну, мам… Ну зачем? Пойдем, я провожу тебя к выходу. Лекарства нужны какие-то? Давай я пошлю кого-нибудь на склад.

Он оглянулся на Босого и, довольный, подмигнул:

— Повоюем, товарищи.

Обнял Любаву и повел ее из комнаты.

Травница в отчаянии повернулась к застывшему Босому.

— Ну чего ты стоишь⁈ Чего пялишься, дурак⁈ Он же не выпустит тебя! Неужели ты еще не понял⁈ Им с самого начала было все равно, выиграют они или проиграют. Им нужен был ты. Нужно было продержать тебя здесь две недели, потому что на пятнадцатый день ты уже не сможешь уйти. И твои девчонки не смогут. Никогда!

Зоя лежала на полу, счастливо улыбаясь чему-то во сне, но Босой без труда представил, как она кричит ему в лицо: «Убей его! Убей! Ты должен! Должен! Должен!».

Активирован поиск слабого места

Выносливости осталось всего сорок процентов, но Босой знал, что справится.

Оружейные склады встретили слабым мерцанием ярких белых ламп. Любава была уже сегодня здесь, но тогда она выглядела по-другому. Еще оставались силы, еще действовала таблетка с конской дозой кофеина, еще не швыряли ее об стену и не расспрашивали о прошлом, что ранило почище любого оружия.

Винтовка, прежде лежавшая на спине ровно и воинственно, сползла на бок, цеплялась за двери и углы, скреблась о стены. Поправлять ее не хотелось, как не хотелось и прийти в себя, взбодриться, шагать вперед уверенно и быстро. Куда торопиться? Зачем торопить время, которого осталась так мало?

В коридоре почти у выхода лежал мертвый гррах. Когда-то давно, кажется, вчера утром, Любава и мечтать боялась уничтожить хотя бы одного их них. И вот он лежит, убитый собственными руками, но в душе ни радости, ни черного злорадства.

Все что могли, гррахи с жизнью Любавы уже сделали. Все, что хотели отнять — отняли. Все, что хотели уничтожить — уничтожили. Так что, одним больше, одним меньше. Разницы уже никакой.

Зная, что ей предстоит, травница попыталась очистить разум от любых волнений, тревог и вообще мыслей. От теневиков, особенно от их главаря, это не спасет, но позволит подольше не привлекать внимания. Тем более, что цель ее путешествия лежала за пределом черты контроля главного монстра логовища.

Только одно воспоминание не хотело уходить из головы: как сделал первые шаги сын. Они с мужем взяли тогда отпуск и полетели на море. В прошлом, это не составляло труда. Пара часов — и ты уже на берегу, у ласкающих ноги волн.

Они сняли семейный номер и стали собраться на пляж, когда будущий комендант Гранитного, целясь за простынь, сам поднялся на ноги и пошел вдоль кровати, гордо выпрямив спину.

— Смотри как идет. Генералом будет! — усмехнулся Михаил.

Он и не подумал помогать ребенку. Сам встал, сам пусть и идет.

Любава бросилась к сыну, подхватила на руки и только в этот момент сообразила, ведь надо было снять на видео, или хотя бы сделать фото первых шагов, таких смелых и самостоятельных.

Но нужно было забыть и это. Хотя бы на время.

Невидимую границу Любава переступила с полностью пустым сознанием.

Три шага оставалось до нужной точки. Винтовка встала на встроенные подножки. Единственный патрон в промокшем от растаявшего льда кармане уже начал нагреваться, но до критической температуры еще далеко.

Патрон скользнул в ствольную коробку, дождался удара бойка и выпустил маленькую ядерную бомбу точно в узкую щель приоткрытых ворот склада. Точнее целиться необходимости не было. Весь зал был уставлен коробками со взрывчаткой, минами и бомбами, десятки лет ждавшими своего часа.

Маленький ядерный взрыв запустил мгновенную цепную реакцию, поставив в истории «Объекта Гранитный» окончательную нестираемую точку.

Когда гора подломилась и над долиной пронесся оглушающий грохот, Зоя все еще спала, мирно посапывая на груди распластавшегося на траве Винника.

Старик не реагировал на попытки разбудить, но дыхание поднимало грудь, живчик на шее бился, а зрачок сузился, когда Босой поднял ему веко. Как чудища реагирует на разбитое «сердце», ловчий никогда не задумывался, а тут увидел воочию, и оставалось только ждать — очнется бывший изгой, или погибнет вслед за породившим его логовищем.

Гора грохотала и понемногу оседала, заволакивая склоны клубами пыли.

Уничтожение **** *** — провалено.

Уничтожение ***** **** — провалено.

Квесты на убийство спрута и главаря теневиков посерели.

Их убила Любава, и хотя Босой и принял в ее «победе» немалое участие, ему они не зачлись.

Зато зачлось убийство Кремнева, за что Босой получил нераспределенный параметр и колько «Союз +1».

— Нашел⁈ Где ты ее нашел? — из перелеска выскочила запыхавшаяся Рина.

Она долго бежала, когда поняла, что Зоя не появлялась на ферме. Шла остаток ночи и утро, обыскала все овраги и кустарник в округе. Потеки пота на ее лице покрылись пылью. На штаны и ботинки налипли слои колючек.

Босой протянул ей фляжку с водой, умыться. Рина ополоснула лицо и руки.

— Где она была?

— А ты как думаешь?

Рина ударила себя мокрым после умывания кулаком по колену.

— Вот чертовка!

Босой поднял палец вверх.

— Она говорит, что она не чертовка, а герой. Кажется, они с Лаской замочили грраха.

— Вдвоем⁈

— Кажется, вдвоем. Я еще не спрашивал. Любава ее усыпила чем-то перед тем как…

Рина словно бы только заметила обрушающуюся гору.

— А там что? Как вы выбрались?

— Там тоже Любава. Думаю, она как-то подорвала оружейные склады.

— Зачем⁈

— Это сложно объяснить вот так, сразу.

Рина вскочила на ноги.

— Вы…

— Она в своем праве.

— Вы сошли с ума! Вы все сошли с ума, черт вас подери!

Босой поднялся вслед за ней.

— Рина…

Он попытался взять ее за руку, но девушка отстранилась, как будто он мог заразить ее отвратительной смертельной болезнью.

— Не трогай меня! Сколько раз тебе говорить, не трогай меня никогда! Ты — долбанный псих, раз позволил ей это сделать!

Она схватила свой рюкзак, вскинула его на спину, повернулась, чтобы уйти, но вдруг словно что-то вспомнила, присела рядом с Зоей и потрепала ее за плечо.

Девчонка, как ни странно, открыла глаза. Ей снилось что-то приятное, и на лице ее играла улыбка.

— Привет. Тебе уже сказали, что я — герой?

— Сказали. Именно поэтому я оставляю тебя и Ласку со спокойной душой.

Улыбка сползла с лица Зои.

— Оставляешь?

— Мне надо идти. Прощай. Может еще увидимся.

— Куда ты? Погоди, я тебе еще не все рассказала. Знаешь, что мне только что приснилось? Что ты и Босой, что вы…

— Извини, я бы поболтала с тобой, но тороплюсь.

Рина поднялась и зашагала к ближайшему холму так быстро, как только могла, чтобы при этом не казалось, что она убегает.

Зоя повернулась к Босому.

— Ты что, дурак? Ты чего сказал ей⁈

Босой в ответ сумел только пожать плечами.

— Ты чего натворил? Говори!

— Да ничего я…

— Ты чего стоишь-то⁈ — прервала его Зоя. — Ты чего, не видишь, что она уходит⁈ Уходит, дурак! Уходит! Да чего ты стоишь как столб, не видишь, уйдет же сейчас! Эй, Рина, подожди! Наш дурак тебе кое что хочет сказать!

Она перевела взгляд назад на Босого.

— Ты же хочешь? Эй, Рина, он хочет! Да стой ты я тебе говорю. Ну чего ты стоишь, дурак, догоняй!

Рина не оглядывалась и не останавливалась. Босой же, сколько не кричала на него Зоя и сколько не толкала вперед, не двигался с места.

Даже если сейчас переступить через себя и побежать вдогонку, даже если признаться себе, что этого хочется намного сильнее, чем сохранить гордость, догнав, придется что-то говорить. Нужен Аргумент.