Бюро добрых дел (СИ) - Еланов Михаил - Страница 49

Пленные лежали тихо. Казалось, что они стараются даже не дышать.

Сарич сел в свое кресло. Дальше летели молча.

Главы 33-34

Глава XXXIII. Кулак-молодец.

В батальоне Крафта начался панический спектакль. Когда командир взвода саперов доложил о готовности, комбат произнес:

– Ну, с Богом, – и перекрестился по-православному справа налево.

– А ты когда православным стал, англиканин? – с дружеской язвительностью в голосе спросил Мунгелес.

– Уже давно. А думаешь, назначили бы меня командовать этим батальоном? Здесь все православные.

Крафт позвал одного из командиров взвода, пробегающего мимо.

– Ты не видел отца Иоанна?

– Он пошел в пятый, – не останавливаясь, произнес взводный. – Обещал прийти к вечеру.

Раздался взрыв.

– А теперь по местам через пятнадцать минут приедут, – скомандовал Фердинанд.

Друзья разошлись по палаткам.

Когда Крикун и Горидзе прикатали к лагерю, они увидели картину всеобщей паники.

Одна палатка лежала на земле. Еще одна порвана. Посреди поляны воронка и что-то горело. Выносили раненых. Кругом крики.

– Это не я, – с наигранными оправдательными нотками в голосе сказал Джордж. – Интересно кто это конкурент? Или сами что напутали?

К ним подбежал боец оцепления. Козырнул. Обратился к Георгию.

– Вас срочно в пятую палатку. А вас, – он повернулся к Крикуну, – попросили оставить мотоцикл там, – солдат показал на группу елочек. – И подождать.

Джордж пожал печами и пошел ставить транспорт. Горидзе побежал к пятой палатке.

В это время откинулся полог соседнего шатра. Оттуда высунулась голова Мунги:

– Иди сюда бегом, – Фердинанд махнул рукой в сторону входа.

Интуиция подвела Джорджа. Он почти вбежал в палатку. Внутри было темно и пахло чем-то вкусным. Чем он не успел понять. Огромный, размером с баскетбольный мяч кулак воткнулся в его живот. Первое время Крикун не мог дышать. Он не мог думать. Что-то анализировать.

Его просто связали подоспевшие бойцы и убедившись, что бывший командир задышал воткнули ему в рот кляп.

– Вот такая мататиза, – произнес Фердинанд и похлопал его по спине.

Крикун пришел в себя и попытался вырваться. Он что-то мычал, извивался. Однако все было тщетно. В конце концов, как волк, попавший в капкан, Джордж успокоился и смирился.

– Ну и молодец, – произнес Мунга и вышел из палатки.

Вверх взлетела красная ракета.

С Горидзе все произошло примерно так же. Такой же по размеру кулак. И вот он лежит связанный в углу палатки.

Крафт подошел к бывшему заму и таким же, как Мунгалес жестом похлопал Георгия по спине:

– Ну, ничего, потерпи. Скоро приедет железный ящик, и веревки с тебя снимут.

Льюис вышел на улицу и пустил зеленую ракету. Паника в лагере остановилась. Операция закончена. Бойцы приступили к ликвидации беспорядка.

Крафт шел по палаточному городку и одобрительно похлопыванием по плечам своих подчиненных. Мунгалес ждал его около уазика.

– Я к штабу, – сказал Фердинанд. – Пока разбирайся.

Он сел в машину и покатил из лагеря. Теперь подготовка к операции по ликвидации гнезда авархов. Скоро должны прибыть командиры приданных подразделений.

Глава XXXIV. Комбайн для урожая.

Палыч закинул снасть в озеро и плюхнулся на лавочку. Тишина и спокойствие, которое здесь царили, контрастировали с теми событиями, которые стремительно развивались где-то рядом.

Он любил вот так спокойно сидеть у водоема и смотреть на поплавок. А если тот начинал подергиваться, Анатолий получал действительно истинное наслаждение.

Вот и сейчас поплавок дернулся и нырнул. Рыбак ловко дернул удочку, подсек, и вытащил снасть из воды.

На крючке болталась рыба размером с ладонь. По окрасу она была похожа на окуня, однако не имела шипов на плавниках.

– А это кто? – спросил Бельский у Голанича, снимая рыбу и отправляя ее в висящий под мостками садок.

– Это псевдоокунь. Обрати внимание. У него нет оборонительных шипов. Хотя это такой же хищник как на земле, – он передал Анатолию коробочку с наживкой. – Однако здесь нет более крупного пресноводного хищника. И ему не от кого обороняться. А человек здесь завелся совсем недавно.

Палыч надел наживку на крючок и закинул снова снасть в воду.

Владимир встал, повернулся спиной к Сидону и продолжил принимать солнечные ванны.

Рыбалка шла прекрасно. Бельский поймал еще с десяток разнородных рыбин. Местный карась, что-то очень похожее на красноперку, но более круглое. И конечно еще двух окуней.

Голанич внес в общий трофей еще пять крупных водных хищников.

Горелов повернулся к Сидону правым боком. Он лениво изменил наклон головы и указал пальцем на лес:

– Вон красная ракета.

Все посмотрели в указанную сторону. Ракета, догорая, падала вниз. Через несколько секунд вверх взметнулась зеленая ракета.

– Теперь пора, – сказал Бельский. Он достал из кармана джинсов пульт, поднял его вверх и нажал кнопку. Единственную красную кнопку на всей пластиковой коробочке.

Флагманский крейсер перешел на ближнюю орбиту. Из его недр вылетел «арестантский» катер, который направился к поверхности Мёбиуса.

Через пятнадцать минут десантные корабли также направились на ближнюю орбиту. На грунт стали опускаться контейнеры с войсками и техникой. Кабины транспортников направились к штабу.

Около штаба стояли Санчес, Мунгалес и Максим Жаров. Они наблюдали за посадкой катера Косбезовцев.

Судно опустилось на посадочную площадку. Входной люк открылся. Из люка вышел офицер в сером полетном комбинезоне. Его сопровождали четыре дюжих молодца.

Офицер козырнул собравшимся:

– Командир транспортной группы капитан Куранский. Андрей, – добавил он.

Потом поздоровался с присутствующими. Сопровождающие его бойцы, молча стояли чуть в стороне.

– А вас я знаю, вы Фердинанд Мунгалес, – здороваясь с Мунгой сказал капитан.

– Все меня знают. А ты откуда?

Куранский улыбнулся: