На полпути в ад - Кольер Джон - Страница 124

Короче, тем же вечером, когда они втроем прогуливались по парку Хэмпстед-Хит, Гарри наговорил Белле кучу приятных слов, слов, и только, а все его красноречивые взгляды достались одной Еве.

Белла сразу почуяла опасность. А она-то надеялась, сполна вкусив с привлекательным юношей смертных грехов, отбыть с его душой в родную преисподнюю. За душу архитектора, тем более приверженца классического стиля Андреа Палладио, она рассчитывала получить прекрасную виллу неподалеку от самого удобного и престижного в Аду района. Представляете, какое горькое разочарование почувствовал бездомный демон, его можно было сравнить лишь с яростью отвергнутой женщины, коль скоро демону и женщине выпало на этот раз сосуществовать в единой плоти.

Видя, как Гарри день ото дня все больше влюбляется в ее белокурую подругу, она решила дополнить троицу четвертым: им оказался некий молодой брюнет, не такой жгучий, как сама Белла, с которым она познакомилась на танцах и уже считала своим приятелем.

Она как– то обронила, что Еве скоро достанется солидное наследство. Этого обстоятельства в соединении с упомянутыми Беллой светлыми локонами и кротким нравом было достаточно, чтобы Валентине захотел во что бы то ни стало познакомиться с такой замечательной девушкой.

– Можешь не суетиться, она на тебя все равно не клюнет, – сказала ему Белла, – она уже по уши втюрилась в Гарри Петтигрю, которого, между прочим, я раздобыла для себя, а не для нее. Вот если бы ты сумел внушить ему, что она и к тебе неравнодушна. Его величество такого оскорбления не переживет и мигом слиняет.

Нельзя не отметить, что порой Белла употребляла на редкость вульгарные выражения, типичнейший дьявольский порок.

Ее кавалер, которого она с такой ловкостью обрекла на муки ревности, очень скоро стал щедро одарять ими своего соперника. Например, в воскресенье, когда они уже вчетвером бродили по тенистому Кен-Вуду, он под нехитрым предлогом заставил Беллу и Гарри замешкаться, а сам, как только извилистая лесная тропа в очередной раз свернула, поднял руку, якобы намереваясь обнять свою спутницу. На самом деле он к ней даже не прикоснулся (иначе бы ему здорово досталось), но Гарри, подойдя, должен был заметить, как торопливо отдернутая рука Валентине только что обвивала податливую девичью талию.

Несколько раз специально оставшись с Евой наедине, он выжидал, когда на пороге появится Гарри, и с взволнованным видом от нее отшатывался. Мало того, услышав за дверью шаги соперника, он обязательно причмокивал губами, беззастенчиво подражая звуку поцелуя. Однажды, когда Белла уехала на выходные и Евы тоже не было дома, он додумался швырнуть к Еве в окошко свой носок.

Вот тут Валентине явно перестарался. Ибо когда Гарри и Ева вернулись с прогулки, молодой человек был настолько ошеломлен появлением этого носка, что не мог больше скрывать свои страдания; поинтересовавшись (как бы между прочим), кому принадлежит злополучный носок, он обрушил на нее целую лавину подозрений, терзавших его больше месяца, и его тут же стали уверять (о счастье!), что он совсем, совсем не прав, уверять так горячо, так искренне, да еще с таким ангельским видом.

За уверениями последовало не менее восхитительное примирение, открывшее им, что их любовь близка к истинному совершенству. В сущности, для достижения такового недоставало единственного компонента, который, впрочем, по мнению многих авторитетных философов, немногих отцов церкви и всех исключительно молодых влюбленных, является основным и без которого качественного совершенства достичь невозможно. Мужчины всегда жаждут истинного совершенства, а ангелы непременно его достигают. Наша юная чета не собиралась этих правил нарушать, и после нежнейших препирательств было решено дождаться, когда все в доме уснут, и этой же ночью в спальне Евы непременно довести совершенство до нужной кондиции. Разве можно достигать совершенства без соблюдения приличий, спросят моралисты, но напомним им, что в Раю не женятся и не выходят замуж, и с будущими архитекторами такое приключается крайне редко.

Оказывается, в этот день, задолго до назначенного нашими влюбленными часа, вернулась Белла и прямиком отправилась к своему сообщнику, чтобы обсудить с ним весьма смелые планы достижения их вожделенных целей. В итоге был выбран самый смелый. Дождавшись ночи, Белла проберется к Гарри, а ее смуглый кавалер сыграет роль Тарквиния в спальне у Евы.

К месту действия они двинулись уже за полночь. Стояла кромешная тьма, ни луны, ни звезд; ни одного светящегося окошка, поскольку все жильцы уже легли спать; не было света и в комнате Гарри, поскольку не было его самого; не было света у Евы, поскольку у нее был Гарри.

Белла, ничегошеньки не подозревая, поднимается к Гарри и, никого не обнаружив, укладывается в его постель, надеясь порадовать хозяина небольшим сюрпризом.

Немного погодя на сцене появляется и ее черноволосый напарник. Одолев с грехом пополам лестницу, он останавливается у нужной двери и слышит чей-то лепет: это юные влюбленные уже обменивались восторженными впечатлениями о наисовершеннейшем компоненте совершенства. Подумав, что это еще второй этаж, Валентине идет дальше, открывает дверь в комнату Гарри и в абсолютной темноте атакует Беллу, она же, восхищенная его боевым пылом, убедительно дает понять, что готова покориться завоевателю.

Прошло несколько часов, добро насладилось счастьем, поистине достойным добродетели, а зло получило взамен суррогат, который, собственно, и заслужило.

Когда забрезжило утро, наш милый Гарри трогательно поблагодарил свою возлюбленную, уверяя, будто она настоящий ангел и теперь он знает, что такое Рай.

Ну а Белла и ее приятель тем временем осыпали друг друга вместо ласковых слов проклятьями. Однако у них хватило благоразумия признать, что хороший суррогат все же лучше, чем ничего, и были они уверены, что в спасительной темноте всегда смогут продлевать сладкий обман, но это, подозреваю я, не совсем им удалось.