Командировка Дерена 2 (СИ) - Бэд Кристиан - Страница 29

Вдруг он так наловчился в своей паутине, что на парней рухнет потолок?

Услышав про такую возможность, Рэм наотрез отказался рисковать жизнью Анки, на которого парни поначалу делали ставку в плане развода и запугивания Имэ.

Анка, конечно, спорил: он ведь не военный, и приказ для него ничего не значил. Но Рэм только мотал головой, не желая ничего слушать. Дерен поручил ему охранять брата эрцога, и точка.

Оставить Анку в усадьбе леди Антарайн Рэм не мог, только брата эрцога Хьюго могли выпустить из «Белых лис», оцепившие всё вокруг полисы.

Но позволить ему драться с Имэ?..

В конце концов решили, что к Имэ пойдёт один Рэм, ему не очень-то опасны даже падающие крыши.

Остальные будут ждать в саду, окружающем особняк. И если Рэму не удастся достучаться до совести бывшего регента, запугать его или ещё как-нибудь договориться, в силу вступит план «бэ».

Парни подожгут логово Имэ.

Уж это точно выбьет бывшего регента из сосредоточения как минимум на всю ночь, и ему будет уже не до ментальной войны с Дереном.

К поджогу взялись готовиться основательно. Проникли в ремонтный бокс, где обслуживали катера, раздобыли горючую краску.

Больше ничего подходящего не нашлось.

Мартин предложил закупить готовую зажигательную смесь у своих не самых законопослушных приятелей, и Анку отправили к леди Антарайн с просьбой разрешить парням устроить пикник.

Леди долго ругалась: она была озабочена судьбой Сайко и ждала этого же от юных гостей. Она даже отменила танцы, которые традиционно проводились в усадьбе в тринадцатый день первого летнего месяца.

Но Анка недаром ел свой хлеб переговорщика. Он сумел объяснить, что пикник парни организуют совсем не от радости, а вовсе наоборот. Чтобы отвлечься от тяжких дум и не глядеть на стены, где совсем недавно они так хорошо проводили время вместе с наследницей.

Он даже глаза начал вытирать. Его белоснежная шевелюра обеспечивала ему красноватые глаза, альбиносы — они такие. Стоило их слегка потереть…

Леди Антарайн смягчилась: назначила пикник на завтрашний вечер. Может, к тому времени подоспеют и хорошие новости о наследнице?

Анке разрешили отправить в город катер за каким-то особенным мясом и минералкой со специями. А уж друзья Мартина постарались, чтобы в бутылках оказалась совсем не минеральная вода.

Оставалось дождаться ночи и сымитировать для полиции звонок Хьюго. Мол, эрцог срочно требует Анку домой.

Ну и смыться с ним под покровом ночи.

Тут главное, чтобы не заметили слуги, а то придётся ломать комедию ещё и для леди. Полисам-то было совершенно плевать, кто и зачем будет сопровождать брата эрцога Хьюго Тьсимьена. Заберутся в катер и слиняют, делов-то. До утра никто и не хватится.

А утром…

Рэм понимал: если придётся применять план «бэ», то их сто процентов накроют или полисы, или охрана Линнервальда. Но молчал.

Один бы он ушёл и от людей Линнервальда, но не бросать же ташипов.

А значит, не нужно и продумывать возвращение в усадьбу. Сюда их и привезут, и проводят до апартаментов в самых надёжных наручниках.

Может, поэтому Мартин и ржёт. Для него последствия поджога особняка могут быть похуже, чем для Анки и Тима.

Майле-то — ладно. Глупая девочка. Парни, гады, заставили. А вот Мартин…

Плюс сигнализация, плюс — зажигательная смесь…

Однако Мартин своих сомнений вслух не высказывал. Рэм не очень понимал почему, но был благодарен контрабандисту за выдержку.

А вот Анка всё никак не мог успокоиться. Вертелся в кресле, вскакивал, делая пару тройку шагов, снова возвращался за стол и утыкался в коктейль.

— Да не трусь ты, — сказал Рэм. — Нормально всё будет. Первый раз рискуешь, что ли? Ты же Дерена на дуэль вызывал, значит, не трус.

— Да я не боюсь! — взвился Анка. — Вернее, боюсь! Что ты один только спугнёшь его! И всё тогда без толку! Ты лучше вообще туда не ходи. Зачем? Просто мы сразу… Ну это… Другой план.

— Во-первых, мы можем ошибаться, — повторил свои аргументы Рэм, стараясь говорить максимально обтекаемо для чужих ушей. — Может, это не он?

— Вот и я про то же! — опять подскочил Анка. — Так он тебе себя и выдаст! Прикинется больным старым козлом, мол, знать ничего не знаю, а исподтишка вызовет… этих, ну… Понял?

Рэм понял.

Анка опасался, что, пользуясь неосведомлённостью Рэма, Имэ сыграет с ним в незнанку, а сам втихаря вызовет полисов, и тогда поджог может не выйти.

Чтобы развести бывшего регента на откровенность, нужно было многое о нём знать, уметь общаться с аристократами. Этого навыка у пилота не было.

— Ну… тогда проще сразу устроить «бэ», — кивнул Рэм и нахмурился: весь план летел к чертям.

— Нет, — не согласился Анка. — Дело даже не в том, он это или нет. А в том, что устроив просто так Хэд знает чего, мы будем действовать как бандиты, а это недопустимо по кодексу. Тварь должна признаться! И дать нам понять, что ничего мы с ней сделать не сможем. Ты тогда сделаешь запись разговора на свой браслет. И у нас будут доказательства.

— То есть, ты таки предлагаешь идти вдвоём?

— Ну, а как?

— А если крыша?

— Ну, ты же профи, ты меня вытащишь!

Рэм хмыкнул. Такой риск для Анки ему очень не нравился. Но ведь и в самом деле нехорошо поджигать особняк из-за одних только подозрений.

— Хоть расспросить бы кого, на что он способен, — вздохнул Рэм.

— Брата я не могу спросить, — развёл руками Анка. — Он нас сразу сольёт. Он меня знает, как абрикос. И по лицу читает, типа твоего Дерена.

— Ну а другие какие-то знакомые у тебя есть? Кто в теме, но чтобы надёжный?

— Данни! — вдруг сказал Тим. — Он из нас был самый способный и готовился стать главой семьи. Масштабы, конечно, несопоставимы с эрцогами, но в общих чертах он что-то расскажет.

Рэм хмыкнул и кивнул: «хоть что-то» — лучше, чем ничего.

Стемнело.

Заговорщики ушли для вида в свою комнату. Завалились по кроватям.

А потом Мартин, уже разобравшийся и с системой домашнего интеллекта усадьбы, зациклил воспроизведение с камер.

Охрана могла теперь до одурения смотреть, как повторяется кусок записи: все парни спят на кроватях в своих комнатах, а Майле задремала в кресле у стола.

«Спящие» же осторожно выбрались в окно, миновали двор, проскользнули мимо стоянки катеров, маскируясь за разномастными летунами.

Когда Анка решил, что случайный слуга уже не увидит парней с крыльца, он бестрепетно направился к полисам.

Спина у него выпрямилась, башка задралась. Даже сзади с него уже можно было писать картину: я самый наглый из здешних аристократов!

— Мне нужно разрешение на вылет, — бросил он полису, ухитряясь глядеть на здоровенного мужика сверху вниз. — Кто тут этим заведует?

Мужик открыл было рот, пытаясь завернуть парней, но Анка сделал то, что не позволял себе Дерен: резанул глазами, окатив беднягу волной страха.

Знати так было можно. Анка был тут в своём праве: он торопился и наказывал полицейского за нерасторопность.

До Рэма только сейчас дошло, почему Анка так охотно вызвал Дерена на потешную дуэль. Он не мог даже представить ментального сопротивления от простолюдина.

Слышал о том, что Дерен — истник, но… не верил.

Анка привык распоряжаться людьми с самого детства, хоть и умел так мало, что Рэм, стоя рядом, почти не ощутил наката.

Полису, однако, хватило. Да и Майле в страхе прижалась к Мартину.

Контрабандист не дрогнул: ему уже было с чем сравнить ощущения.

На помощь первому полису, не разобравшись, прибежали ещё четыре. Но это они сделали зря.

Анке слишком сильно досталось от жизни за эти два дня. Теперь он с яростью срывал на плебеях всё накопившееся раздражение.

Рэм скептически молчал. Но когда их катер выпустили со стоянки — вела Майле, у неё были при себе документы, как у личного водителя леди Сайко — пилот влепил Анке подзатыльник.

— Ты чему-то вообще учишься? — спросил он. — Типа — тебя обидели, и ты сразу пошёл мстить? А где вся ваша грёбанная философия? Где работа над собой?