"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ) - Рубанов Андрей Викторович - Страница 181

— Деньги в сейфе! — заорал я, спеша опередить выстрел.

И — опередил. Миг царила тишина, от которой судорогой сводило кишки, а потом меня вкрадчиво спросили:

— Какие деньги?

— Гуревича! — ответил я и по собственной инициативе добавил: — Сейф в караулке!

— Ты откуда знаешь? — потребовал объяснений, судя по голосу, автоматчик.

— Видел. У меня дубликат ключей есть! Он не знал!

Вновь тишина и наверняка — обмен взглядами. Потом очередной вопрос.

— Сколько там денег?

— Много. Я не считал.

Но излишней доверчивостью бандиты не отличались, они обратились за разъяснениями к Леониду. Донёсся отзвук крепкой затрещины, и автоматчик вновь прорычал:

— Ты об этом что скажешь?

— Не знаю! — выкрикнул в ответ Лёня. — Папа ничего не говорил!

Идиот! Ну что ему стоило подыграть?!

Андрей скосил на меня глаза, и я понял приятеля без слов. Меж лопаток так и зудело в ожидании скорого выстрела, пришлось придать своему утверждению дополнительной убедительности.

— Я беру оттуда понемногу налички! Валюту не трогаю, только рубли. Посмотрите в сумке! Она на диване!

Почти сразу вжикнула молния, донёсся шум вытряхнутых на пол пачек.

— И это — немного? — уточнил тип с пистолетом.

— Я уже пару раз брал, никто не заметил!

— Ключи где?

— В кармане!

Послышались медленные шаги.

— Дёрнешься — пулю схлопочешь!

Почти сразу в боковой карман спортивных штанов нырнула чужая рука; бандит завладел ключами и быстро отошёл.

— Где караулка? — уточнил он.

— Слева от входа. Ключ от сейфа самый большой.

— Сходи и проверь, — сказал автоматчик и прикрикнул на Лёню: — А ты марш к стене! Всем руки на затылок, пальцы в замок!

Я выполнил распоряжение, и потянулись утомительные минуты ожидания. При малой толике удачи бандит вполне мог совладать с заедающей дверцей и тогда…

Тогда не будет уже ничего.

Полагал, у меня серьёзные проблемы, а что в итоге? Жду выстрела в затылок от каких-то непонятных отморозков! Ирония судьбы да и только!

Мне бы помолиться, а вместо этого начал напевать привязавшуюся песню. Не сказать, что увлёкся, но, когда раздался голос вернувшегося бандита, не удержался и вздрогнул.

— Сейф не открывается! — раздраженно выпалил убийца.

— Ключ не подошёл? — спросил автоматчик с нескрываемой злостью.

— Подошёл! Просто не открывается! Дёргаю — и ничего!

Я рискнул пояснить:

— У него дверца заедает. Надо ручку вверх и влево потянуть.

— Сука! — прозвучало в ответ, и вновь по бетонному полу застучали быстрые шаги.

Потом — тишина.

На этот раз возвращения бандита я дожидался с куда большим воодушевлением. Боялся просто до одури, аж поджилки тряслись, но уже не бездумно ждал своей участи, а мысленно продумывал дальнейшие действия. Если всё пойдёт как надо. Если…

— Не открывается! — заорал бандит прямо от входа, быстро приблизился, рывком развернул меня и упёр в скулу ствол ПМ, да так что ссадил кожу. — Завалю!

Затрясся от страха я без всякого наигрыша, наверное, это и спасло. От загнанной в угол крысы ждут яростного оскала и беспримерной отваги, никто не боится жалких трусов. Трусов используют и презирают. Мой случай исключением не стал.

— Пошёл! — Рывок заставил сделать насколько шагов к выходу в коридор, и тут же последовал новый окрик: — Руки на затылок!

Я уже выходил из мастерской, когда автоматчик посоветовал:

— Дёрнется, вали его сразу.

Дёргаться тотчас расхотелось, тем более что в коридоре больше не было так уж темно: теперь свет в него проникал ещё и через распахнутую дверь караулки. Да и тип с пистолетом шёл на некотором удалении, и даже когда я подступил к сейфу, приближаться не стал, замер на входе в комнату.

— Открывай! — скомандовал он. — И не вздумай руки внутрь совать — грохну!

Я навалился на ручку, упёрся плечом в угол сейфа и задержал дыхание. Убить меня могли сразу, как только открою несгораемый шкаф, но — рискнул. Дёрнул, едва-едва приоткрыл дверцу и, повинуясь злому окрику, без промедления отступил в сторону.

— Живо к стене! Руки на затылок! — рявкнул бандит, и я с невероятным внутренним облегчением повиновался.

Замер рядом с сейфом, уткнувшись лбом в побелку, а только скрипнули петли, потянулся к железной крышке несгораемого шкафа. Намеревался нашарить рукоятку револьвера и не успел. Со звоном упала на пол коробка с ключами, и тут же раздался короткий рык:

— Какого хера?

Под руку попалась телескопическая дубинка, махнул ей в развороте, и отлаженный механизм не подвёл, сработал, разложился с едва слышным щелчком. Обрезиненный металлический шарик угодил точно по запястью, тотчас грохнул выстрел, щиколотку обожгло огнём, а пистолет полетел на пол.

Пустяковое ранение не помешало пнуть бандита в живот, и сразу я приложил отброшенного к стене противника дубинкой по голове. Тот неожиданно шустро вскинул левую руку и принял удар на предплечье, резко подался вперёд и врезал мне правой. Хук вышел смазанным и неакцентированным, но всё же заставил отступить на шаг назад и упустить инициативу.

Тут бы бандиту гаркнуть и дать знать о проблемах напарнику, а вместо этого он ринулся в атаку, намереваясь сблизиться вплотную и помешать пустить в ход дубинку. И — помешал. Встречный удар я нанести не успел и выпустил ставшее бесполезным оружие, резким нырком ушёл от прямого в голову, перехватил ворот и полу куртки противника, провёл бросок через бедро.

Неожиданность борцовского приёма вкупе с инерцией движения заставили бандита покатиться кубарем и врезаться в чугунный радиатор центрального отопления. Выгаданного мгновенья хватило мне, чтобы окинуть быстрым взглядом пол, но без толку — выбитого у противника пистолета заметить не удалось.

Чертыхнувшись, я схватил дубинку и шагнул вперёд одновременно с подорвавшимся с пола мужиком, оказавшимся на диво спортивным и крепким. Он вскинул руки в защитной стойке, я ударил, и увесистый шарик на конце телескопической дубинки прошёл над кулаками; боковой мах, резкий и хлёсткий, впечатал его в трахею. Бандит захрипел и зажал ладонями горло, позволил садануть себя по голове и упал, открыв для удара затылок.

Н-на!

Мужик обмяк, и тут же до меня донёсся приглушённый окрик:

— Вася!

И вроде был морально готов даже к короткому грохоту пары автоматных очередей, а на деле чуть не обмер от страха. Время вышло!

Я метнулся к сейфу, запустил под него руку и принялся лихорадочно шарить пальцами по пыльному полу. Никуда больше пистолет отлететь не мог, но с каждым потерянным на поиски мгновением сердце колотилось всё чаще и чаще.

Да где же, где же, где…

Нашёл! Оружие после выстрела на затворную задержку не встало, а значит, патрон был в патроннике, и я ринулся в коридор, стремясь опередить автоматчика. Если тот поначалу и решил, будто это его напарник пустил мне пулю в затылок, то очень скоро забеспокоится всерьёз. И тогда…

— Вася, ну чего там?! Ответь!

Я выскочил в коридор и сразу осознал, что добежать до входа в мастерскую никак не успеваю: полосу вырывавшегося из дверного проёма света уже перекрыла тень спешащего на выход человека.

Пистолет против автомата на дистанции в два десятка метров? Вот дерьмо!

Тут бы просто попасть!

Всё, что успел сделать, — это захлопнуть дверь караулки и погрузить свой конец коридора в темноту. А дальше ворохнулось что-то в памяти: устроил запястье на правом локте, стиснул его пальцами, так что руки образовали жёсткую сцепку, а рукоять пистолета упёр в сгиб локтя левого, как делал в тире при стрельбе на дальние дистанции один из офицеров, и задержал дыхание. Чертовски мешало сосредоточиться жжение в раненой лодыжке, но долго ждать и не пришлось. Только встал в стойку, и в дверном проёме мастерской возник силуэт человека.

Смотрит на меня, автомат нацелен в комнату.