"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ) - Рубанов Андрей Викторович - Страница 134

Олег шумно выдохнул, отставил рюмку и улыбнулся.

— У вас семейный подряд, практически! — Чёрные глазки блеснули. — А что же ты меня, Борис, не позвал? У меня опыт руководящей работы о-го-го какой!

Папенька Зинки с ответом спешить не стал, подцепил вилкой опёнок и отправил его в рот, прожевал и лишь после этого пожал плечами.

— У нас, Олег, фирма небольшая, не предусмотрен освобождённый секретарь штатным расписанием. У нас директор сутки через двое наравне с остальными дежурит. Тебе оно надо?

— Да там контракт на десять тысяч в месяц всего! Было бы о чём говорить! — рассмеялась тётя Софья и поднялась из-за стола. — Давайте грязные тарелки, сейчас мясо по-французски будет. Зина сама делала!

Началась суета, Римма и Зинка стали помогать хозяйке, Олег тоже вышел, только он свернул в сторону туалета. В итоге за столом остались только мы с Борисом Ефимовичем, но, когда я решил встать, Зинкин папенька меня придержал и усадил обратно.

— О наших делах — ни слова! — предупредил он. — Ни об аренде, ни об акциях.

— А что такое?

— Олег — тот ещё прилипала, — с горечью произнёс дядя Боря и набулькал в рюмки водки. — Эту его Римму моя с детского сада знает, у них мечта детства, чтобы дети поженились. Вот и таскают в гости своего Максимку малохольного. А у них главная семейная мечта — эмигрировать. И неважно куда, лишь бы отсюда. Все нервы уже вымотали. Самим ехать страшно, некуда и не к кому, а вот прицепом к кому-нибудь — они бы и рады. Ну а моя Римме разве что в рот не заглядывает.

Борис Ефимович поднял рюмку, и мы выпили.

— Тупые они, — выдал мой собеседник после этого. — Советская пропаганда много о чём врала, но о мире чистогана — чистая правда. Помнишь, в «Противостоянии» письмо было о том, что за границей без капитала делать нечего? Всё так и есть. У нас много кто уехал со стороны Софьи. Обратно возвращаться не собираются, но и не райские кущи там ни разу. Деньги нужны. Большие деньги.

Ну а потом принесли горячее и стало не до разговоров. В голове шумело, и я приналёг на запечённое с картошкой и майонезом мясо, понемногу не столь уж и сильное опьянение пошло на убыль. В застольную беседу не лез, а про меня словно забыли и больше не дёргали.

Уже в восьмом часу Зинка поднялась из-за стола и сказала:

— Всё, мне бежать пора.

Тётя Софья недовольно нахмурилась и поджала губы.

— Доченька, почему бы тебе не взять с собой Макса?

— Ну, мама! — страдальчески протянула Зинка. — Я же говорила: мы с девочками собираемся! Сергей меня только проводит и встретит, с нами не останется! У нас — девичник!

Она убежала в комнату переодеваться, тогда стал собираться и я, но пришлось выпить ещё и на посошок. Зинка вышла из комнаты уже в плаще, и тётя Софья попросила:

— Ну-ка покажись нам!

— Я из-за вас опаздываю! — огрызнулась девчонка, обулась и выскочила в подъезд.

— До свидания! — вежливо попрощался я, вышел следом и забежал к себе. Натянул свитер и ветровку, а после повёл Зинку в соседний двор. Мы зашли за Андреем и Аней и уже вместе с ними поехали в кафе; с остальными должны были встретиться на месте.

Для празднования дня рождения дочери Борис Ефимович выбрал кафе «Сказка» — очень приличное заведение в центре, где даже был гардероб. Вот там я и понял, почему Зинка не рискнула показаться на глаза маме без плаща. Её тонкой вязки обтягивающий свитер едва доходил до середины бедра, а коротенькая юбчонка проглянула из-под него, лишь когда девчонка подняла руки перед зеркалом, чтобы поправить растрепавшиеся волосы.

Я аж присвистнул, залюбовавшись.

— Нравится? — повернулась ко мне Зинка.

— Ещё спрашиваешь!

Посетителей вечером вторника в кафе оказалось немного, были заняты лишь несколько столов. В зале на втором этаже властвовал полумрак, нормально освещался только пятачок танцпола. Стоило нам рассесться за столом, и официант тут же принёс бутылку «Советского» шампанского и кувшин морса, начал выставлять вазочки. Никакого сравнения с домашними салатами предложенное угощение не выдерживало и могло рассматриваться лишь в качестве банальной закуски.

Появились Ксюша и Зоя, которых сопровождали длинноволосый неформал Сергей и крепыш Денис. Девчонки заохали и заахали, поздравляя виновницу торжества, и Андрей воспользовался моментом, сходил в бар, вернулся ещё с одной бутылкой шампанского и графинчиком водки.

— А давайте пить «Северное сияние»! — моментально оживилась Аня.

Девчонки с удивлением воззрились на неё, а Зинка спросила:

— Это что?

— Коктейль.

С тем же успехом коктейлем можно было поименовать классический «ёрш», и я не преминул высказаться против смешивания шампанского с водкой.

— Себе сделай, а другим не стоит.

Аня глянула на меня с нескрываемым неодобрением.

— Сергей! Тут все взрослые…

Зинка согласно закивала, но я и слушать ничего не стал, просто отрезал:

— Не надо! — попутно убрал закрывавшую горлышко и пробку фольгу, скрутил проволоку и с хлопком откупорил шампанское, начал наполнять бокалы девушек искрящимся игристым вином.

Рюмок не принесли, и Андрей разлил водку по таким же бокалам, но уже мужской части собравшихся.

— Серёжа, с тебя тост! — тут же дёрнула меня кудрявая Ксюша.

Пришлось что-то сочинять. Зинкины одноклассники запили водку морсом, мы с Фроловым так горячиться не стали и закусили салатом. После недавнего застолья меня начало понемногу развозить, и я склонился к плечу приятеля, попросил:

— Меньше давай.

Андрей кивнул и снова разлил водку, но если и сделал для меня исключение, то едва ли заметное невооружённым взглядом.

— Смотрите, какую Серёжа прелесть подарил! — похвасталась Зинка, и женская часть нашего коллектива принялась изучать золотую цепочку.

— А дома что подарили? — проявила любопытство Зоя.

— У меня был выбор: либо подарок, либо кафе. Я выбрала кафе.

Ксюша схватил бокал с шампанским и провозгласила.

— Надо выпить за настоящую дружбу!

— За подружек!

А только выпили, и заиграла музыка; виновница торжества узнала мелодию с первых нот, округлила от удивления глаза.

— Сюрприз! — хором закричали Ксюша с Зоей.

Зинка тут же соскочила со стула, протянула руку и повела меня к танцполу. И не стала возражать, когда я обнял её и притянул к себе, пусть для медленного танца композиция и не особо подходила.

Ну да — какую ещё песню заказать, если не о шестнадцатилетии?

Я слегка сместил ладонь с девичьей талии чуть ниже, и вопреки ожиданиям Зинка не запротестовала и не стала требовать вести себя прилично, а вместо этого спросила:

— А что за «Северное сияние»?

— Шампанское с водкой.

— И почему мне нельзя попробовать? Аня…

— Ну ты сравнила попу с пальцем! У вас водоизмещение серьёзно так отличается!

Зинка уткнулась лицом мне в плечо и захихикала.

— Хочешь сказать, она толстая?

— Хочу сказать, она большая.

— А я маленькая?

— Ты идеальна, чудо моё конопатое.

Я поцеловал Зинку, и на этот раз смазанная помада её уже не волновала.

Песня закончилась, мы вернулись за стол, тогда начали приносить горячее. Не слишком аппетитное, зато сытное. Подошла к концу бутылка шампанского, опустел и графинчик с водкой. Андрей поднялся принести ещё, и Зинка неуверенно попросила:

— Может, хватит?

— Да это просто сонная доза, — уверил я подругу, разрывая фольгу на горлышке второй бутылки игристого вина.

— Тебе точно хватит!

— А я и не буду.

— Обещаешь?

— Клянусь! — уверил я Зинку и пригрозил пальцем Андрею, который собирался плеснуть водки в мой бокал. — Мне хватит!

Вот только опьянение коварная штука, и когда девчонки отправились в дамскую комнату, я сдался и позволил налить и себе. Потом танцевали. Появилось ещё несколько компаний, на танцполе сделалось людно, но места всем хватало, обошлось без конфликтов.