"Фантастика 2023-119". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Шведов Сергей Владимирович - Страница 1078

Ничтожная девка, посмевшая прикоснуться к великой вещи, не понимая даже, что она лапает своими грязными руками, заслуживает смерти.

И Небо свидетель — он потребует у союзников ее голову!..

Все в том же напряженном волнении Снегирев вышел на круглую лестничную площадку. На стенах, расписанных масляной краской, были изображены рыбаки, бодро тянущие сеть. Посреди площадки стоял большой аквариум с диковинными рыбами.

Майор машинально остановил на нем взор — длинная, похожая на синюю змею рыба ткнулась большим жабьим ртом в стекло аквариума и, вильнув хвостом, повернула в сторону. Золотая рыбка, кокетливо изгибаясь, промелькнула вдоль стекла.

«Как в подводное царство попал», — с невеселой усмешкой подумал чекист.

Мимо них безучастно прошла уборщица в синем халате, волоча за собой швабру.

Снегирев поймал себя на мысли, что той наверняка безразличны все тайны и загадки мира и, скорее всего, все происшедшее она воспринимает как досадную помеху в размеренной, привычной жизни рыбацкой общаги.

Догадка его не обманула. Перехватив высунувшуюся из-за двери даму не первой молодости в японском халате, уборщица дребезжащим басом рявкнула:

— Ты когда свое кошколюбие прекратишь, Семенова?! Твои хвостатые уже скоро всю общагу загадят!

— Не у одной меня кошки живут, — отбрила, не смутившись, дама, блеснув золотом зубов.

«Наверное, буфетчица или повариха», — с неожиданной неприязнью подумал майор.

— Верно, да только у других ящики для зверья стоят, а ты своих срать в коридор выпускаешь! Чтоб этого мне не было, а то устроила, понимаешь, тут свинарник, кошистка хренова!

Фесо пожал плечами и, как ни был мысленно занят предстоящей расправой с нечестивкой, все же подумал, что порядки тут в чем-то глубоко неправильные. Это же надо, какие-то бабы учинили свару в присутствии двух высших чинов! У них в ковенах, конечно, не Сарнагарасахал, да развеет его прах ветер, но законы даже самых мягкосердечных городов Конгрегации предписали бы глупым теткам плеть или колодки!

Но вот они оставили далеко позади выясняющих отношения почтенных дам и оказались перед неприметной дверью.

Возле нее стояли, переминаясь с ноги на ногу, два милиционера — старшина и капитан.

А из-за двери, как почуял Фесо, несло магией. Сильной и искаженной, когда все силовые линии и потоки перекручены так, что не то что магу, а и кормчему не разобраться, что к чему.

Снегирев молча показал удостоверение. То же проделали и Серегин с остальными.

— Проходите, товарищи, мы вас ждали…

Но, опередив чекиста, в распахнувшуюся дверь шагнул Ускар Фесо Торк.

Даже он не сразу узнал ее.

Та, что сидела перед ним, ничем не напоминала молодую, аппетитную красавицу Катрин.

За столом развалилась, уставив в пространство невидящий взгляд, худая, морщинистая старуха. Длинные белые волосы комом высохшей паутины свисали на пожелтевший лоб и костлявые плечи.

Рука ее, скрюченная птичья лапа, сжимала Знак Дороги.

Фесо торопливо шагнул к столу и едва успел поставить блок: из украшающего центр Знака зеленого хайфирра вылетела бледная молния.

— Мы уже пробовали, — сообщил капитан. — Один наш в реанимации, двое — в ожоговой палате… Не знаю… но заберите это, пожалуйста, поскорее.

— Пусть они убираются! — рявкнул Ускар, повелительно кивая Артему.

— Прошу вас, товарищи, — неловко улыбнулся младший лейтенант, как бы извиняясь за грубость «коллеги».

Без звука милиционеры удалились. Чего зря спорить с конторскими? Опять же своя голова дороже. Пускай гэбисты расхлебывают.

— Вам тоже не нужно быть тут, — посоветовал Серегин майору. — Это может быть опасно…

Чекист, казалось, секунду колебался, но потом подчинился. Спустился со своими людьми этажом ниже и занял боевую позицию. У него имелись полномочия лично от товарища Чебрикова в случае непредвиденного хода дела произвести полную зачистку.

Ускар извлек из сумки припасенный на подобный случай жезл, вырезанный из простой омелы, но со вставленным в навершие прозрачным камнем, в глубине которого мерцали яркие искры.

Маг не стал творить заклятия или чертить жезлом знаки.

Он просто навел его на страшную старуху и надавил выпуклость резного орнамента.

Из-под откинувшегося камня беззвучно вылетела игла дерева сау и воткнулась в желтую, морщинистую кожу шеи Катерины.

Носительница Знака была надежно защищена от любой магии и чародейства, и, чтобы пробить эту защиту, потребовались бы хитрые рунические плетения и многочасовая подготовка. Но зачем? Ведь дикая, искаженная магия Знака вскоре все равно должна умертвить дерзкую, не говоря уже о том, что она вполне заслужила смерть.

Игла глубоко ушла в основание шеи, и Катя Панкина, бывшая валютная путана Катрин, случайно прикоснувшаяся к древней мощи иного мира, без звука умерла.

Одновременно откуда-то снизу раздался грохот взрыва, потянуло паленым.

Не обращая внимания на это, чародей подошел к жертве и вытащил иглу, чтобы тут же спалить в крошечном язычке пламени амулета.

В широко распахнутую дверь всунулся Артем Серегин.

— Тут… — начал было он.

— Ничего страшного, брат по Силе, — передернул Фесо плечами, беря Знак со стола. — Должно быть, где-то остались ее вещи, и теперь отраженный силовой поток сориентировался на них.

Прибежавший комендант подтвердил, что да, в каптерке, теперь уже бывшей каптерке, остался ее чемодан.

— Собственно, на этом все, — развел руками холмиец. — Я могу возвращаться. Надеюсь, ваши люди тут смогут справиться без меня, тоан? Наш брат по Силе в случае чего поможет. — Кивнул в сторону младшего лейтенанта.

Артем прижал руку к груди, выражая согласие.

— Теперь что касается стражников…

— Мы уже взяли все нужные подписки, — поспешно сообщил Серегин, опасаясь за судьбы ни в чем не повинных милиционеров.

— Да нет, тут подпиской не обойдешься.

— И что же? — осторожно спросил майор, готовый к крайним мерам.

Как бы прочитав его мысли, маг покачал головой и поцокал языком.

— Вам нечего бояться, тоан, они все забудут, — самодовольно изрек Фесо, поигрывая спрятанным под рубашкой медальоном. — Уже забыли.

Вечером Артем вышел из общежития и направился к гавани.

Большой, серый, с высокими бортами теплоход возвышался над оградой порта — он явно готовился к отходу. Серегин приблизился.

Грузы лежали на мокром от дождя каменном пирсе. Их поднимали на борт лебедками. Время от времени несколько ящиков отделялись от остальных грузов, ползли по пирсу и под зычный выкрик «вира!» взмывали в воздух.

Темнело.

Моросил дождь.

У трапа стояли два пограничника в серых плащах с надвинутыми капюшонами. Из-под капюшонов выглядывали зеленые околыши фуражек и лакированные козырьки, покрытые мутными капельками дождя.

Сквозь толпу, оглушительно сигналя, пробирался автокар. С ЗИЛа сбрасывали привезенную в бумажных пакетах почту.

И вдруг Серегин почувствовал себя здесь чужим.

Вокруг лежал другой мир, от которого Артем, как оказывается, уже успел отвыкнуть. И все — и этот корабль-исполин, и снующие туда-сюда машины, и пограничники — на миг показались ему куда менее реальными, чем оставшийся позади Аргуэрлайл, куда ему скоро предстоит вернуться.

Быстрей бы уже…

Октябрьск. Застава Ильича

Часовые у шлагбаума на дороге к главным воротам Октябрьска не дремали. Хотя дремать на шлагбауме было своеобразной привилегией этого поста, считавшегося поэтому весьма завидным, — пара часовых заступала на сутки, в течение которых приходилось лишь пять-шесть раз пропускать транспортные колонны, а остальное время можно было спать, играть в шахматы или травить анекдоты — смотря по желанию. Потому как до ворот два кэмэ — кому охота тащиться в такую даль пешком, а шум приближающейся машины успевал пробудить караульных.