Перекресток одиночества 4 (СИ) - Михайлов Руслан Алексеевич "Дем Михайлов" - Страница 48

— Да — согласился я — Тут главное иметь какой-никакой глобальный замысел и упорство в его осуществлении. Я уже имел опыт общения с луковианцами и знаю, что упорства им не занимать. Ну так что, добрые отшельники Пальмиры… решайте прямо сейчас. Если не хотите оставлять чужаков в своих стенах — тогда мы собираемся и уходим. Через час нас здесь не будет.

— Ну так-то вот аж торопиться не надо — проскрипел Демьян, почувствовав на себе укоризненные взгляды собратьев — Мы ведь не гоним… Просто и вы понимать должны — место тут особенное.

— Через час вездеход уйдет — жестко повторил я — Это без вариантов. И вопрос только в количестве пассажиров на его борту. Решайте прямо сейчас. Тут особо обсуждать нечего. Ну или опять голосуйте всем сообществом.

— Но к чему такая спешка? — спросил Митомир — Мы ведь действительно не гоним прямо сейчас.

— Мы предположили, что Вунро наткнулся на нечто такое, что заставило его выйти на связь с головным луковианским бункером. Значит находка его была важна.

— Но мы не знаем, что именно он отыскал и отыскал ли вовсе! Может он просто спятил!

— Может быть и спятил — согласился я — Но пока предлагаю все же рассматривать только тот вариант, где он в трезвом уме и действовал не без веской причины. Он что-то нашел.

— Ну положим нашел… — кивнул Сергей Блат — Дальше что с находкой сделал?

— Вот! — я наставил на него палец — В этом все дело. Я считаю, что найти он нашел… но не унес. Оставил там же где и было.

— С чего так решил?

— Если бы смог унести — не стал бы учинять саботаж — пояснила Милена, не отрываясь от своих записей — Найди ты в закоулке Бункера алмаз или золотой клад и сумей незаметно спрятать в сумку — стал бы потом обрекать на смерть остальных жителей.

— Нет, конечно! — оскорбился Сергей — Пусть себе живут. Да и не крыса я — поделился бы найденным с людьми!

— Не все находки можно унести — продолжил я — Особенно старику. Но если здесь есть что-то нужное луковианцам — от этого надо избавиться и громогласно сообщить об этом в их головной бункер. Чтобы отстали.

— Ну не войной же они на нас пойдут! — придушенно пискнул Демьян, опять принимаясь нервно оглаживать лоснящуюся бороду — Вы чего такое говорите!

Я пожал плечами:

— Войной не войной… Тут я судить не берусь. Но следует хотя бы повторить путь Вунро, понято, что привело его в такое исступление, а затем уже решать.

— Так помогите нам и найдите! — бухнул Митомир — Просим!

— Просим! — поддержало его еще трое стариков. Демьян промолчал и с неохотой кивнул.

— Договорились — вздохнул я — Но для начала проясним. Я и Милена задержимся у вас в гостях до следующего возвращения вездехода. Правильно?

— Правильно — ответил Митомир, глядя при этом на отвернувшегося Демьяна — Мы все согласные.

— Ну раз согласные — устало рассмеялась Милена — То мы начинаем искать.

— Но позже — вставил я и это заставило Демьяна тут же вмешаться:

— А почему не сейчас? Пугать пугаете, а к делу приступать не спешите как я погляжу!

— К делу приступать не спешим — медленно повторил я, не сводя с него тяжелого взгляда — А то, что вот эта безногая молодая женщина много часов ползала среди вашего умирающего оборудования, спасая всю Пальмиру от морозного вымирания… это вы делом не считаете?

— Ну… это одно… и мы благодарны… отдаримся… — забубнил сникший Демьян — А то… там ведь просто ходить…

— Я устал! — припечатал я — Мне нужен сон. И ей — тоже! Поэтому следующие пять часов я собираюсь провести в горизонтальном положении. А как отоспимся — приступим к поискам. И будем искать до тех пор, пока не вернется наш вездеход.

— А коли не найдете ничего до его возвращения?

— Там и поговорим — бросил я, поднимаясь и поворачиваясь к своим — Ну что? Грузимся?

— Грузимся — коротко кивнул Сергей.

Когда мы вместе первыми покинули хижину, он тихо сказал мне на ухо:

— Мы можем и задержаться, командир.

— А если придут эти? — спросил я — Ведь если наша теория права… то они обязательно придут. И тянуть с визитом не станут.

— Так тем более! Пусть приходят! Дадим им бой!

— Круто — выдохнул я.

— Оружие у нас есть!

— У них оно тоже будет. И их будет больше. Поэтому приоритеты мы должны расставить правильные.

— И какие они?

— Семена и растения — прямиком в Бункер! — без промедления ответил я — Это самое важное. Мы просто обязаны битком набить вездеход этим грузом и рвануть в Убежище. Почвы и воды у нас навалом, тепло и свет есть, удобрения тоже не проблема. Сергей… это ведь пища. Вкусная здоровая пища, которая подарит лишние годы жизни и счастья всем старикам Бункера. А разве не это одна из главных наших целей?

— Ну… умеешь ты убеждать.

— Ты за главного — напомнил я — Другие меня слышали, а ты напомнить не забудь, Сергей. Каждые три часа выходи с нами и с Бункером на связь. Но координат даже примерных не сообщай. Я говорил про старый маршрут, но ты… ты чуть отклонись от него километров на десять в сторону, а потом снова ложись на курс. Идти старайся без внешних огней. Да и в салоне пусть будет темно. Понял?

— Да понял я тебя, понял — Блат коротко усмехнулся — Я и сам жизнью битый. Ладно! Начинаем грузиться! И пусть только попробуют чего-нибудь недодать! Мы этим мракобесам жизнь спасли! Там что пусть не жмутся!

Да я немного сожалел, что не смогу попасть в Убежище в тот миг, когда радующиеся любой пустяшной мелочи старики узрят выносимые из прибывшего вездехода сокровища… Но при этом я был рад своему отсутствию.

Так я честно ответил на вопрос, вытянувшейся рядом со мной на плетенном матрасе Милене, про себя удивляясь ее жизненной стойкости и желанию сделать и узнать как можно больше за один период бодрствования. Мой ответ ее не удовлетворил и пришлось пояснить прямым текстом:

— Я не хотел и по-прежнему не хочу превращаться в некого спасителя — медленно произнеся я, натягивая одеяло до подбородка — Я не хочу быть тем единственным, кто добывает для неимущих что-то ценное. Таким быть нельзя никому и никогда. Куда лучше, когда все в общине вносят пусть небольшой, но вклад в общее дело.

— А почему ты все же не хочешь быть тем единственным? Почему не хочешь быть тем самым героем с развевающимся за спиной красным плащом? Ну в твоем случае рваной белой медвежьей шкурой…

— Потому что чрезмерная вера в чужие силы лишает тебя сил собственных — хмыкнул я — Пусть старые, но еще крепкие мужики сами пробьются через пургу и отыщут родной дом. Пусть при нужде сами прокопают пусть сквозь снежную стену, пересекут с десяток коварных трещин, ободрят друг друга в тяжелые моменты, поборются с таящимися в вечной ночи страхами, ну а по прибытии домой облегченно выдохнут, чуть отдохнут… и пустятся в обратный путь к нам сюда. Опять сквозь ночь и вьюгу… Они больше не пассажиры, а бойцы. И это главное.

— Знаешь… хорошо, что ты не первый пилот какого-нибудь пассажирского авиалайнера и не командир поезда…

— Это еще почему?

— Да боюсь ты бы отказался их везти просто так — чтобы не чувствовали себя балластом. Ты бы всех заставил либо крутить педали, либо толкать паровоз — ну чтобы они всей душой ощутили свою полезность…

Услышав это, я смеялся долго — беззвучно трясясь под одеялом. А когда отсмеялся и глянул на Милену, обнаружил, что бравая инженерша уже спит, свернувшись под толстой меховой шкурой. Сейчас, когда она уже не могла контролировать выражение лица, оно ясно показало, насколько сильно устала эта молодая женщина. Сегодня она всех спасла — безногая и отважная. А я здоровый мужик ей просто инструменты подавал. И при этом она еще спрашивает меня почему я не хочу быть героем… да потому что на фоне таких как она ни одному мужику героем стать просто не удастся.

Повернувшись на бок, я закрыл глаза и тут же последовал ее примеру, мгновенно провалившись в черный омут сна.

**

Кто ищет — тот найдет.

Эту поговорку я повторял примерно раз в полчаса, завершая очередной неспешный обход указанного в старом журнале сектора Пальмиры. Хотя слово «сектор» было, пожалуй, слишком уж громким для относительно небольшой области. Благодаря нашим предыдущим с Миленой ремонтным работой и нынешним исследованием похожей на аппендикс технической зоны, я стал куда лучше понимать как здесь все устроено, откуда берут начало раскаленные трубы и где сходятся воедино загадочные медные жилы, местами причудливо и без видимой причины виляя по кирпичной стене подобно скользящей вдоль швов блестящей змее.