"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 724

Я же начал разворачиваться, поднимая ногу.

Хотел красиво вмазать в висок мужику с красной повязкой на полголовы, но…

Пришлось продемонстрировать чудеса растяжки, задрав ногу ещё выше. Этот гад успел выхватить саблю и был готов ей защищаться.

— Допрыгался, курсантик! — прохрипел он, наведя на меня ещё и дуло пистоля.

— Ты пожалеешь, что пошёл против нас, Берг! — о, Гиггз тоже достал оружие и взял Роджера на мушку. — Вы оба пожалеете, мелкие засранцы!

Когда противник вновь посмотрел на меня, я повернул голову и изобразил неистовый ужас:

— Капитан⁈ — выпалил я.

Тут же скосил взгляд.

Ха! Сработало! Матрос в ужасе высматривает своего капитана!

Я бросился на противника. Он понял, что повёлся на глупый трюк и нажал на спусковой крючок.

Но было поздно. Я успел врезать ему по руке с пистолем, смещая дуло в сторону.

— У-а-а!!! — Гиггз завопил от боли, схватившись за раненое плечо.

Коротким ударом в челюсть я вырубил его как раз в тот момент, когда Берг, успевший обезоружить Гиггза, захватил его шею сзади на удушающий.

— Бе…ги…те… за оста…льными… — выдавил из себя Громила, обращаясь к двум остолбеневшим матросам.

Гарри Разноус изумлённо пятился назад — я держал его на мушке пистоля, выхваченного у поверженного противника.

— Так-то… я за добро, уважаемый господин, — неуверенно проговорил Разноус, переводя взгляд с моего лица на дуло пистоля и обратно.

— Может быть, ещё и слово своё держишь? — хмыкнул я.

— Конечно! О чем речь!

— Тогда пообещай что, если я тебя отпущу, ты не встанешь на ноги, пока не отожмёшься двести раз, —я кивнул на мостовую у нас под ногами.

— Не могу, уважаемый господин, — виновато пожал плечами Гарри. — Не обучен до двести. Могу до сорок.

— До сорок? — хмыкнул я. — Экий ты грамотный. Ну тогда пять раз по сорок.

— Ух… — выдавил он. — Многовато.

— А что поделать? Иначе стреляю.

— Понял-понял, уважаемый господин, обещаю толкать землю пять раз по сорок, — сказал он, приняв стойку для отжиманий.

Раздался звук падающего тела — это Берг вырубил Гиггза. И теперь он шёл ко мне.

Бросив взгляд на отжимающегося матроса, Берг покачал головой:

— Дурацкие шутки у вас, высокородных.

— Это от хорошего образования и большого ума. Идём быстрее отсюда. Если они приведут всю команду…

— Нам конец, — поморщился Берг.

— Нет, не нам, — я мотнул головой. — Но вот этой части Торвиля точно. А я, знаешь ли, не хочу вредить родному городу.

Глава 22

— Вы, перекройте тот проулок!

— Есть!

— Вы, пятеро — направо!

— Есть!

— Эй, уважаемые, не видели тут двух курсантов Академии? Один светленький, как пшеничный хлебушек, а второй — громадный придурок, которому хочется вмазать по роже кирпичом.

— Нет, господин, никого такого мы не видели.

— Тьфу! Да ладно вам, чего трясётесь, будто морского охотника увидели, а⁈ Идите куда шли!

— Да! Хорошо! Спасибо!!!

Шум и гам вокруг начал потихоньку стихать, и я осторожно выглянул из-за тяжёлого покрывала, которое какая-то домохозяйка повесила сушиться за окно.

— Ушли, — я повернулся к Бергу. Ему пришлось прятаться за халатом этой домохозяйки. Очень большим и растянутым халатом.

— Сам вижу, — буркнул Берг. — Но до Академии ещё далеко.

— Не дрейфь, дойдём, — махнул я рукой и зашагал вдоль дома. — Ага… вот здесь.

Я поднял с мостовой длинную ветку и принялся ей раздвигать мусор, сваленный между домами.

— Ты чего делаешь? — опешил Берг. — Заняться нечем?

Я тихо засмеялся.

— Совсем с ума сошёл, что ли? — повысил голос Берг.

Я со вздохом посмотрел на него:

— Ты слишком груб со своим будущем капитаном.

— Что? Ты ничего не спутал, Лаграндж?

— Думаешь, я немного поспешил? Пропустил рыбно-пивной период? Ладно, вернёмся к этому вопросу позже. Смотри, что я нашёл — это дыра, которая тут с самого основания славного города Торвиль. Я думаю, на самом деле это место силы, и если эту дыру наглухо заделать, город падёт под натиском морских охотников.

Я указал палкой на лаз в высоком заборе между двух домов. Именно он и был скрыт за мусором, который подкидывают с обеих сторон забора.

Пригнувшись, я первым пролез через дыру в чужой внутренний дворик.

— Нам туда, — я посмотрел на двухэтажный бревенчатый дом без окон.

— Ты удивительно хорошо разбираешься в местных подворотнях. Для алти, воспитанного богатеем, — проворчал мне в спину Берг.

— А ты удивительно плохо разбираешься в людях, — усмехнулся я. — Для того, кто шесть лет плавал в компании весьма сомнительных ребят. Что ты им такого сделал, что они сейчас пытаются загнать нас всей командой, словно зверей?

— Вообще-то, мы с тобой вместе набили им морды. Такое они не прощают.

Мы с Бергом залезли в заброшенный дом. Парочка нищих, по шею натянувших на себя дранное одеяло, удивлённо пялились на нас из угла комнаты.

— Не обращайте внимания. Господин, продолжайте. Мадам… прекрасная причёска.

— Ой, спасибо, красавчик, — проскрипела нищенка, поправив птичье гнездо на голове.

Мы же с Бергом поднялись по ветхой лестнице на второй этаж.

— Нет, ну с мордами понятно, — хмыкнул я, оглядываясь. — Но почему-то они же начали тебя прессовать. Неужели не смог с товарищами по-доброму расстаться?

— Ты всё слышал.

— А ну да, ты их за идиотов считаешь. Увлечения их тебе не по душе. А сам-то ты чем увлекаешься?

— Теорией Первоэлемента и места человека в ней, — Берг это произнёс с видом «выкуси, чувырло неграмотное».

— Весьма специфическая теория. Всё, что есть во вселенной, есть в человеке? Первопринцип? Познание вселенной через познание себя? Официальная наука считает эту теорию развлечением для альтернативно одарённых.

Берг остолбенел, таращась на меня во все глаза.

Эх, и почему все вечно удивляются моим словам?

— Ты знаком с этой теорией?

— Разумеется, — улыбнулся я. — И в целом отношусь к ней ровно. Хотя… скорее даже немного симпатизирую. Ну а чем-нибудь более приземлённым ты интересуешься?

— Готовить люблю, — с вызовом бросил он.

— Правда? — радостно выпалил я и схватил его за руку. — Ты точно нужен на моём корабле! А то у меня пока в команде только умница и художник. А вкусно и сытно есть необходимо всем!

— Я не пойду к тебе! — он выдернул руку. — И вообще, какого хрена ты затащил нас в этот клоповник⁈

Я хмыкнул, подошёл к стене и подпрыгнул. Зацепившись за край доски, торчащей из дыры в потолке, я подтянулся на руках и перелез на чердак.

— Не отставай, — крикнул я вниз.

Затем мы забрались на крышу, прошли по ней и перебрались на соседнюю.

— С ума сойти! — прокомментировал Берг, когда мы перепрыгивали на четвёртый по счёту дом.

— Не пойму твоё удивление. Ты шесть лет ходил по морям с весёлой командой. Неужели у вас было всё чинно и спокойно?

— Всякое случалось.

— Кстати, раз уж зашла речь, твои бывшие товарищи ведь балуются пиратством?

Берг остановился. Дождавшись, когда я тоже встану и посмотрю на него, процедил:

— Не признаюсь даже под пытками.

Я расплылся в довольной улыбке.

— Чего ты лыбишься? Отвратительно! — бросил он.

— Просто думаю, какой же ты милашка.

— Эй!

— Давай уже скорее!

Хех, даже поругавшись с бывшими товарищами, не хочет их сдавать.

Мы продолжали прыгать по крышам, пока я не приметил место, где можно спуститься.

— Это Берг! Вон он! Я его вижу! На крыше!

Я неодобрительно посмотрел на своего партера по забегу. Он отвернулся, делая вид, что не заметил моего молчаливого укора.

Вот вроде и салагой его назвать язык не повернётся, ан-нет — из нас двоих заметили именно его! Если бы я был один, никто бы меня не увидел.

— Вон туда, быстрее! — я указал на край ближайшей крыши.

Я повис на карнизе, а потом спрыгнул на балкон третьего этажа. Затем, перекинув ногу через периллу, опустился на руках и, чуть раскачавшись, оказался на нижнем балконе.