"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 382

— А с Хамиди что делать?

— Да что хотите! Хоронить его я не собираюсь.

На мертвого Хамиди пошли посмотреть все.

— Повезло скотине, быстро помер.

Фелонов пнул труп бея сапогом.

— Надеешься, что оживет? А хорошо бы расспросить, с его смертью все ниточки оборвались. Грозневецкий интересно только дело закрыть, а нам что делать?

Неожиданно Жорж подбросил хорошую идею.

— Когда жандармы уберутся, можно расспросить старуху-кухарку.

— И что она может рассказать? — раскритиковал предложение Фелонов. — Какую еду эта сволочь жрала? Да и захочет ли она говорить, тоже неизвестно. А пытать ее нельзя, того гляди сама помрет без посторонней помощи.

— Хамиди не тот человек, который вызывал бы любовь и симпатию у окружающих. Из преданности ему никто молчать не станет, особенно, если немного денег предложить. А что касается знаний, то кое-что она может знать. Кто приходил, кто жил, может, разговоры какие-то слышала…

— Принимается, — прервал дискуссию Алекс, — как только жандармы уедут — начнем.

Сразу начать не удалось, как и все в округе старуха руоссийского не знала. Пришлось искать переводчика. Капитан и Фелонов остались караулить дом и старуху. Жорж притащил из портового квартала какого-то мальчишку. Алекс подбросил в руке золотой кругляш с портретом правящего императора.

— Если все правильно переведешь — получишь, соврешь — уши отрежу.

Пацан бросил испуганный взгляд на бывшего унтера, его он почему-то боялся больше остальных, хоть тот оружия открыто не носил и даже на словах ему не угрожал.

— Все правильно растолкую, господин офицер, ничего не утаю! Клянусь!

— Тогда приступим. И про уши помни.

Старуха долго не могла понять, чего от нее хотят. Еду готовила, комнаты убирала, больше ничего не знает. Двое горцев? Да жили. Долго жили, потом уехали и больше не возвращались. О датах кухарка, похоже, понятия не имела, даже о количестве прошедших дней ничего сказать не могла.

— Бесполезно, — потерял надежду Алекс, — кроме подтверждения того, что Массатих и Задир жили в доме Хамиди мы не получили, но это мы и так знали. Держи!

Юный переводчик ловко поймал червонец и, рассыпаясь в благодарностях, задом попятился к выходу. И тут капитану пришла в голову мысль.

— Стой!

Мальчишка замер.

— Спроси у нее, приходил ли к ним в дом какой-нибудь руоссиец?

Начались долгие переговоры мальчишки и старухи. Алекс ждал. Наконец, кухарка начала что-то говорить, одновременно кивая головой.

— Приходил, — перевел пацан, — два раза приходил. Они долго говорили с Хамиди.

— Когда? Мне нужно знать это точно!

Опять пришлось ждать, пока эти двое договоряться.

— Первый раз, через два дня после того, как ваши войска вошли в город в первый раз. Потом вернулись османийцы, а потом опять пришли ваши. На следующий день после их прихода, он появился второй раз. В день его второго появления и уехали оба горца.

— Кажется, у нашей истории намечается продолжение, — заметил Жорж, но тут же заткнулся, поймав взгляд капитана.

— А описать его она может?

На этот раз ответ последовал быстро.

— Высокий, носит усы похож на офицера…

— На офицера?

— Да, она так и сказала «похож на офицера». Я все точно перевел.

— Ладно, держи.

Переводчик поймал еще один кругляш, и тут же исчез. Второй капитан отдал старухе, та что-то забормотала, похоже, благодарила.

— Все, — принял решение капитан, — на сегодня все. Едем искать гостиницу или другое место, где за деньги могут предоставить кровать и подушку. Я просто валюсь с ног.

— Не едем, а идем, — внес поправку Фелонов, — у нас на троих только одна лошадь, а в бричке уехал Грозневецкий.

— Тем более что я на лошадь, ни за какие деньги не сяду, — заявил Жорж.

— А тебе никто и не предлагает, — усмехнулся Алекс. — Пошли.

Гостиница была паршивая. Османийские постояльцы провоняли ее своим табачищем и еще какой-то гадостью. Как всегда Жорж был не выносим. Приперся в номер с утра пораньше, развалился в кресле, ногу на ногу закинули начал что-то вещать. Алекс не выспался, был в плохом настроении, а потому к словам Манского даже не пытался прислушаться.

В снятую капитаном комнату принесли заказанный им кофе.

— Могли бы и мне заказать, — заметил Жорж.

— Обойдешься. А если так хочется — сам закажи.

Алекс сделал глоток из чашки.

— Так о чем ты там говорил?

— Надо же, — взорвался Манский, — я ему битый час о его же безопасности толкую, а он меня даже не слушает! Да я…

— Заткнись! — повысил голос капитан. — Мне Фелонов сегодня трость обещал, костыль могу сломать о твою спину.

— Не надо костыль.

— Тогда еще раз четко и внятно, о чем ты там говорил?

Жорж вздохнул и начал сначала.

— Я говорил о том, что может пора посвятить меня во все обстоятельства? Если у меня будет вся картина, то я смогу раскрыть приготовления к вашему убийству.

Помня отцовское предупреждение, Алекс хотел послать Манского куда подальше, но задумался. А что он, собственно, теряет? Ничего такого, чего бы не знал его неведомый противник, он Жоржу сообщить не сможет. Тогда, пожалуй, стоит выложить все. Чем черт не шутит? Вдруг ему удастся заметить что-то такое, на что они с Фелоновым раньше не обратили внимание.

— Ладно, Жорж, слушай и запоминай.

Слушать Манский умел. Изредка задавал уточняющие вопросы. Когда капитан Магу закончил рассказ, Жорж задумался. Потом предложил.

— А давайте-ка восстановим всю хронологию событий. Итак. Два горца приезжают в Гатуни и останавливаются в доме Хамиди. В тот же день Руоссийская армия входит в город, а два дня спустя к бею приходит руоссиец похожий на офицера. Судя по всему, именно он предложил Хамиди убить капитана Магу, и он же сообщил дату вашего приезда. Так?

— Так, — подтвердил Алекс.

— Из-за прорыва османийцев ваш приезд в Гатуни срывается, и вы оказываетесь в Аллерте. На второй день вас вызывает генерал Новославский и дает задание, на котором легче шею свернуть, чем его выполнить. Он же вас направляет к подполковнику Староплесскому и среди добровольцев оказывается солдат, который должен вас убить. По независящим от вас причинам покушение срывается, вы получаете ранение и эвакуируетесь в Текуль. Но еще до того, как вы туда доехали, в Гатуни, появляется тот же офицер, сообщает Хамиди место вашего назначения и двое убийц отправляются в путь. Я все правильно изложил?

— Правильно.

— А теперь, — Жорж понял указательный палец, — рассмотрим личность нашего таинственного противника. Он свободно перемещается по тылам руоссийской армии, в курсе офицерских назначений и событий в прифронтовой полосе. Короче все указывает на высокопоставленного офицера руоссийской армии.

— Высокопоставленный офицер постоянно на виду, не может свободно перемещаться и ходить без мундира.

— Естественно!

Жорж даже с кресла подскочил.

— Сам не может, но у него есть адъютанты и доверенные лица. Я уверен, что офицер, приходивший к Хамиди всего лишь посредник. Заказчик сидит намного выше!

— На генерала Новославского намекаете?

— Ну а что? Откуда он ехал, когда вы встретились в Хоти?

— Из Гатуни.

— Во-от! Кто вас отправил на перевал? Генерал Новославский. Кому первому доложили о взятии перевала? Ему же!

— Остался только один вопрос. Зачем генералу нужна моя смерть? Это вы тоже знаете?

— Не знаю. Пока не знаю. Но если мы чего-то не знаем, то это не означает, что этого в природе не существует.

— Согласен, — улыбнулся Алекс, — но есть еще одна причина, по которой Новославский заказчиком быть не может.

— И какая же?

— Ефрейтору, которого ко мне подослали, мог отдать приказ только подполковник Староплесский. Пограничники служат годами, там контрабанда, деньги крутятся немалые, командир должен свою роту в кулаке держать. Там без его ведома никто в сортир не ходит. А обратиться к подполковнику с такой просьбой мог только очень близкий, доверенный человек. Если о приготовлении к убийству офицера узнают — каторга, а если убийство совершится — петля. Для того, чтобы подполковник рискнул влезть в убийство офицера с фамилией Магу, его нужно либо очень заинтересовать, либо сильно запугать. А генерал Новославский ни того, ни другого не может. Он и генералом-то стал за два дня до этого! Пограничники по другому ведомству проходят и Новославскому подчинены временно!