Фарцовщик: деньги не пахнут. Том 1 (СИ) - Тыналин Алим - Страница 38

Немало людей. Почти везде сидят посетители. Меня осматривали оценивающими взглядами.

Шесть кабинетов. В один из них, кстати, официант и провел меня. Круто, ничего не скажешь.

Небольшое помещение. Тоже с роскошной обстановкой. Темно-коричневые стены. На них светильники в виде уличных фонарей. На окнах рамы с узорами. Тяжелые портьеры с кисточками.

В центре стол. За ним трое человек. Мужчины. Двое небольшого росточка. Один здоровенный. Все сидят с одной стороны. Боком ко входу.

Тот, что в центре, высунул голову из-за груди здоровяка. Большую, с вьющимися кудрями. Глаза карие, пронзительные. Один глаз чуть косит. Сразу видно.

— Ага, пришел, Одиссей. Давай, прыгай перед нами. Перекусишь ведь с нами? Чего бог послал.

Глава 19

Храмы чревоугодия

Сел за стол. Посмотрел на собеседников. Ну-ка, кто у нас тут?

По бокам двое. Один, справа от меня, сущий неандерталец. Голова огромная, лысая, с шишками. На носу шрамы. Параллельные, мелкие. Как насечки на дереве.

Кожаная куртка с заклепками. Потертые синие джинсы. На левой руке цепочка.

Взгляд угрюмый. Готов на месте разорвать. На куски. Пальцы толстые, как сосиски. При этом телосложением худой. Как жердь.

Ясно, это у нас торпеда. Силовое сопровождение.

А вот тот, что слева от меня, более шарящий. Тоже сразу видно. Невысокий. Весь скукоженный какой-то. Смуглый. Горбоносый. Как цыган.

Но вот глаза, как рентген. Пронизывающие. Голубые. И одет неплохо. В джинсовый костюм. Хотя, ему это не помогло. Все равно потертый весь. Будто, из стиралки только что вынули.

Главный, само собой, в центре. Это и есть Косой, что ли?

Лицо широкое, улыбчивое. Нос приплюснутый. Губы тонкие. Один глаз и вправду косит. Отсюда и кликуха. Но вот взгляд от этого не портится. Как ни странно.

И улыбка вроде искренняя. Подкупающая.

Одет просто. Как работяга с завода. Штаны серые и рубаха клетчатая. С закатанными рукавами. На груди значок. Типа, «Отличник городского хозяйства Москвы».

— Вот он ты какой, Одиссей, — Косой продолжал улыбаться. — А ты читал легенду? Как Одиссей встретился с циклопом?

Книгу я не читал. Но фильм видел. Только его еще не сняли. Поэтому я кивнул.

— Читал. Кое-что читал.

В улыбке Косого явственно обозначились клыки.

— Значит, знаешь, чем окончилась их встреча?

Я снова кивнул.

— Ага. Бедолага циклоп остался без глаза. Совсем ослеп.

Косой перестал улыбаться. Тогда я продолжил:

— Хорошо, что вы не одноглазый. Но, может, не стоит обсуждать старинные сказки? Поговорим о будущем?

Косой снова улыбнулся.

— А ведь верно. Просто я как раз недавно достал книгу «Одиссея». Всю ночь читал. Не спал. Представляешь?

Я усмехнулся. Я так за книжками никогда не засиживался. Разве что, за аудиторскими отчетами. Но возражать не стал.

— Представляю. Иногда книга может захватить. В плен. На всю ночь. Не хуже красивой девушки.

Косой улыбнулся еще шире. Какой душка. Предложение насчет делового разговора проигнорировал.

— Сначала давай пообедаем, — он указал на меню. — Выбирай. Что пожелаешь. Я угощаю. Надо нам сначала преломить. Кусок хлеба. Чтобы беседовать дальше. Как считаешь?

Ну что же, не помешает. Я открыл тяжелое роскошное меню. В коричневой кожаной обложке. С золотыми буковками.

Названия блюд написаны изящным шрифтом. Хм, что у нас тут? Стандартное меню.

И еще блюда так называемого «первого разряда». Ого, телячье филе с шампиньонами тридцать рубликов. Икра с гренками и маслом пятьдесят четыре рубля.

Нагреть, что ли, Косого? На огроменную сумму.

Желудок заурчал. Я проголодался. Здесь, в «Праге», вкусно пахло. Старорежимные ароматы.

Настоящее консоме. Топленое масло. Густой запах крепкого бульона. Хочешь, не хочешь, а все равно проглотишь.

— Бульон, — я попытался пальцем в меню. — С яйцом. И пирожком.

Косой кивнул.

— А я обожаю солянку. Здесь ее чертовски вкусно готовят. И еще салат «Столичный». Без него никак. А ты что будешь, Мокрый?

Это он тому, что справа. Потертому жизнью. Тот заскрипел пальцами по щетине. Задумался над меню. Наконец, кивнул.

— А я, пожалуй, уху похлебаю. С расстегайчиками. Давно уже что-то не пробовал, — он посмотрел на меня волчьими глазами. — Люблю, знаешь ли, ловить рыбку. В мутной воде.

Намек понят. Я посмотрел на здоровяка.

— А ты что любишь? Тоже рыбку?

Тот покачал головой. На меня не обратил внимания.

— Не, я буду ребрышки. Бараньи ребрышки.

Сам Косой коротко хохотнул.

— Бульдозер у нас только по мясу спец. По всякому. Из любого сделает отбивную, — и снова многознательно посмотрел на меня.

Я закрыл меню. Откинулся на твердую спинку стула. Тут же рядом вырос официант. Принял заказ и испарился.

— Ты кто, Одиссей? — спросил Косой. Глаз косил чуть сильнее. Нижняя губа оттопырена. — Откуда появился? Точно не царь Итаки?

Я покачал головой.

— Точно. И у меня нет Пенелопы и Телемаха. Я обычный студент. Учусь на полиграфиста. И одновременно выполняю запросы граждан. Законные и своевременные.

Косой кивнул.

— Тогда как ты связан с людьми из конторы? У тебя что, дядя там? Или кто-то в горкоме? Что за непонятки такие? Колхоз ушел отдыхать. Нас очень настойчиво попросили. Он сейчас скрылся за Уралом. А тут ты нарисовался. Цветными карандашами. Что скажешь? С тобой можно работать или нет?

Мы же вроде договорились подождать до обеда? Ну ладно. Чем быстрее, тем лучше.

— А что ты хочешь от меня, Косой? — я развел руками. — Не скажу, что я совсем не в курсе. Но для меня эта замена тоже неожиданность. Про Колхоза я тоже не в курсе. Я его специально не скидывал. Но одно могу сказать точно. Я люблю торговать. И зарабатывать деньги. Если мы будем сотрудничать, я увеличу ваши доходы. Зуб даю. Конкретную сумму не скажу. Но буду стараться.

Косой помолчал. Думал. Размышлял.

— Насчет торговли он не брешет, — проскрипел Мокрый. Поднял голову от меню. Посмотрел на меня. — Раньше ни рыба, ни мясо. А то уже неделю вся Горького на ушах стоит. Одиссей то, Одиссей это. Ушлый очень. Моторчик в заднице. Обороты в разы поднял.

Он погрозил пальцем.

— А насчет Колхоза он лукавит. Колхоз его подставить хотел. Говорил мне, что Одиссей там дорогу перебежал. Начал заказы из «Интуриста» перехватывать. Поэтому Колхоз настучал ментам. А потом какие-то мутки пошли. И хоба. Колхоз подался в бега. А на его место наш герой запрыгнул. Это как понимать?

Я посмотрел на него.

— А зачем на честного человека стучать? Я в гостиницу не лез. Чисто на улице работал. Так что, ничего не нарушил. Поэтому Колхоз за что боролся, на то и напоролся.

Принесли заказ. Быстро очень, кстати. Видать, повар торопился. Для уважаемого человека. Я надавил ложкой на скользкое яйцо, мелькающее в глубокой тарелке. Придавил, разрезал пополам. Попробовал суп. М-м, вкусно.

Пирожок слоеный. В форме полумесяца. По краям покрыт зазубринами. На тесте.

Я откусил кусочек. Ароматное мясо. Тесто пирожка захрустело. Посыпалось в тарелку.

— Ну как? — улыбнулся Косой. — Вкусно?

Вполне возможно, что после этого последует оплеуха. И бульон полетит мне в рожу. Я постарался сохранить спокойствие. Но внутренне приготовился. Увернуться.

— Да, очень вкусно. А вы что же не кушаете? Остывает ведь.

Косой помолчал. Все замерли. Ждали его решения.

— Ладно, — сказал он. — Посмотрим. Как ты будешь работать. Если и вправду такой шустрый. Показывай себя. Колхоз в месяц сто штук делал. Сможешь его обогнать?

Я быстро посчитал. Кажется, четверть выручки шла Колхозу. В карман. Если не больше.

С гостиницы по пол ляма поднять можно. Каждый месяц. Если грамотно подойти.

— Уважаемые господа, — я снова отхлебнул горячий бульон. Но сначала подул на ложку. — Раз уж мы заговорили о деньгах. Я обещаю удвоить этот процент. За неделю. А вы, если получится, дадите мне доступ в «Белку» и «Русю». Договорились?