Поцелуй нарцисса (СИ) - Атлант Полина - Страница 42

Теодор заторопился следом. Он этого так не оставит!

– Ты можешь ненавидеть меня дальше, сколько хочешь, но когда ему исполнится десять лет, он перейдет в отцовское воспитание!

Латгардис не ожидала, что Теодор пойдет за ней, поэтому не успела закрыть дверь в своих покоях.

Она положила малыша в колыбельную,и ей нужно было снять платье, но она не могла, пока этот мужчина здесь.

– У меня нет к тебе ненависти, я тебя давно простила! Но Αснар…

Теодор подошел слишком близко, и ее еще сильнее затрясло, казалось, она сейчас упадет от слабости.

– Боже, но он же и мой сын! – она так давно не слышала его голоса, что ей показалось, он стал грубее. – Что с тобой такое?

Латгардис поняла, что он не отступит, и она тоже. Нужно былo успокоиться, и выпроводить супруга за двeрь.

– Прошу, уйди, мне нужно кормить, – лаcково cказала она, вeдь он по–дpугому не понимал. - Или ты xочeшь полюбоваться моей грудью?

Герцог в недоумении уставился на нее.

– Эм… Нет, конечно! – Теодор понял, что ему сейчас лучше уйти, оставить ее в покое. Он тяжело выдоxнул, посмотрел на малыша и покинул комнату.

Латгардис со злостью сорвала себя узкое платье, освобождаясь от эмоций. Она настолько разволновалась, что нижняя рубашка промокла от молока. Принцесса взяла в руки малыша и, присев в кресло, попыталась успокоиться и покормить его.

Герцогиня не заметила, как сынок уснул на руках. Она где-то летала, все думала, как ей избавиться от Теодора, и возможно ли это вообще.

Латгардис положила малыша в колыбельную и накинула на себя пелиссон. Она решилась пойти к герцогу: ей стоит сказать ему, что у них не может быть продолжения. До завтра она не сможет дотерпеть, нужно решить это прямо сейчас. Она слишком хорошо его знает, он не упустит возможность отнять у нее ребенка.

Была дремучая ночь, все жители замка спали, кроме самой госпожи. Покои герцога находились рядом, чтобы он мог видеться с сыном. Она подошла к двери и уверенно приоткрыла ее, сердце бешено колотилось, дыхание сбилось.

Герцог спал уставший, обнаженный, раскинув руки на кровати он тяжело дышал. На его мускулистой главкой груди отражался темно-красный свет таинственного амулета в форме сердца. Она не знала, что ей делать. Зачем ей сейчас будить спящего мужчину, он не так поймет ее визит.

Она стояла и смотрела на него, восхищаясь, какой он красивый,и совсем забыла зачем пришла. От такого мужчины, хочется не одного малыша…

Нет! Прочь пагубные грешные мысли!

Незаметно для нее Теодор почувствовал, что в комнате кто-то дышит,и приоткрыл глаза. Меньше всего он сейчас ожидал увидеть фею – королеву единорогов, с розовыми волнистыми волосами. На груди у нее зарделся точно такой же амулет, как и у него. Словно это были две половинки.

– Пришла меня убить! – прошептал он. – Давай, другого шанса у тебя не будет!

Латгардис усмехнулась.

– Зачем мне убивать отца своего сына. Я пришла сказать, что согласна, чтобы мы вместе воспитывали сына, но между нами все кончено! – она повернулась, чтобы уйти.

Внезапно Латгардис почувствовала на своих плечах мужские руки.

– Так ли это? – прошептал он ей в ухо.

Она попыталась освободиться.

– Я все сказала!

– А я ещё нет! – подхватив ее хрупкое тело на руки, он унес ее на ложе. Две половинки соединились в одно.

Одной ночи ему оказалось мало для объяснений, а она до самого утра и не смогла доказать обратное.

КОНЕЦ