Невинная для бандита - Данич Дина - Страница 10

Блядь.

Как же не вовремя!

И остаться я не мог! Не сегодня, не сейчас, когда ситуация с Империумом вышла в завершающую стадию. Отойти сейчас в сторону и не проконтролировать означало начать все сначала. И вот тогда уже не факт, что фигуры встанут так, как нужно мне.

Как же все не вовремя…

Но оставить Катюшу с одним из парней? Ну, на хер. Эти остолопы не то что памперсы не поменяют, не покормят ее.

Искать новую няньку? Вариант. Да только в мой дом абы кого я не пускал. Тем более, не допускал к моей девочке.

Нет. Ни за что…

Оставался еще один вариант, который мне и самому был не по душе, но учитывая обстоятельства, это было всяко лучше. За оставшиеся полчаса найти кого-то и проверить хоть как-то было нереально. Даже с моими возможностями. А значит…

Рыжая кудрявая девочка.

До сих пор злила меня своей попыткой пострелять глазками, но она, по крайней мере, хотя бы знала, что делать с полугодовалым ребенком. Досье на нее собрали еще в первый день. И вот как нельзя кстати оказалось, что она работала волонтером в доме малютки.

Похвальное рвение. Да только подобное быстро проходит. Пройдет и у нее. Со временем. Как только распробует вкус бабла, уже ни за что не вернется туда, где платят гроши, а работы столько, что домой возвращаются едва живые.

Однако сейчас это было мне на руку. Правда, соображала девчонка плоховато – затравленно смотрела и не верила.

И это только сильнее раздражало. Каждая минута была на счету.

В первый момент Кудряшка застыла на пороге, глядя на диван, где лежала моя красавица. И такой у нее взгляд был в этот момент… Что я даже на мгновение залюбовался. Возможно, повстречай я ее не на аукционе, допустил бы мысль, что из нее вырастет достойная женщина, которых были единицы.

– Это Катя. Тебе нужно приглядеть за ней, пока меня не будет, – произнес, выводя девчонку из ступора.

Та осторожно прошла к ребенку и искренне улыбнулась.

Черт, а я снова залип. Пусть и на мгновение.

– Такая красивая малышка, – едва слышно прошептала она. Протянула руки к моей крохе, а у меня внутри аж все перевернулось – до этого Катю трогали только я и няня ее.

На удивление малышка не стала капризничать, хотя даже Ирина Витальевна не сразу нашла к ней подход. Просто удивительно.

Обернулся, почувствовав движение – Вадим. Молчаливо стоял и ждал. Но я знал – пора.

– Отвечаешь за нее головой, – напомнил девушке и, наконец, покинул детскую.

Стоило сесть в машину, как тут же взял в руки планшет и включил трансляцию с камер из детской. Мне было неспокойно. Впервые пришлось оставить свою принцессу вот так. Да, в доме полно охраны, и камеры работают постоянно. Да и девчонка не казалась совсем бездарью, но все же что-то меня беспокоило.

Я старался все контролировать. После смерти Ани – особенно. И сегодня, когда все вышло из-под контроля, я не просто был раздражен – злился.

Злился, что пришлось выбирать. Пожалуй, стоит задуматься о том, чтобы присмотреть вторую няню для малышки – чтобы вот таких вот накладок больше не случалось.

Ну на хер. Пусть лучше будет с проверенной женщиной, чем с молодой девчонкой.

Нам оставалось всего ничего до места назначения, когда интуиция буквально взорвалась – что-то было в картинке не так. Переключив изображение с разных ракурсов, я не сразу понял, что видео было зациклено…

Твою же мать!

– Разворачивай! – рявкнул Вадиму.

– Но Герман Владимирович…

– Я, блядь, не ясно сказал?!

К счастью, больше возражений не последовало. Сейчас меня мало волновали штрафы за разворот не в том месте. Я уже знал – таких совпадений просто не бывает. А значит, дома было что-то не то…

Номер охраны был недоступен. Точнее, гудки-то шли, но вот ответа не было.

Значит, нужно было быстро сообразить, кто был поблизости, и как быстро мы все сможем оказаться около дома.

А еще – вернуть изображение с камер… Хорошо, что полезных айтишников у меня было целых два.

– Валера, проблемы с камерами в доме. Восстановить. Срочно. И выведи на мой планшет.

Умный парень. Подвернулся мне случайно пару лет назад. Ни единого вопроса – только короткое “понял”.

Счет шел на минуты, а в груди разливалось мерзкое чувство, что сегодня мог потерять единственного близкого человека – мою девочку. И если это случится…

Думать об этом я себе попросту запрещал.

– 11 Есения -

Честно говоря, идя за Германом, я опасалась, что это окажется каким-то глупым розыгрышем или очередной проверкой. Поэтому когда увидела малышку, даже не сразу рискнула подойти.

Мороз, конечно, оставил напутствие в своей манере, но я уже попала под влияние очаровательной крохи.

Такая маленькая, такая чудесная.

Я очень любила детей. И во время работы в доме малютки мне было жалко каждого ребеночка. Меня часто ругали за то, что я приучаю несчастных отказников к рукам, что это только усугубляет их состояние. Но я все равно не слушалась. Потому что не могла не подойти к малышу, которому не хватало внимания, который жадно тянул ручки в поисках тепла.

Разве это плохо – дать им хотя бы то, что можешь? Да, взять их себе я не могла. Но могла уделять внимание, играть, улыбаться. Ведь если их не заберут новые родители сразу, скорее всего, их ждет не самая лучшая жизнь в детдоме. Так почему бы не поделиться с ними тем, что у тебя есть сейчас?

Карина не одобряла моего желания работать там. А вот мама поддерживала мой порыв. И хотя я уставала за день, хотя платили там копейки, а учитывая, что я еще была и волонтером, то, можно сказать, что это был скорее бесплатный труд, но я чувствовала себя на своем месте.

И поэтому едва только взяла Катюшу, как не могла перестать улыбаться ей.

Такая красавица! Даже удивительно, что такая вот замечательная малютка вышла у такого бесчувственного папаши. Почему-то я сразу решила, что она именно его дочь – настолько жадно тот смотрел на ребенка – будто готов был вырвать у меня из рук.

– Да уж, не повезет тебе, когда подрастешь, – сказала, меняя подгузник девочке. – Никаких поклонников не будет с таким отцом-то. Мигом всех разгонит.

Хотя, может, в чем-то я ей даже чуть-чуть завидовала. Я своего папу не знала. Он ушел, как только узнал, что мама оказалась в положении. Дескать, не желал тратить свою жизнь на спиногрызов. Мама, конечно, скрывала от меня эти неприглядные подробности. И если бы не сестра, я бы так и думала, что отец у меня – летчик-испытатель, который не вернулся с задания. Была ли я этим расстроена? Конечно, отчасти. Но мама нас обеих так любила, что этого хватало с лихвой.

Катюша оказалась чудесным ребенком – капризничала в меру, зато улыбалась часто и от души.

Я даже не сразу заметила, что что-то изменилось – настолько погрузилась в общение с крохой. Хотя стоило бы оглядываться по сторонам – потому что охранник, который дежурил в дверях, куда-то исчез, зато вместо него на пороге комнаты появились трое в темных масках.

Я испуганно посмотрела на них, тут же прижав к себе девочку.

– Ребенка отдай, – приказал один из них, тот, что покрупнее.

– Что? – шокированно спросила я. – Кто вы? Как вы сюда попали?

– Слишком много слов. Ребенок! – и протянул руки, делая шаг вперед.

Я интуитивно отшатнулась, а Катюша словно почувствовала, что ситуация стала опасной – громко заплакала.

– Давай по-хорошему, – заговорил другой. – Нам нужен только ребенок. Отдай, и не пострадаешь.

У меня был небогатый выбор. И хотя я мало что понимала в криминальных разборках, отлично догадывалась, что судьба у малышки будет незавидная, если я поддамся страху и отдам ее – либо станет разменной монетой и пострадает, либо ее и вовсе убьют. О себе в тот момент я почему-то даже не задумалась – просто не успела. В голове была только одна мысль – защитить ребеночка.

– Ей… нельзя, – ляпнула, надеясь отвлечь незнакомцев.

– Что нельзя? – спросил первый из них.