А у нас на Венере. Фантастическая повесть - Червяков Александр - Страница 6

– С порошком твоим проблем тоже не будет. Вам же комплекты на случай аварийной эвакуации выдали?

– Как только прилетели, сразу выдали.

– Вот, а что же ты туда не заглянул? Там есть такая дыхательная маска с очками. Респиратор называется. Наденем – и все дела.

Землянчик хлопает себя по затылку.

– Хех, а я и не догадался, что так просто… Ну тогда всё?

– Нет, не всё.

– А что ещё?

– А то, что ты обещал меня с собой протащить. А это значит, что тебе как-то меня надо провезти на турболифте на глазах у половины станции, да так, чтобы никто ничего не заметил.

Он широко раскрывает глаза.

– И как я, по-твоему, это сделаю?

– А мне всё равно. Хочешь, засунь меня в мешок и тащи на спине, как Дедушка Мороз. Но летим или вместе, или никто. Иначе фиг тебе, а не резак.

Я его ещё ни разу не видел настолько расстроенным. Как бы он прямо тут не заревел… Может, зря я так сказал? Кладу руку на плечо:

– Ну пожалуйста, придумай, ты же у нас… интеллект! У тебя отец не просто учёный, а ого-го, его вся станция знает по имени-отчеству! Значит, и ты справишься! Сеня…

Он молчит, потом кивает.

– Я подумаю. Вечером жди в гости, хорошо?

Вечером пью чай с родителями. Мама вздыхает, отец смотрит куда-то в сторону. Потом поворачивается ко мне.

– Ну что, сынок, опять остаёшься в доме за старшего мужчину. Завтра у меня запуск, и раньше чем через неделю вряд ли вернусь. Справишься?

Нет уж, папочка, на этот раз ты не отвертишься. Решил сунуться в самое пекло – ну и пожалуйста, только я полечу с тобой! Киваю головой:

– Конечно, справлюсь, о чём разговор. В первый раз, что ли?

Он смеётся.

– Ну, вот и славно!

Пришёл Сеня, поздоровался с родителями и сразу ко мне в комнату. Интересно, родители что-то подозревают? Нет, вряд ли. У отца в голове завтрашний запуск, у мамы… И у мамы тоже в голове завтрашний запуск. Не до нас им.

Располагаемся на койке, жду.

– В общем, так. Рома, у тебя запасной станционный комбинезон есть?

– Комбез? Есть, и не один. А тебе зачем?

– Давай мне сюда один прямо сейчас. Я в школу пойду завтра в комбезе.

Лезу в ящик, достаю даже не распакованный пакет со станционным комбинезоном, вручаю Сене.

– Что, красивый беленький костюмчик с Земли надоел? – это я типа шучу.

– Надоел-надоел, слушай дальше. Завтра в десять мы с тобой запрыгиваем в кладовку позади живого уголка, ты режешь вентиляцию и мы ползём до кладовки, расположенной рядом с площадкой турболифта.

– Дальше что? Обмажешь меня невидимой краской?

– Нет. Дальше снимешь комбез и оденешь вот это вот – лезет в рюкзачок и достаёт оттуда свёрнутый аккуратно земной белый костюм. Рубашка там, ну и всё остальное.

– Постой, а как же ты?

– И я тоже. Это мой запасной костюм, а роста мы почти одинакового. Сделаем вид, что ты тоже мальчик с Земли. Меня же за две недели там – и в турболифтах, и на нижней смотровой, и в лабораториях – многие видели и уже привыкли. Спорим, никто даже внимания не обратит.

– Как же не обратит? Тебя же одного видели, а тут нас двое.

– Ну и что? Типа приехали ещё земляне, тоже с собой кто-то из учёных сына привёз. Или скажем, что ты мой брат, только раньше болел и в каюте сидел. А теперь вот выздоровел, ну и гуляем вместе, в чём проблема? Костюмы у нас одинаковые, местные ребята таких не носят. В общем, главное – делать вид, что всё нормально и ничего особенного не происходит.

Сижу, думаю. Рискованно. Я бы, честно говоря, предпочёл что-то понадёжнее. Но подозреваю, что варианта надёжнее у нас просто нет.

– Хорошо. Ещё что-нибудь?

– Да. Через вентиляцию полезем, рюкзаки испачкаем стопроцентно. А нам нужно, чтобы на площадке всё выглядело новенькое и чистенькое. Тогда взрослые ничего не заподозрят. Так что на рюкзак сделаешь чехол из плёнки, ясно?

Варит всё-таки голова у этого Сеньки. Не напарник, а клад. С таким у меня точно всё получится, и я всё-таки полечу на поверхность!

– Ну… Тогда до завтра?

И мы жмём друг другу руки.

С утра умываюсь, ем, собираю вещи. Пластиковый пакет, резак, респиратор, карманный фонарик, Сенькин белый костюм.

– Мама, я в школьный центр поиграть с ребятами!

– Хорошо, Рома, только сперва вымой за собой посуду!

– Угу, мам!

Посуду?! Мамочка, миленькая моя, вот уж совсем не до посуды мне сейчас! Застёгиваю рюкзак и тихонько выбегаю из каюты в коридор.

…При температуре +500 градусов и давлении в 100 атмосфер обеспечить для людей хотя бы относительно безопасные условия пребывания на долгое время невозможно. Однако в 50 километрах над поверхностью Венеры температура достаточно комфортная, в пределах +40 – +70 градусов, а давление равняется земному. Да, здесь дуют ветры огромной силы, а воздух, несмотря ни на что, остаётся смертельно ядовитым из-за паров серной кислоты; но всё-таки именно здесь, на пятидесятикилометровой высоте, люди могут строить обитаемые станции для постоянного проживания и работы. Земной воздух легче венерианского в полтора раза – поэтому лёгкая оболочка, надутая обыкновенным воздухом, на Венере поднимется вверх сама собой…

Прихожу в школу, здороваюсь с ребятами и сажусь играть с кем-то в видеоигры. Потом делаю вид, что надоело, перехожу за столик и начинаю рассматривать картинки в журнале. Тут меня Васька кулаком в бок тыкает:

– Ром, а Ром! Гляди, новенький наш станционный комбез себе раздобыл!

Гляжу – точно, Сенька в комбезе, с рюкзачком за плечами.

Я говорю:

– Ну и норм. Хоть выглядит теперь, как приличный человек.

И спокойно себе листаю журнал дальше.

Ближе к десяти переглядываемся с землянчиком и, не торопясь, выходим в живой уголок. Пока всё идёт как надо, все заняты – кто видео смотрит, кто рисует, Мишенька-ангелочек в шахматы с компьютером пыхтит, девчонки вон кукол своих притащили и играют. Снова делаем пару кругов вокруг рыбок с попугайчиками, проверяем, чтоб никто на нас внимания не обратил. Пора!

Быстро заходим за кадки, Сенька достаёт карточку, дверь кладовки послушно отъезжает в сторону. Заныриваем внутрь, дверь закрывается. Ну всё, поехали!

Вентиляционная решетка под самым потолком. Хоть потолки у нас и невысокие, взрослый рукой достанет, но просто так мне до решётки не дотянуться. Смотрю на Сеньку. Он как понимает:

– Это ничего, я тебя подсажу, а ты меня потом втянешь. У меня верёвка есть капроновая, вот, держи.

Снова удивляюсь – насколько же предусмотрительный этот землянчик. Натягиваем на рюкзаки чехлы, я достаю резак и фонарик. Встаю Сеньке на плечи, он меня поднимает. Нужно завести пруток решетки в паз и нажать на курок. Щелк! – первый пруток перекушен. По очереди перекусываю все остальные, решетка со звоном падает внутрь вентиляционной трубы. Мы замираем – вдруг кто что слышал? С минуту ждём. Нет, всё тихо. Надеваем респираторы.

Я влезаю внутрь трубы. Труба достаточно широкая и высокая, на четвереньках даже взрослый пролезет, а уж нам, пацанам… Разворачиваюсь, сбрасываю верёвку вниз, аккуратно упираюсь ногами в стенки. Всё, Сенька тоже влез без проблем. Начинаем тихо продвигаться вперёд.

Минут через пять доходим до развилки.

– Куда теперь? – спрашиваю.

Землянчик ложится на бок, достаёт планшет и начинает что-то там считать. Под маской респиратора лица совсем не видно. Жутковатая такая морда. Впрочем, у меня точно такая же. Голос звучит глухо, еле слышно.

– Сейчас налево. Пропускаем три поворота, на четвёртый – поворот направо. Дальше восемь поворотов пропускаем, девятый налево. Потом третий поворот направо. Запомнил?

Киваю. Двигаемся дальше. В голове постоянно кручу: «четвёртый направо, девятый налево, третий направо… четвёртый направо, девятый налево, третий направо…».