Богини судьбы - Майбах Юлиана - Страница 10

Но если бы он правда намеревался убить меня или мою мать, то уже давно мог бы это сделать. Так что же им движет? В памяти эхом отдаются его слова: «Я хотел убить Эйдена, а не тебя». Конечно, так немногим лучше. Но небольшая часть меня верит, что он говорил правду. По крайней мере, сейчас он не собирается меня убивать – пока нет. Но почему?

Йору запрыгивает мне на колени и прижимается ко мне.

– Хотела бы я, чтобы мне не приходилось ломать голову еще и насчет этого парня. – Уткнувшись в лисий мех, я ищу решение. Понятно, что можно попросить о помощи. Эйден – хороший вариант для начала, все-таки он несколько раз пересекался с Ноа – пусть даже исключительно в бою. Но что-то мешает мне довериться ему. Да, вероятно, дело как раз в этом: в доверии. У меня просто больше нет его по отношению к Эйдену. Узнай он обо всем, наверняка сразу придумал бы план, не считаясь со мной, а я этого не хочу. Речь обо мне, моей маме, моем доме. Здесь я хочу сама принимать решения или как минимум участвовать в их принятии.

– Ноа объявится вновь, – говорю я Йору, который смотрит на меня с выражением, которое я назвала бы серьезным. – И я уверена, что пока он не причинит мне вреда. Так что давай придерживаться нашего плана: выясним, чего он на самом деле от нас хочет.

Я так погружена в свои мысли, что вздрагиваю от испуга, когда в кармане брюк вибрирует мобильный телефон. Сообщение. Охваченная плохим предчувствием, я беру смартфон в руки и, затаив дыхание, смотрю на экран. Однако текст пришел не от Ноа, а от Кейт. Я с облегчением выдыхаю и читаю, что она написала мне.

«Хотела спросить, ты, случайно, не свободна? Моя мама у друзей, и я могла бы зайти к тебе. Если хочешь, потом сходим в кино».

Я мгновенно ей отвечаю и с удовольствием приглашаю в гости. Немного отвлечься – это именно то, что мне сейчас нужно.

В ожидании Кейт готовлю кофе. Пролетает совсем немного времени, и раздается звонок в дверь. Я открываю и крепко обнимаю подругу.

– Как здорово, что все получилось, – радостно говорит она и проходит вместе со мной в дом.

– Да, а особенно то, что у нас так много времени.

Она снимает куртку, и мы обе идем на кухню.

– Моя мама на вечеринке у подруги, так что, надеюсь, это затянется надолго.

– И ты тратишь свободное время не на учебу, а вместо этого встречаешься со мной? Я правда влияю на тебя не лучшим образом, – шучу я, вспоминая слова, которые ее мать сказала обо мне в нашу с ней первую и до сих пор единственную встречу.

– Это как посмотреть, – отвечает Кейт и садится за стол, а я ставлю перед ней кружку с кофе, над которой поднимается пар.

– Как дела в школе? – спрашиваю я.

Она пожимает плечами.

– Пока неплохо. Печальная гримаса Марии скрашивает мне дни. – Подруга тихо посмеивается. – Знаю, злорадствовать нехорошо, но Мария на самом деле заслужила. Она все еще хандрит из-за того, что Эйден так быстро ушел. Ходят слухи, что его отец нашел работу в другом конце города. Но ты, наверно, лучше знаешь. – Она бросает на меня быстрый взгляд. – А может, и нет, поскольку тогда это будет означать, что вы с ним почти не общаетесь и он оставил тебя в покое.

– Мы мало разговариваем и стараемся избегать друг друга. Хотя он был потрясен не меньше меня тем, что мы снова оказались в одной школе.

Громко фыркнув, Кейт успокаивающе кладет руку мне на плечо.

– А тебе везет. Я надеялась, что хотя бы он тебе не докучает.

– Я справляюсь. У нас несколько общих уроков, но, к счастью, академия большая, так что, кроме как на них, мы не натыкаемся постоянно друг на друга.

Кейт и я поднимаемся ко мне в комнату, где Йору свернулся калачиком на своем любимом месте перед кроватью. Он поднимает голову, когда мы входим.

– Привет, Йору, – здоровается с ним наша гостья и опускается перед ним на корточки. Он тут же подходит к ней и прижимается головой к ее ладони. – Он действительно очень милый, – произносит она и садится к нему. Лис с радостью принимает приглашение и устраивается у нее на коленях. – Твоя мама уже знает о нем?

Я отрицательно качаю головой. Еще одна проблема, которую необходимо срочно уладить. Просто до сих пор мне нужно было разобраться с кучей других вещей.

– Все жду подходящего момента.

Кейт продолжает гладить Йору.

– Когда она его увидит, точно не сможет сказать «нет». Он же такой лапочка. – Она с теплотой смотрит на него и внезапно хмурится. Ее пальцы прекращают скользить по его меху, и она говорит: – Странно. Темные пятна стали бледнее? У него линька? А цвет шерсти звери при этом тоже меняют?

Я тяжело сглатываю и не знаю, что ответить. Вообще-то, Кейт должна видеть только рыжеватую пятнистую кошку. Маскировка под другой вид – это естественная защита, которой наделены духи ключей, чтобы незаметно перемещаться среди людей. И до этой минуты на Кейт она вроде бы тоже работала. Не понимаю, почему она думает, что Йору изменился. Может, ей просто почудилось. Главное, что в ее глазах Йору остается котом.

– Может, у него правда линька, – соглашаюсь я. – По крайней мере, волос от него вокруг предостаточно.

– В любом случае ему идет. Рыжий мех без пятен, как у лисы, будет классно смотреться.

От такого сравнения у меня заметно учащается пульс. Я встаю и беру домашнее задание по математике.

– Знаю, что это не самое потрясное занятие, но, раз уж ты здесь, можешь взглянуть на задачу?

Она поднимается, а Йору спрыгивает с ее коленей, чтобы опять свернуться на коврике у моей кровати. Хорошо, так он на какое-то время исчезнет из поля ее зрения и, надеюсь, из ее мыслей. Пока подруга объясняет мне математику, я периодически поглядываю на Йору, который уже уснул. Почему Кейт, пусть и частично, сумела увидеть его настоящий мех? Силу, необходимую для такого перевоплощения, мой дух ключа тоже черпает из одеона? Предположив, что да, я решаю давать ему больше своего одеона, чтобы он мог поддерживать маскировку. А потом снова смотрю на Кейт, которая начала записывать решение на бумаге. Скажет ли она мне, если заметит в Йору что-нибудь еще?

Глава 9

– Тебе понравится этот фильм, – обещает Кейт, когда мы выходим из автобуса и идем остаток пути до кинотеатра пешком. Мы приехали рано, поэтому у нас осталось немного времени в запасе. – Во всяком случае, он должен быть довольно смешным.

Я весело качаю головой:

– Ты ходячая кинопрограмма.

– Мне нравится кино, – отвечает она. – Жаль, из-за мамы мне редко выпадает возможность посмотреть что-то на большом экране.

Я обнимаю ее за плечи:

– Давай наслаждаться этим вечером.

Рассмеявшись, подруга кивает, и мы идем дальше по улице.

Благодаря регулярным тренировкам в последнее время крутые подъемы стали для меня не таким тяжелым испытанием, как раньше, хотя я все равно отмечаю, что сердце быстро колотится в груди.

– Это еще ничего, – говорит слегка запыхавшаяся Кейт. – Филберт-стрит – самая крутая улица города с уклоном в тридцать один с половиной градус. Вот там действительно начинаешь задыхаться. И всегда приходится сильно жать на тормоза, когда едешь по ней вниз на машине. Но как ты уже поняла, тут много таких улиц. Еще одна вещь, которую я очень люблю в этом городе. Везде можно увидеть что-то особенное. Здесь столько историй.

Мы как раз пересекаем неширокую дорогу и при этом минуем переулок. Там царит сумрак, и меня моментально охватывает нехорошее ощущение. Я вздрагиваю, снова почувствовав, что за мной следят. Может, это всего лишь Йору? Или нам грозит опасность? Мне хочется поскорее убраться отсюда на большую и освещенную улицу, к другим людям. Однако Кейт останавливается и, похоже, вовсе не замечает моего напряжения. Она все еще не вышла из роли гида.

– Но есть и пара не особенно приятных мест, где случались страшные вещи. – Кивнув головой на пустынный переулок, Кейт смотрит туда мрачным взглядом. – В 2011 году здесь напали на Фила Кеннвуда. Если верить уликам, преступник появился из ниоткуда, отобрал у него все ценности и страшно изуродовал труп. Того, кто это совершил, не нашли по сей день. – Она на мгновение замолкает, не сводя глаз с переулка. – Интересно, какой была его последняя мысль? Он шел с работы, наверняка уже думал, чем займется в свободное время, возможно, с нетерпением ждал ужина и уютного вечера. А потом происходит такое. На него нападают, тащат в переулок. Он кричит и сопротивляется, но у него нет шансов. Противник бьет его, жертва корчится, пытаясь защититься. Все развивается слишком быстро. Сильный удар, и Фил Кеннвуд испускает последний вздох, смотрит пустым взглядом на своего убийцу, который невозмутимо обшаривает его одежду и забирает все ценные вещи. Для меня загадка, как можно быть настолько жестоким.