Лубянская империя НКВД. 1937–1939 - Жуковский Владимир Семенович - Страница 47

Шапиро реабилитирован в 1956 году.

ДАГИН. Представитель «северокавказской группы» Евдокимова, комиссар гб 3 ранга.

«Справка

по архивно-следственному делу

№ 975028 на

ДАГИНА Израиля Яковлевича, 1895 г. р., ур.

г. Мелитополя, еврея, гр. СССР, бесп., до ареста начальника 1 отд. ГУГБ НКВД».

1 отдел — это отдел охраны правительства.

«ДАГИН был арестован 5 ноября 1938 г. и ему предъявлено обвинение в том, что он — Дагин являлся участником контрреволюционной заговорщической организации внутри НКВД…

21 января 1940 г. Военной Коллегией Верховного суда СССР Дагин И.Я. приговорен к расстрелу». Не реабилитирован.

Из показаний Дагина.

«Мне также известно со слов не то ФРИНОВСКОГО, не то ШАПИРО, что имелись показания и на троцкиста ЖУКОВСКОГО, взятого ЕЖОВЫМ на работу заместителем Наркома Внутренних дел.

Я знал, что КОНЕВЕЦ, работавший заместителем начальника Административно-хозяйственного управления НКВД подал ЕЖОВУ заявление на ЖУКОВСКОГО о его троцкистском прошлом, антисоветских связях и темных махинациях по работе в НКВД. Однако, ЖУКОВСКОГО не трогали, что же касается КОНЕВЦА, то он вскоре после своего заявления был арестован и расстрелян».

В показаниях следующего чекиста Коневец фигурирует уже не как разоблачитель, но в прямо противоположном качестве.

ЖУРБЕНКО. На работу в Москве Журбенко выдвинут Реденсом, который близко его знал по работе в ГПУ Крыма19 (кн. 1)

«Справка

Секретно

по архивно-следственному делу

№ 975183

на ЖУРБЕНКО Александра Спиридоновича, 1903 г. р., урож. ст. Лозовая гр-на СССР, б/п, до ареста начальника УНКВД Московской области».

Судя по его же показаниям, Журбенко в течение трех с половиной месяцев работал начальником отдела. Это был 4-й отдел (СПО, секретно-политический отдел) 1-го управления (государственной безопасности, быв. ГУГБ) НКВД СССР. Пост начальника УНКВД Московской области от Журбенко перешел к В.Е. Цесарскому.

Далее из справки: «Согласно постановления на арест следственной части НКВД СССР 28/XI—1938 г. ЖУРБЕНКО был арестован, ему предъявлено обвинение в том, что он являлся участником контрреволюционной организации и занимался предательской деятельностью.

Будучи арестован, Журбенко при первичном допросе 8/II—39 г. и личных показаниях 30.III—1939 г. в предъявленных ему обвинениях виновным себя признал…

Затем ЖУРБЕНКО в своем заявлении от 31 марта

1939 г. от ранее данных показаний отказался и заявил, что показания о себе он дал ложные в результате самооговора. ЖУРБЕНКО также отрицал показания лиц его изобличавших в том числе ЕЖОВА, РАДЗИВИЛОВСКОГО и др.

При последующих допросах Журбенко также отрицал свою причастность к заговорщической организации в НКВД.

В Судебном Заседании 15/II—1940 г. Журбенко виновным себя ни в чем не признал и заявил, что на предварительном следствии он дал вынужденные показания от которых в последующем отказался. Вначале он дал ложные показания потому что в течение 40 дней его следователь избивал, не вытерпел и дал показания…

Показания ЕЖОВА считает не верными, он просил следователя дать возможность написать свои объяснения опровергающие показания Ежова, но ему, Журбенко, такой возможности не дали…

Решением Военной Коллегии В.С. СССР от 15/11—1940 ЖУРБЕНКО приговорен к ВМН. (Не реабилитирован.)

В приобщенных к делу черновых записях отпечатанных потом на пишущей машинке озаглавленных «Личные показания арестованного Журбенко», вместе с тем никем не подписанных и не заверенных фигурирует ЖУКОВСКИЙ, о котором сказано:

«…Желая войти в доверие к ЕЖОВУ, я в течение 3,5 месяцев своей работы начальника отдела передал ему компрометирующие материалы на ЖУКОВСКОГО, ДАГИНА, БАЛАЯНА, НИКОЛАЕВА, ЦЕСАРСКОГО, МИНАЕВА-ЦИКАНОВСКОГО, ЯКУБОВИЧА и др. Этим самым думал отвести от себя какое-либо подозрение…

В заявлении отпечатанном на пиш. машинке, датированном 4/XII—1938 г., заверенном следователем (подлинник отсутствует) адресованном БЕРИИ, ЖУРБЕНКО указывает, что ЕЖОВУ была известна вражеская работа некоторых работников органов НКВД, имеющих компрометирующие материалы.

«…О ЖУКОВСКОМ

О том, что Жуковский в прошлом троцкист или человек, близко связанный с троцкистами, и что работая зам Наркома, устраивал к себе в аппарат б. активных троцкистов, Ежов знал. Я лично докладывал Ежову одну или две сводки, полученные по линии первого, или возможно другого отделения 4 отдела, точно не помню, о том, что Жуковский в прошлом троцкист и что до последнего времени поддерживал связь с б. троцкистами.

Позже 4-м Отделом был арестован некий КОНЕ-ВЕЦ, работавший незадолго до ареста начальником или пом. нач. АХО и ведавший квартирами. На следствии этот Коневец, признавшись в своей прошлой активной троцкистской деятельности, одновременно дал показания о том, что по указанию троцкистской организации он должен был проникнуть для работы в аппарат органов НКВД и что с этой целью он обратился к Жуковскому, которого он знал по прошлой троцкистской работе и т. о. через него устроился в НКВД. Эти показания были записаны отдельным протоколом и лично мною доложены ЕЖОВУ.

Протокол КОНЕВЕЦ, ЕЖОВ оставил у себя…»

В справке на Ежова читаем:

«На очной ставке с ЕЖОВЫМ арестованный ЖУРБЕНКО Александр Спиридонович 14 июня 1939 г., отрицая свою принадлежность к заговорщической организации в НКВД, заявил:

«ЕЖОВ, если я был завербован вами в заговорщическую организацию, то чем объяснить, что после назначения меня начальником СПО, то в течение моей 3,5 мес. работы, я вам неоднократно передавал компрометирующие материалы на ЖУКОВСКОГО (показания КОНЕВЕЦ)…»

В справке на Г.Я. Коневца, «1894 г. р…, русского…., до ареста пом. нач. адм. хоз. Управления НКВД СССР», отмечено, что Жуковский по его показаниям не проходит. Сам Коневец подвергся аресту 3 июля 1938 г. «как участник антисоветской троцкистской организации… В судебном заседании виновным себя не признал».

Приговорен к ВМН 7 сентября 1938 г., т. е. через 2 месяца после ареста. Быстро! Как знать, не писал ли действительно Коневец заявление на Жуковского, и не оно ли Коневца погубило. При этом самое интересное, что, как указывает «справка», в официальной версии показаний Коневца Жуковский вообще не фигурирует, тогда как на очной ставке с Ежовым Журбенко категорически утверждает обратное.

МИНАЕВ-ЦИКАНОВСКИЙ. Кадровый чекист, вошедший в орбиту Евдокимова еще на Украине19, Минаев имел высокое звание комиссара гб 3 ранга, что на одну ступень превосходит «старшего майора» (коим, например, удостоили рекрутированных чекистов Жуковского и Шапиро). В Наркомтяжпром был, как водится, переведен незадолго до ареста, с должности начальника 8 (промышленного) отдела Управления госбезопасности НКВД СССР.

«Справка

Секретно

по архивно-следственному делу

№ 956917 (2 тома) на:

Минаева-Цикановского Александра Матвеевича, 1888 г. р., ур. г. Одесса, еврея, гр. СССР, б/п, без спец, образования, б. чл. КПСС с 1919 г., до ареста зам наркома тяжелой промышленности СССР.

Органами НКВД МИНАЕВ был арестован 5/XI— 38 г. и ему предъявлено обвинение в том, что он являлся участником антисоветского заговора в НКВД и проводил предательскую подрывную работу.

На предварительном следствии МИНАЕВ в предъявленном ему обвинении виновным себя признал…

В антисоветскую заговорщическую организацию, как показал Минаев, он был вовлечен в первой половине 1935 г. б. Наркомом вн. дел — ЯГОДОЙ, в бытность его — Минаева работы начальником УНКВД Челябинской области. Минаев также показал, что ему от Ягоды как участники организации были известны: ПРОКОФЬЕВ, АГРАНОВ, ГАЙ, МОЛЧАНОВ, ПАУКЕР, БОКИЙ, БЛАГОНРАВОВ, МИРОНОВ, РЕШЕТОВ, а также назвал ряд участников известных ему по периферии.