Скверная жизнь дракона. Книга вторая (СИ) - Костенко Александр - Страница 36

Вместо того, чтобы идти по прямой, он специально изогнул маршрут и вышел на места с ещё не пойманными червями. Его неуёмной тяге к охоте и азарту мог бы позавидовать заядлый посетитель игорных мест, но сейчас такое поведение мешало.

— Забрим. Забрим! — на второй раз здоровяк наконец обратил на меня внимание. Он и в первый раз прекрасно слышал оклик, но явно проигнорировал его. — Ты всех задерживаешь! У тебя две минуты чтобы вернуться, иначе мы пойдём смотреть зверя без тебя.

Даже сквозь расстояние было видно проступившее волнение на лице парня. Ему хотелось продолжить охотиться на червей, но интерес к необычному животному щекотал душу, так что он поспешил к нам.

Одежда всех парней была заляпана коричневыми пятнами от неумелого обрубания серых частей отродий. И мерзко пахла. Но не настолько, чтобы привыкшие к запаху благородные носы хоть как-то на него реагировали. Сначала умыв лица водой из бурдюка, специально взятого для водных процедур, и смыв с одежды брызги застывшего ихора, ребята ещё минут пять ухаживали за своим оружием.

Наконец мы были готовы отправиться в путь: мечи и одежды благородных очищены и протёрты, а жажда утолена. Мешки, в которые ребята собирали отрубленные части, набиты до краёв. Их было решено оставить у опушки леса: процесс испарения начнётся минимум через час, а таскать лишние тяжести по лесу никому не хотелось. Да и бояться, что мешки украдут, не стоило — всё равно в округе никого нет.

— Три… — хриплым голосом заговорил Имтар, смотря на Забрима, — мы втроём собрали по мешку, а ты… почти два. Ты раньше охотился… на них?

— А, я? Не, ни разу. Но ведь там просто — наступил, отодвинул, дождался, откинул, порубал. А если там другие вылезут, так вообще хорошо: ждать же не надо!

— Я должен преклониться пред тобой —

Дитя богов, великое творенье.

Тела твои пышут силою большой —

в том их благое провиденье.

— Так, ребят, тишина, — хоть парни и выглядели уставшими физически, но вот языком болтать как флюгером были способны ещё очень долго. — Сейчас пойдём к ещё одной землянке…

— А можно мне…

— Лудик молчи, когда я говорю! Так, о чём я? А, землянка. Надо проверить её состояние и после мы сразу же пойдём к зверю.

— Сейчас можно сказать?

— Я недоговорил! Правило простое: пока идём до землянки можете горланить сколько душе угодна. Но как только пойдём к зверю — чтобы не звука. Иначе я просто развернусь и пойду обратно.

— Ликус, я…

— Лудик, сожри тебя скверна, ты уже достал! Я. Ещё. Не. Закончил!

— Я не могу больше терпеть! — парень резво пританцовывал на месте. — Ссать хочу!

— А чего молчал? Иди давай в лес. Вы все тоже сходите.

Эльф стрелой помчался за ближайшие деревья. За ним направились двое парней, весело смеясь над незадачливым другом. Рядом со мной остался Имтар, неумело скрывавший насмешливую улыбку.

— Тоже сходи.

— Нет, я… я не хочу. Я уже ходил… когда мы обедали.

— Потом опасно будет и придётся терпеть.

— Я честно… не хочу. Я мало пью. И мало хожу… по нужде.

— Это как-то связано с твоим голосом?

— Да. Мне иногда… больно пить. И говорить.

— Что-то серьёзное?

— Застудил… в детстве. Когда был… младенцем. Так мама… говорит.

— А к лесным эльфам обратиться, чтобы вылечили?

— Они отказались. Сказали… что результат непредсказуем. Слишком сложно. Момент упущен.

— Чтобы лесные сказали, что сложно и отказались? Слушай, у меня есть знакомый лекарь один, тоже из лесных. Он знаток своего дела, пусть тебя посмотрит.

— Спасибо… как-нибудь. Наверно… всё же…

— Ещё немного, и я бы опозорил честное имя своей семьи! — послышался голос остроухого.

Возвращавшиеся из леса трое парней громко засмеялись надо шуткой Лудика. Они выглядели посвежевшими, даже несколько отдохнувшими.

— Потом вернёмся к этому разговору, — я обратился к Имтару и не дожидаясь его ответа крикнул парням: — Быстрей давайте!

Мы направились в лес. Ребята на ходу живо обсуждали самые волнительные моменты недавней охоты. Подобно бывалым авантюристам они обменивались наблюдениями и советами, направленными на более грамотное убийство порождений. И по-ребячески бахвалилась, как умело уворачивались от червей и как точно подгадывали момент того или иного действия.

И постоянно спрашивали меня про время: им не терпелось увидеть существо, про которое я так часто упоминал. Хотя интонации их голосов намекали, что благородным не терпелось вернуться к порождениям. Но план был оговорён, и мы шли по одной из лесных троп. Правда сейчас я самым бесчувственным образом обманывал ребят — я вёл их немного западней, чем надо было.

В той части леса начинался маленький ручей, давно заброшенный из-за того, что в летнюю пору он частенько пересыхает. Да и близкое расположение к месту обитания свирепых животных тоже причина, вынудившая лесников забросить его. Но сейчас весна, он полон талой воды и по краям его обязательно должна расти последняя трава из списка заданий.

Добравшись до нужного места и мастерски исполнив постановку «я не думал, что уйду так далеко, простите», я повёл ребят вдоль ручья. По пути мы останавливались, если находили пучки весенней травы с тёмно-синими цветами.

Вскоре мы наконец добрались до землянки, а я вслух отметил увеличившуюся тяжесть моего рюкзака: все травы, цветы и клубни были собраны. Их количества хватит и задания закрыть, и собственные запасы пополнить.

Благородных не интересовало содержимое моего рюкзака. Их сознания будоражил вид старого, практически осыпавшегося строения: просевшая с одного края крыша касалась земли, выступавшие над землёй три бревна почернели от сырости, маленькую входную дверцу перекосило, дымоход обрушился. А лесной сор и отсутствие кострища лишь подтверждали, что всякий разумный забыл сюда дорогу.

Оставив ребят позади и подойдя к дверце, я ударил по ней ногой и прислушался — внутри шла возня. С трудом открыв дверцу, я приготовился отразить атаку перепуганных существ, но никто не выбежал наружу, а наоборот — затаился в тёмных углах. Из рюкзака я вытащил небольшой мешочек, а из него несколько покрытых воском шариков пшеницы. Размашисто, прикладывая силу, я закинул их внутрь землянки: восковая оболочка должна непременно разбиться от удара, иначе эффекта не будет. Ещё лучше, если шарики разлетятся на части.

Закончив, я вновь прислушался — тишина. Казалось, что укрывшееся в землянке зверьё боялось хоть как-то выдать себя. Но это неважно: они всё равно повыскакивают наружу.

Теперь можно сказать одно — всё готово.

— Что вы кидали? — спросил Лудик, до этого с интересом наблюдавший за мной. Впрочем, как и другие ребята.

— Шарики пшеницы, проваренной в особой жидкости. Они источают настолько отвратный запах, что животные будут обходить это место за сотню метров. Мы, кстати, вообще ничего не почувствуем: у нас и у животных разные носы.

— А, зачем?

— Что зачем?

— Ну, зачем вы их закидывали туда?

— Лесничие оставили запрос в гильдии. По заданию надо проверить её состояние и очистить от зверья. Эти шарики как раз самый простой и быстрый способ.

— А, зачем им понадобилась эта рухлядь?

— И я хочу об этом знать,

Ведь если присмотреться,

То можно быстро осознать:

Недолго ей осталось разрушаться.

— Вы думаете, я знаю? — я посмотрел на парней строгим, командирским взглядом. — Заказчик не обязан указывает причины, по которым подаёт запрос. И это тот случай.

— Но вдруг… что-то серьёзное?

— Имтар прав! — Лудик вновь перехватил инициативу разговора. — Или, может быть, это ловушка?

— Какая ловушка? — я с недоверием посмотрел на эльфа.

— Ну, не знаю. Вдруг вас кто-то решил подставить и устроил здесь западню.

— Запрос подан непосредственно от администрации города.

— А если бы здесь зверь был?

— А это важно? Есть запрос и есть авантюрист, который решает: брать задание с такими условиями, задачами и вознаграждением, или нет. И неважно, что он встретит — если авантюрист взял запрос, то он обязан его выполнить. Иначе можно попрощаться со своей репутацией и спуститься на пару рангов ниже. Исключение лишь одно: смерть. Неважно чья. Опытный авантюрист всегда готов не вернуться с задания. Или вместо него вернётся лишь браслет или то, что он использует для опознания.