Земля! Визит родственников (СИ) - Немиров Олег - Страница 53

– Что, по вашему мнению, предпримет противник?

– Товарищ Верховный Главнокомандующий! – громкий голос, выработанный десятилетиями безупречной службы, с легкостью перекрывал неумолчный шум командного пункта.

Нетерпеливым движением руки президент остановил генерала:

– Давайте ближе к делу, товарищ генерал, и кратко, – произнес тихо и невыразительно.

Генерал согласно наклонил седую голову, на миг показав лысеющую макушку.

– В последние полчаса выявлены признаки явной активизации американских вооруженных сил как на территории США, так и на военных базах в Европе и Азии: интенсивность радиообмена и телефонных переговоров увеличилась на порядок. Обнаружены признаки приведения в готовность к выходу в море авианосных групп и приведения в готовность DEFCON-3, сил стратегической бомбардировочной авиации, а также рассредоточения войск и штабов. По данным технической и агентурной разведки, продолжается загрузка ядерного оружия на ударную авиацию, смена кодов в подразделениях стратегических сил и выдвижение носителей оружия массового поражения в районы патрулирования. Генеральный штаб считает, что противник скрытно готовится к нанесению быстрого глобального удара. Доклад закончил.

– Что вы предлагаете?

– Товарищ президент, я, как военный, считаю необходимым осуществить превентивный удар по территории США и зарубежным базам. В противном случае мы рискуем пропустить удар американцев.

В зале повисло напряженное молчание, казалось, еще миг и между людьми пробьет огненная искра молнии.

На что решиться? Нанести превентивный удар неядерными стратегическими силами? Без всяких гарантий, что это не приведет к термоядерной войне? Или первым ударить ракетами с ядерными боеголовками?

А может, ждать хода противника, надеясь, что он блефует?

Сложность в том, что третьего пути нет. Ставки слишком высоки. Здесь и сейчас решится судьба самой большой страны и всей планеты Земля.

Мир за пределами защищенного пункта управления застыл в неустойчивом равновесии между грандиозной провокацией, ограниченным военным конфликтом и Третьей мировой войной.

Теперь все зависело от выдержки и воли политиков не идти на обострение. А вот этого у «партнеров» России не замечалось.

Президент разыскал взглядом министра иностранных дел.

– Виктор Сергеевич! Что говорят наши… – короткая, злая гримаса на миг исказила черты, и последнее слово он произнес, как будто выплюнул: – Американские партнеры?

Министр иностранных дел подошел к застывшему с каменным лицом президенту. Снял очки, неторопливо протер стекла тряпочкой и уложил в футляр. Футляр отправился во внутренний карман пиджака.

– Американцы молчат. Не отвечает даже прямая линия связи с Вашингтоном. Нам удалось выйти на генерального секретаря НАТО. Там утверждают, что были не в курсе намерений американской администрации. Врут, конечно, но предлагают посредничество в урегулировании конфликта.

Президент немного помолчал, пристально глядя на министра.

– Как вы считаете, американцы пойдут до конца? Или остается возможность договориться?

– Не думаю, похоже, они пошли ва-банк. Тот факт, что американцы пошли на столь беспрецедентное нападение на Россию, рискуя тем, что мы нанесем ответный ядерный удар по США, свидетельствует об отчаянной попытке поддержать свою репутацию как единственной сверхдержавы. Стоит им отступить, они потеряют и лицо, и статус. Все вышеизложенное позволяет утверждать, что они будут играть на повышение ставок… – министр резко оборвал фразу, давая присутствующим возможность самим закончить мысль.

Президент несколько мгновений смотрел в профессионально бесстрастное лицо собеседника, словно пытаясь отыскать хоть какие-то следы эмоций, затем устало кивнул:

– Хорошо, продолжайте усилия по урегулированию конфликта.

К президенту с телефоном в руке подошел секретарь.

– Кто?

– Американский президент.

– Помяни черта, а он тут как тут… – президент протянул руку, лицо его немного помягчело. – Давай!

– Good afternoon, mister president[55], - произнес американец ледяным тоном.

Министры и ключевые чины администрации оживленно задвигались, зашептались. Раздался дружный вздох облегчения. Наконец-то американцы вышли на связь. Значит, поняли, что авантюра потерпела крах! Появилась хрупкая надежда, что тем или иным способом инцидент урегулируется.

Выражение лица президента менялось вместе с короткими репликами, которые он выплевывал в трубку. Черты немолодого лица словно старели на глазах, выражение стало жестче. Наконец президент произнес ледяным голосом: «Don’t bite off more than you can chew»[56] и попрощался.

Президент отдал трубку секретарю, коротко, но зло выругался и тихонько выпустил воздух меж плотно сжатых зубов. Вместо того чтобы смириться с тем, что золотые дни заокеанской сверхдержавы закончились и найти собственное место в новом мире, американцы решили сыграть на повышение ставок. Словно на кону стоят деньги, а не жизнь и смерть планеты. Под прицелом пристальных взглядов президент прошел к креслу напротив видеостены. Опустившиеся на подлокотники руки изо всех сил вцепились в них. Коротко, безжизненным тоном пересказал разговор. Американский президент в ультимативной и хамской форме снова потребовал от России, чтобы пришельцы начали с Западом торговлю и установили с американцами дипломатические отношения. В случае отказа угрожал нанесением по территории России ядерного удара. Ответ на ультиматум ждут в течение часа. Видимо, рассчитывают, что за это время Россия не сможет получить помощь от инопланетных союзников.

В зале стояла мертвенная тишина, прерываемая лишь негромким гулом вентиляция да хриплым, астматичным дыханием кого-то из министров. В воображении президента встала картина, от которой сердце на миг словно остановилось. Низко над горизонтом вспыхнула ослепительная оранжевая звезда. Несколько мгновений, и она разгорелась так, что ее блеск стал нестерпим для незащищенного человеческого глаза. Через несколько секунд свечение стало слабеть, но свет вспышки не исчез совсем – сжался до небольшого зарева, а отгоревшая звезда превратилась в красный овал, зависший в приземном мареве. Через несколько секунд овал совсем исчез, окутавшись угольного цвета облаком, подпираемым толстым столбом такого же цвета. Медленно, в безмолвии затихшей природы, почти незаметно, страшный гриб рос в небо. Ноздри защекотал едкий запах сожженной, испарившейся в атомном огне человеческой плоти, он непроизвольно содрогнулся всем телом. «Как поступить? Идти на уступки? Но как можно заставить драуни помимо их воли? А предводитель инопланетян Линдирор не отвечает на звонки… Не знает, что происходит? Нет… не верю…»

– Смотрите, – воскликнул, протягивая руку к видеостене самый молодой из присутствующих – немногим больше сорока лет – глава правительства, до сих пор для большинства он являлся во многом загадкой, – что это?

На территории ракетных баз США и Западной Европы и в омывающих Евразию морях расцветали яркие огоньки. По низу экрана мигало алым сообщение мощного искусственного интеллекта командного пункта: «Внимание! Ракетные пуски стратегических ракет!» Количество огненных точек – обозначение ракет – с каждой секундой увеличивалось. И все на главном командном пункте сдавленно ахнули. Установилась гробовая тишина. Бледные лица, потрясенные взгляды. Американцы все-таки решили развязать Третью мировую войну.

– Опоздали? – оторвав взгляд от экрана, президент повернулся к застывшему перед экраном начальнику Генштаба и произнес тихо, но твердо: – А как же час на размышления? Обманули? Это в стиле англосаксов!

Мысль работала с лихорадочной торопливостью. Оглянулся назад, дежурный офицер-подполковник с чемоданчиком «Судного дня», с лицом бледным, но решительным, ждал приказа в паре метров позади.

– Товарищ президент, я… секунду… – Генерал склонился перед видеостеной, что-то внимательно изучая. Повернулся к президенту с растерянным лицом. – Ничего не понимаю. По данным технической разведки, сразу после старта американские ракеты и самолеты исчезают. То ли взрываются, то ли падают на землю.