Ревизор Возвращение в СССР 7 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 31

Достоявшись, обнаружил, что остались уже только бусы. Довольно симпатичные. Нескольких видов. Сделаны очень искусно, с выдумкой. Я в них разбираюсь не сильно, конечно, поэтому выбрал и купил четыре приятных по цветовой гамме варианта, руководствуясь своим вкусом. Цена порадовала: от полутора до двух с половиной рублей в зависимости от замысловатости исполнения. Выбрал я подарки из самых дорогих моделей, уложившись в 10 рублей за четверо бус. Вышел из Гума чрезвычайно довольный собой. Дамы мои точно будут в восторге.

Встретились мы все вместе в итоге не через два часа, а через два с половиной. Девчонки уставшие, но переполненные впечатлениями и с чувством исполненного долга одновременно попросили измученным голосом:

– Пить!

Повёл их к газировщице. Опять отстояли очередь. Девчонки, хоть и устали, но при этом просто светились от счастья. И всё то в Москве лучше, и газировка слаще, и люди счастливее, и небо голубее, и солнце ярче. Короче, Москва – лучший город в Мире. Это они студенческую общагу не видели и на одну стипендию не жили, вот так и думают. Хлебнут они ещё столичной жизни по самую макушку. А пока пусть наслаждаются моментом.

Дождавшись, пока Диана с Галией отдохнут, вручил им подарки. Восторженные ахи и охи, а потом объятья и чмоканье в щеки с обеих сторон навели на мысль, что дамы довольны в высшей степени. Отец одобрительно и вместе с тем несколько ревниво смотрел на меня. Перетянул я немного одеялко на свою сторону, конечно. Но ничего, он свое наверстает. Должен понимать, что здесь я ему пока не конкурент.

– Как, у вас силы ещё остались? – спросил я девчонок. – Может, на ВДНХ? Или уже в другой раз?

– На ВДНХ! – ответила за обеих Диана.

По лицам девушек было понятно, что усталость у обеих как рукой сняло. Вот она, живительная сила продукции дружественной страны социалистического лагеря. Лучший допинг для прекрасных дам.

– Боишься, что потом некогда сходить будет? – смеясь, спросил Диану отец. – Правильно. Я вот, сколько лет уже в Москве живу, а на Красной площади всего второй раз был.

В метро попали через Площадь Ногина, не сказать, что слух резануло это название, я и в двадцать первом веке нет-нет, да и вспоминал его в разговоре с кем-нибудь из ровесников. Но все равно стало приятно на душе.

Схему метро было особенно интересно разглядывать. Оранжевая ветка заканчивалась станцией ВДНХ. Нет ещё ни Ботанического сада, ни моей родной Бабушкинской. Когда мы с родителями в Лосинку перебрались, уже все станции до самого Медведково существовали. А в конце моей прошлой жизни так и вообще, все ближнее Подмосковье практически было уже на метро доступно.

Вышли на конечной станции ВДНХ и пошли к главному входу. Кажется, вход ещё платный. Так и оказалось. Отец купил нам всем билеты, и девчонки ломанулись на территорию выставки.

Она всегда была образцово-показательно ухожена, утопала в цветах, Золотой шпиль первого павильона торжественно возвышался по центру.

Девчонки завороженно осматривались вокруг. Масштаб, после площади Ленина в Святославле, конечно, впечатлял.

– Куда пойдём? – спросил довольный произведенным эффектом отец.

– Давай, в павильон Космос их сводим, – предложил я. Мне самому интересно. Вспомнил, как нас ещё школьниками водили туда на экскурсию. Ракета-носитель же уже стоит перед входом? Когда её поставили? Припомнить бы…

Отец взглянул на меня с некоторой долей удивления. Я, похоже, снова забылся. Неоткуда мне иметь такую осведомленность о столице. Не скажешь же, что загуглил. Надо сосредоточиться и включить «восторженного выпускника школы, впервые приехавшего в Москву».

Улыбнулся своим мыслям и начал охать и ахать вместе с девчонками, глядя вокруг. Вжился в роль, так сказать. До Космоса мы дошли далеко не сразу, начались фонтаны, и отец вспомнил, что у него с собой Зенит.

– Вставайте все вместе! – командовал он, ставя нас так, чтобы фоном у нас была Дружба народов.

Я был здесь много раз! И по работе, и просто так… Сколько раз видел этот фонтан, пробегал мимо, и ни разу не удосужился разглядеть его как следует. А он же произведение искусства. Все девушки разные, в национальных костюмах. Как же красиво, интересно, подсветка сейчас есть? Напозировавшись, девчонки, наконец, пошли дальше.

На пути нам попалась тележка с мороженым.

– О! – воскликнули девчонки.

Задержались у тележки с мороженым.

Потом нам встретилась газировщица, тоже с тележкой. И снова мимо мы не прошли.

Потом минут двадцать девчонки стояли в очереди в туалет.

До Космоса мы добрались едва живые. Расстояния на ВДНХ, под стать стране, такие же гигантские. Каждый павильон содержал тематическую выставку, посетить все за один день – нереальная задача. Поэтому, когда кто-нибудь из девчонок пытался внепланово зайти в какой-нибудь павильон по дороге, я безжалостно пресекал эти попытки.

– Нам здесь пять лет учиться. – одергивал я их. – Чем будем свободное время занимать? Вот, будете гулять на ВДНХ, например. По очереди, не спеша, обойдете все павильоны. И в Ботанический сад обязательно сходим. Я слышал, что там где-то есть озеро с лодочной станцией. Краем глаза снова ловлю удивленный взгляд отца. Ладно, если что, скажу ему, что меня Сатчан подробно просветил на тему «куда пойти в столице».

Ещё издали мы увидели макет ракеты-носителя и ускорились. Сам павильон Космос встретил нас торжественностью и величием. Таким я в прежней жизни мало его запомнил. Нас водили на экскурсию детьми, от тех посещений остались отрывочные воспоминания. В основном же я запомнил его огромным вещевым рынком в девяностых и нулевых, где можно было чёрта лысого купить.

Очень неприятно стало на душе, тоскливо и муторно, что такое величественное место превратится через двадцать лет в грязные торговые ряды.

– Ты чего хмурый такой? – ткнул меня локтем отец. – Устал? Ну, давай осмотримся тут, раз уж пришли.

– Конечно.

– А я уж подумал, что ты дальше идти не хочешь…

Не объяснять же отцу, что вся выставка, все павильоны превратятся через двадцать лет в один большой рынок. Со временем в нём наведут порядок, в павильоне Космос будут торговать аппаратурой, а в павильон Здоровье вся Москва будет мотаться за лекарствами.

Но пока все было так, как задумывалось создателями выставки. Мы ходили по экспозиции и разглядывали тематические экспонаты про освоение космоса. Больше всего времени девушки проторчали у витрины с космической едой, как они выразились. Помню, я тоже мелким эту витрину разглядывал. Как же хотелось тогда все это попробовать. Одной из любимых тем было воображать, как будешь хвастаться потом перед друзьями и одноклассниками, что ел еду из тюбиков, как космонавты. Не знаю, как кому, а у меня в детстве это одно время было прямо идеей-фикс.

После ВДНХ нас ждал обратный путь к метро. Как ни странно, дался он нам гораздо легче, хотя вроде те же самые два километра шли. Останавливались попить квасу, посидеть под брызгами фонтанов…

Домой мы в итоге в буквальном смысле приползли. Такими темпами я к возвращению в Святославль ноги до колен сотру.

– Ну как вам сегодняшний день, понравилось? – с бодрым видом спросил отец девчонок через час, когда обе успели освежиться в душе.

Вид-то у него был бодрый, но я-то видел, что он тоже дико устал, и просто делает вид, что еще хоть куда в его возрасте. Ну что же, я сам так себя вел с подросшими детьми в его возрасте. Кому же хочется выглядеть старым и уставшим перед собственным выводком?

– Очень, хотя и устали мы… – и Диана зевнула, показывая, насколько она устала.

– Завтра устрою для вас сюрприз, – пообещал отец, сразу подняв настроение у девушек, и заинтриговав и меня. Интересно, что же он задумал?

– Какой сюрприз? – немедленно спросила его Диана, заставив отца улыбнуться.

– Ну что же это за сюрприз, если я сейчас скажу! Завтра все и узнаете!

Глава 15