Стальная хватка империи - Васильев Сергей Александрович - Страница 93

Но какой бы жестокой ни была дисциплина, нахождение вдали от театра боевых действий неизбежно приводило к мелким, но регулярным нарушениям регламентов.

Крейсер его величества «Эдгар», ставший флагманом Южноафриканской эскадры после ухода его систершипа «Гибралтар» в Персидский залив (увы, навстречу гибели), существовал относительно благополучно. Во-первых, одно время он был учебным кораблем, обеспечивающим освоение командами нового поколения крейсеров. Во-вторых, именно с ним приключилась та досадная история с намотавшейся или намотанной кем-то на винт рыбацкой сетью в самый что ни на есть критический момент.

По крайней мере, ежеутренние погружения водолазов для осмотра днища и винтов осуществлялись на нем со всем тщанием. Осмотр прилегающей акватории тоже проводился, и даже с указанной в предписаниях периодичностью, но вот тщательность и бдительность откровенно страдали. Поэтому когда никому не известный капрал морской пехоты лениво перегнулся через леер и посветил ручным фонарем куда-то вниз, никто не услышал ни двух прозвучавших с воды тихих хлопков, ни всплеска от упавшего в воду фонаря, ни звяканья зацепившейся за леерную стойку «кошки». Даже шум падения тела на палубу не привлек внимания напарника ввиду отсутствия такового.

Британцы непозволительно расслабились, ведь русские до этого момента были слишком далеко, а буры до сих пор воевали только на суше. Через какие-то минуты тихие хлопки раздавались уже один за другим, потом в борт ударились несколько окрашенных в черный цвет шлюпок, подошедших почти бесшумно. Кто-то вскрикнул, раздались выстрелы, потом в железных потрохах корабля прогремели несколько весьма громких взрывов, сопровождавшихся исключительно яркими вспышками, но удивительно малым разрушительным эффектом, и все было кончено.

«Монарх», второй британский корабль в порту, уже лежал на дне, пораженный предательской миной с «Эдгара». Позиции береговой артиллерии на острове Солсбери и казармы британских войск были разнесены корабельными орудиями, а на мачте «Эдгара» развевался флаг Свободной Оранжевой Республики из белых и – кто бы мог подумать! – оранжевых полос, с голландским флажком в левом верхнем углу.

– Эй, вы, назовите хотя бы свое имя! – выкрикнул контр-адмирал Артур Мур, когда его вежливо, но непреклонно грузили на портовый катер – разумеется, тоже с бело-оранжево-голландским флагом.

– Питер Хендрикс, господин адмирал, – беспечно усмехнулся новый командир его бывшего флагманского крейсера. – Корветтен-капитан военно-морского флота Свободной Оранжевой Республики! То есть, простите, уже полчаса как фрегаттен-капитан!

– Я запомню вас, мистер Хендрикс!

– Как вам будет угодно, минхер! И на всякий случай: мой отец, да упокоится его душа в море, был весьма суров, так что у меня с детства иммунитет к грозным взглядам! Следи за адмиралом, Тойво!

– Слуш-шаюсь, минхе-ер! – со странным акцентом ответил здоровенный белобрысый головорез.

Он посмотрел на британцев сонным взглядом таких пугающе-белых глаз, что адмирал решил не продолжать. Юноша тем временем уже повернулся к нему спиной, а задница адмирала с размаху шлепнулась о банку.

– Он не голландец, – почти не разжимая рта, произнес капитан Флит, пару часов назад смещенный с должности командира «Эдгара» посредством пули в руку из удивительно тихо стреляющего револьвера, – у него чересчур мягкий выговор. Немец, скорее всего из Баварии, или австриец.

Адмирал не ответил. На причалах уже суетились грязные, вонючие буры, разгружающие с парохода «Фюрст Борзиг» ящики с винтовками и патронами к ним, а один из кранов опускал на тросе полевую пушку неизвестной обоим морякам модели. Судя по всему, деревенщина, только что штурмовавшая Дурбан, не только обзавелась военным флотом, но и резко усилила огневую мощь объединенной армии бурских республик.

Историческая справка

Южно-Африканское послесловие

Становление флота Свободного Южно-Африканского Союза неразрывно связано с именем Питера Хендрикса, в ходе дерзкой ночной вылазки захватившего стоявший в Дурбане крейсер его величества Эдуарда VII «Эдгар». Затем крейсер под командованием тогда еще корветтен-капитана Хендрикса потопил торпедной атакой колониальный броненосец «Монарх», а через сутки, под командованием Хендрикса, но уже в чине фрегаттен-капитана, корабль выдержал двухчасовой бой с двумя британскими крейсерами класса «Диадема» – «Аргонавтом» и «Ариадной».

В результате «Эдгар», нанеся обоим крейсерам тяжелые повреждения и будучи столь же тяжело поврежденным сам, был вынужден укрыться в порту Дурбана, но и британские крейсера отошли, дожидаясь подкрепления. Сведения о том, что рядом с Южной Африкой действует эскадра великого князя Александра Михайловича, а также приближение бурских отрядов к Капштадту (Кейптауну) вынудило британский флот отступить.

В первые же дни после победы республик именно Хендрикс доказал, что только наличие у Союза мощного флота способно удержать британцев от очередного покушения на независимость Южной Африки.

После безуспешной попытки британцев вновь завоевать мятежные республики зе-генерал Хендрикс отправился в Италию с целью приобретения и модернизации двух броненосцев второго класса «Аммиральо ди Сан-Бон» и «Эммануэле Филиберто» в дополнение к уже имевшимся у буров трем броненосцам русской постройки. Сделка была заключена, однако на обратном пути из Италии зее-генерал Хендрикс исчез с крейсера «Пауль Крюгер» (бывший «Крисчент»), и даже присутствие неподалеку русского военного транспорта «Князь Борис», немедленно подключившегося к поискам, не помогло: вероятно, зее-генерал слишком бурно отметил заключение контракта и выпал за борт.

При этом в свободных бурских республиках главной версией его гибели было, есть и навсегда останется покушение со стороны англичан, неоднократно терпевших поражения от молодого флотоводца и оттого преисполненных мести. В конце концов, зее-генерал Питер, помимо совершенно феноменальных навыков пловца, был добрым протестантом и никогда не предавался таким греховным излишествам, как безудержное пьянство.

Альтернативная версия о том, что зее-генерал Питер Хендрикс на самом деле является русским адмиралом Петром Хреновым, воевавшим на стороне буров, а через одиннадцать лет после столь своеобразной «отставки» сменившим легендарного Сергея Захаровича Балка на посту начальника Сил особых операций, по мнению официальных историков является полнейшей конспирологической чушью.

Разумеется, множество русских моряков наряду с добровольцами иных стран вступили в ряды ВМФ Южной Африки еще до их физического возникновения, но ни один из них не покидал службу столь мелодраматично. Разумеется, зее-генерал Хендрикс ко времени своего загадочного исчезновения изрядно устал от препирательств с политиками всех пяти республик и, разумеется, его гигантская работа по созданию, подготовке и боевому слаживанию флота уже была в основном закончена.

Кроме того, в Музее Бурской войны в Антверпене целый зал посвящен личности и подвигам великого зее-генерала. Его детские фотографии, предоставленные гордыми родственниками, а также табели из приютской школы, личные вещи и другие экспонаты убедительно опровергают эти досужие домыслы.

Бермудский треугольник

– Что за ерунда?! – воскликнул командир крейсера «Цинциннати» капитан Гласс. – Черномазые управляют броненосцем?!

И действительно, на палубе, на мостике и в ходовой рубке хорошо знакомого ему британского колониального «Хотспура» можно было заметить исключительно чернокожие лица. Тем не менее броненосец пер вперед на всех своих двенадцати узлах.

– Ты знаешь этот флаг, Фрэнк? – спросил Гласс у вахтенного офицера.

– Нет, сэр!

Флаг был красочным.

– Атакуем? – уточнил офицер.

– Все бы тебе атаковать, Фрэнки. А поговорить? Видишь, «угольки» спускают катер и просят принять посланника. Сообщают, у него есть пакет для старины Тедди.