Хронум Книга I (СИ) - Альхаг Арвин - Страница 36

Глава 17

При виде капсулы я облизнулся. Свежи были воспоминания, когда я принял одну такую в пирамиде индейцев. Тогда внутри меня будто взорвался целый ядерный реактор, после чего преграда шестого ранга одаренного была с легкостью преодолена, и я достиг седьмого.

— Что это? — спросил Астай.

— А на что похоже?

Он протянул ладонь, чтобы я дал ему капсулу. Но внутри меня что-то екнуло. Проснулась дикая жадность, словно я должен был вручить ему частичку себя. От этой мысли я вздрогнул и незамедлительно вложил ему в ладонь.

Астай покрутил ее в руках, понюхал, лизнул и вынес вердикт:

— В ней содержится людская кровь. Ты будешь ее принимать? — искренне удивился отец Карелиной.

— Да, одну такую я уже испробовал.

— И что это тебе дало?

Как бы я не противился, но ведомый волей «пейрама», рассказал ему про свое путешествие в Америку. Причем мне пришлось начать с момента зарождения во мне дара.

Давно, будучи еще ребенком, я нашел в какой-то старой книге описание своего дара. Это произошло в обычной городской библиотеке. Библиотекарша с улыбкой положила передо мной потрепанную книжку: «Вот, почитай. Уверенна, тебя очень понравится». Я начал читать и не мог оторваться. Каким-то образом я понял, что это касается меня лично. В книге рассказывалось о том, что «дар хронума» — это вовсе и не дар, а в некотором роде проклятие. Потому как хронум отталкивает от себя людей и притягивает все потусторонние силы. Это была детская сказка о том, чего возможно никогда и не было. Но ведь я-то был.

Первые витки дара проявляются в возрасте от семи до десяти лет. Мое «восхождение» началось чуть раньше. В шесть лет и восемь месяцев. Я тогда сильно заболел, у меня без видимой причины распухли колени. Отец вызвал мне лекаря, но когда тот стал осматривать ноги и нечаянно причинил боль, я обозлился и впервые в жизни трансформировался в хронума, обнажив на голове маленькие рожки. Хорошо, что их не было заметно в моих густых волосах.

С тех пор я долго скрывал свой дар по совету отца. Но не терял времени даром, я собирал по крупицам сведения о хронуме. Так я прошерстил все библиотеки Ростова, пока не наткнулся на книгу с иллюстрациями о древних майя. Пожелтевшая со временем страничка с изображением существа, похожего на хронума, хранилась до лучших времен.

С тех пор в Северную Америку, точнее Мексику, я съездил семь раз, но только последняя экспедиция в Теночтитлан принесла плоды: я смог найти потайную комнату — «средоточие силы хронума». Эта пещера похожа на американскую. И особенности этих мест аналогичны Теночтитлану.

Единственное отличие комнаты в мексиканской пирамиде — там не было монументальных изваяний стражников. Что-то да должно было это значить. Не зря же Стив боялся сюда заходить.

— Слабак! — констатировал Астай, выслушав меня до конца.

— В чем я слабак?

— Потому что якобы уперся в преграду. Что это такое вообще?

Я начал рассказывать ему простые вещи: что каждый одаренный в зависимости от силы свой крови достигает того или иного ранга, и что у каждого есть преграда, которую он не может преодолеть достаточно долгое время, или застревает навсегда.

— Все чистокровные хакасы рано или поздно достигают десятого ранга, — брезгливо бросил хренов расист. Я скривился. Из его уст слишком часто слышится упоминание о чистокровных хакасах, будто это какая-то избранная, божественная раса.

— Подожди, что значит десятого? А ты в курсе, что дар развивается и дальше? Я лично видел гравера восемнадцатого ранга.

— Брешешь!

— Ой, деревня! — не преминул я уязвить чувства «чистокровного хакаса».

— Погоди, так ты действительно не знал? А телевизор у тебя в доме для чего?

— Ребятня мультики смотрит. Я к этой дурацкой говорильне и близко не подхожу.

— И Марина не рассказывала о таком?

Астая перекосило, впрочем, я тоже был удивлен. И что это за непреодолимая преграда, мешающая местным подняться выше по рангу? Или это компенсация за то, что каждый из них был одаренным?

Вопросов становилось все больше, но мы итак отвлеклись на светскую беседу, вместо того, чтобы закончить здесь с делами и попытаться найти путь обратно.

Я забрал капсулу из рук все еще находящегося в шоке Астая. Его миропонимание рушилось.

Не долго думая, отправил ядерный реактор себе в желудок и в глазах заискрилось так, будто меня ударили по голове обухом. Потоки энергии хлынули по внутренним каналам и заполнили их полностью, без остатка. Ощущения? Эйфория блаженства сменилась жуткой распирающей болью изнутри и жжением кожи груди.

Я припал на колени, едва совладав с телом. Одним движением разорвал рубаху и посмотрел на свою грудь. Появился новый узел и десятки прилегающих к нему витков, но он был черного цвета. Такого черного, как сама бездна. Более того, яркой звездой блестел только один узел, два других стали серыми, а серые — черными. Я достиг десятого ранга.

— Это нехорошо, — задумчиво молвил Астай. — На вот, подержи.

Астай достал свой амулет и вложил его в мою руку. Теперь он обжигал меня, как раскаленный кусок стали. Не выдержав боли, я бросил его на землю.

— А я тебе говорил, глупый хронум: нельзя становиться адским отродьем.

Стивен внезапно залился лаем, а в дальней стороне тоннеля, откуда мы пришли, послышался грохот ступающего стражника. Исполин в три метра высотой зло ощерился и зашипел по-кошачьи. Это был сигнал к действию…

Более чем два десятка неподвижных ранее статуй, синхронно шагнули со своих постаментов. Новая команда от кота, и они строем пошли на нас.

Только сейчас я осознал, что Стив был прав, а еще нельзя было игнорировать предчувствие, сталью холодившее мои лопатки. Да, нужно было остановиться вовремя.

В преддверии битвы (а иного быть не могло), я велел отцу Марины спрятаться за монументом «царя», а сам принял облик хронума.

Внешне я не мог оценить свои изменения на новом ранге, да и не до красоты было. Зато это сделал Астай, находясь за спиной «царя».

— Адское ты отродье! Говорил же, не порть рисунок!

Что там со мной было не так, меня мало интересовало. В этот момент я уворачивался от копья ретивого стражника. А затем еще от одного, и еще.

Взмахом огромной булавы Стивену проломили ребра, припечатали к стене. Астай кинулся к нему первым, сгреб в охапку и уволок за статую.

Я же чувствовал себя великолепно. В руках чувствовалась огромная сила, движения были легки и молниеносны. Хронум подрос, хронум шагнул на новую ступень своей силы. Но что я мог сделать против двух десятков каменных стражников? Только бегал от них и уклонялся, нанося при возможности быстрые, но не смертельные раны противнику.

Камень, из которого созданы эти исполины, тоже не был обычным. Он вновь собирался в монолит, и страж не ощущал особого урона.

Так длилось минут двадцать, пока лучник не совершил ошибку. Целясь в меня, он попал по статуе «царя всех царей». Фигура «царя» дрогнула, покрылась трещинами, и он встал.

Оторопь, сковавшая каменные изваяния при виде настоящего титана, быстро сменилась на воинственный возглас вожака стаи кошек и они всем скопом ринулись биться с ним.

Титан был настолько громадным, что подпирал высоченный потолок своей короной. Оценив обстановку, он бросил короткий взгляд на меня, кивнул на свой постамент и сделал шаг в сторону неприятеля.

Его посыл был ясен: «уходи». И куда уходить, тоже сомнений не возникало. Там, где еще недавно он сидел, находился портал. Он прикрывал его спиной. Я крикнул Астаю взять Стивена и идти к порталу. Сам же задержался. Мне стало интересно, что будет дальше. Каковы шансы на успех титана?

Они были равны нулю, впрочем, как и у стражников. Я стал свидетелем того, как скипетр в руке титана, превращался в разного вида оружие: меч, секира, булава и даже хлыст.

На моих глазах царь одним взмахом меча располовинил стража, но тот мгновенно стал прежним.