Лич добра и поддержки (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 53

Даже вспоминать не хочется тот день, когда Эстрид целенаправленно наебнула портал. Вот тогда-то всё и пошло наперекосяк, как я понимаю. В тот день Судьба начала играть со мной в жестокую игру и последствия этой игры привели меня к сегодняшнему дню. Мда…

Короче! Я, как известно, сторонник надёжных решений, поэтому буду использовать стальную основу для ритуальных кругов. Сделаю конструкцию разборной, сразу размером в двадцать восемь целых и двадцать шесть сотых метров квадратных, то есть с радиусом три метра. Основную массу мародёрки такой портал пропустит, а для габаритных грузов спроектирую хуюмболу с радиусом в десять метров — с фрезерным станком с ЧПУ это осуществить не так уж и трудно. Труднее перевести эту штуку в проект АвтоКАДа…

Примечания:

1 — Пуля Нейслера — также известна как колпачковая пуля Нейслера. Представляет собой оборудованный выемкой в жопе свинцовый колпачок, который, при воздействии на него пороховых газов, расширяется, обеспечивая неплохую обтюрацию. Это значит, что пороховые газы не прорываются за пулю и не создают болтанку в стволе, что позволяет добиться неплохой, как для гладкоствола, кучности. Есть ещё пуля Минье, широко известная штучка, но для неё нужны нарезные стволы, потому что она длинная и в гладком стволе не получит вращения, что резко негативно скажется на её баллистических качествах. Удивительно, но эта идея посетила человечество только в XIX веке, на самой заре магазинных винтовок, впрочем, как и пуля Минье — слишком поздно, чтобы на что-то повлиять. Это представитель редчайшего типа инноваций, который не требует массивов технологических достижений и может быть использован прямо в момент изобретения аркебуз. Стоит только догадаться.

Глава двадцатая. Залезть в голову

/31 декабря 2027 года, сатрапия Сузиана, г. Душанбе, личный дворец/

— Так, джентльмены, — поднял я взгляд на командиров отрядов. — Какие есть предложения по дальнейшей экспансии?

Земли людоедов, буквально, опустошены, все либо порабощены, либо убиты, либо сбежали обратно в свою северную дыру.

— Никомедия, повелитель, — сразу же произнёс Леви. — Бывал там — богатый город, но армия сильная.

— Ещё варианты? — спросил я.

— Можем пойти войной на Фивы, что за Никомедией, повелитель, — предложил Адам. — Но тогда придётся договориться с Никомедией. Лучше, конечно, сразу на Никомедию, потому что от неё открываются пути к остальным фемам.

— Значит, Никомедия, — вздохнул я. — План вторжения должен лежать у меня на столе через две недели. Генеральное сражение, потом стремительный захват стратегически важных поселений — чтобы каждый шаг моих воинов был продуман вами заранее, в кабинетах, а не по ситуации и на вражеской территории!

— Мы уже думали об этом, повелитель, — заговорил Леви. — Нам только и надо разбить войска Флавия Макрония и его наёмников, а гарнизон самой Никомедии очень слаб — Макроний привык обеспечивать безопасность своей державы договорами и союзами.

— Видимо, у него это хорошо получалось, — усмехнулся я. — Но ваша задача — показать ему, как сильно он ошибался.

— Макроний располагает четырьмя тысячами воинов в собственной армии и всегда держит при себе отряд наёмников — «Толетские соколы» насчитывают две тысячи мечей. Сильная армия.

— Но у них нет огнестрела и латной брони, — ответил я на это. — Раздолбаем сукиных детей в пух и прах, после чего обратим их в новобранцев для нашего войска. Думаю, надо увеличить штатную численность каждого отряда до двух тысяч воинов.

Экспансия потребует много воинов, а это значит, что мне придётся поработать.

Желающих поселиться на моих землях всё ещё нет, потому что все знают, что я мертвец, от которого хрен его знает, чего ждать, ведь очевидно же, что лич не может нести добра. Только купцы, не все, но самые отбитые, что ценят барыш дороже жизни, ездят к нам и имеют отличные прибыли, потому что я оживляю товаропоток уникальными товарами.

Какими товарами? В основном слитками стали, но ещё и продуктами питания с Земли, сахаром, просроченным японским шоколадом, который прямо очень заходит местным, а ещё хитом сезона — просроченными картофельными чипсами, идущими по двадцать силикв за пачку. Чужеземные лакомства, обёрнутые в невиданную упаковку, пришлись по вкусу знати, в том числе и Флавию Макронию, который является серьёзным покупателем наших товаров. Но это не помешает мне разрушить его фему и обратить всех его воинов в немёртвых. Люди, так и так, будут покупать мои товары, я не буду слишком сильно трогать селян и горожан — пусть только признают мою власть и делают то, что я говорю, поэтому сильно в товарообороте я не потеряю.

Чем расплачиваются купцы? Рабами, золотом и серебром, бронзой, а также накопителями некроэнергии и витаэнергии. Рабов я стараюсь покупать физически крепких, желательно, чтобы в прошлом они были воинами. Серебро я пускаю на закуп бронзы и алхимических ингредиентов, а золото на накопители. Бронза нужна, чтобы не тратить трудочасы немёртвых шахтёров, сфокусированных на добыче ртути, мышьяка и угля — купцы, наверное, очень удивляются, ведь у нас есть целых три медных и две оловянных шахты, но продают бронзу. Накопителей витаэнергии очень мало, а накопителей некроэнергии будто бы и нет вовсе. За последние три месяца я купил лишь три накопителя витаэнергии, что есть почти ничто.

Нахрена мне эти вита-накопители? А чтобы не достались хреновым витамантам! Чем меньше этих хреновин у потенциальных врагов, тем спокойнее мне жить.

Ещё я довожу недвусмысленный месседж до всех прибывающих купцов: лич готов платить килограммами золота за любые темномагические артефакты и манускрипты. Тоже, пока что, ничего, но нужно больше времени, чтобы барыги достаточно осмелели. Если кто-то принесёт мне новые темномагические заклинания или могущественные артефакты — я засыплю счастливчика золотыми монетами.

Пока же, ввиду отсутствия прогресса с магией, необходимо развивать технологии.

Вообще, я тут начал производство хлора, чтобы пройти несложную и короткую дорогу к бертолетовой соли — архив Горенко здорово помогает мне не биться головой о стену в поисках верных рецептов.

Гремучую ртуть я получить не могу, потому что есть только два способа получения азотной кислоты — традиционный, с применением селитры, которой и так безбожно мало, а также современный, который требует больших объёмов чистого аммиака. Аммиак я, тем более, синтезировать не смогу, это технологии начала XX века, а без азотной кислоты гремучую ртуть не получить вообще никак, поэтому я иду путём наименьшего сопротивления.

А наименьшее сопротивление — это бертолетова соль, перемешанная с толчёным стеклом. В таком виде бертолетова соль детонирует от малейшего удара, поэтому капсюли будут срабатывать не хуже, чем с гремучей ртутью, но и с бертолетовой солью всё не так уж и просто.

Освою получение хлора, у меня будет два способа получения бертолетовой соли. Первый — пропуск через каустический поташ полученного хлора или электролиз поташа совокупно с гашёной известью. Второй способ мне кажется перспективным, ведь он проще, но надо ещё посмотреть на результаты испытаний.

Выхожу из генерального штаба, расположенного в бывшем здании школы — стояночники поселились тут основательно, у них даже были дети, но сейчас мальчишки и девчонки, а также их родители, находятся в рабстве у Ариамена. Возможно, многие из них уже мертвы. Жизнь — жестокая штука. Нежизнь гораздо мягче.

— Есть успехи? — спускаюсь в темницу под казармами.

Аня устало потёрла виски и откинулась на спинку кресла.

— Есть, — ответила она. — Эти двое знают очень много, чувствуется на грани сознания и подсознания, но думают сейчас только о том, как бы сбежать отсюда.

— Узнала что-то конкретное? — спросил я.

— Если не считать очень печальные воспоминания Волобуева, связанные с людоедами, узнала о том, как они отражали персидский штурм, — Аня поморщилась. — Волобуев лично убил, за весь трёхдневный штурм, около двухсот персов и троих ликантропов. Очень опасный воин.