Лич добра и поддержки (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 39

Экипирован в пластинчатую броню византийского типа, с набранным из крупных пластин зерцалом на груди, на голове византийский же шлем, причём мне кажется, что я его уже где-то видел. Скорее всего, снаряжение его происходит из потерянных в ходе осады Адрианополя доспехов. Как и мы, тоже мародёрят на руинах мёртвого прошлого…

— Я ещё даже не начинал причинять вам настоящих страданий, твою мать! — ответил я. — Чего вы хотите⁈

— Мы хотим договориться! — ответил тот. — Меня зовут…

— Мне насрать, как тебя зовут, ещё живой! — перебил я его. — У вас не получится договориться со мной, поэтому валите нахрен в свою дыру и ждите — я приду за вашими погаными душами!

— Что мы тебе сделали⁈ — с искренним недоумением вопросил переговорщик.

Всегда умиляло вот такое мироощущение некоторых людей. Творит дичь, нарушает законы, беспределит по-чёрному, а потом, когда приходит возмездие, необязательно от тех, кого он обидел, с по-детски наивным удивлением спрашивает: «Что я тебе сделал⁈»

— Тебя это действительно интересует, людоед⁈ — с усмешкой вопросил я. — Просто смирись с тем, что ты скоро умрёшь, ублюдок! Не трать воздух на бессмысленные слова — скоро тебе будет сильно не хватать его!

Переговорщики развернулись и поехали обратно за стену.

— Как вернёмся, начинайте обстрел, — приказал я командирам отрядов, пока мы ехали обратно. — Раздолбайте стену и, пока они не очухались, начинайте штурм.

По возвращении, снова сажусь в кресло и наблюдаю за активизацией артиллеристов.

У каждого орудия по два больших ящика: один с дозированным порохом в мешочках, а другой с медными ядрами. Чугун слишком дорогое удовольствие, чтобы лить из него ядра, не говоря уже о стали, поэтому применили такое вот эрзац-решение с медью. Бронзу пробовали, особой разницы не заметно, поэтому льём сразу из меди, что гораздо проще, чем морочить себе голову с бронзой. Если найдём залежи свинца, начнём лить ядра из него, хоть это и не очень экологичное решение, загрязнение почвы и всё такое.

— Огонь! — скомандовал Леви.

Зашипел порох, после чего раздались громкие выстрелы и в стену поселения людоедов полетели ядра. Существенного ущерба не видно, но никто и не ждал, что их стены рухнут после первого залпа.

— Надо завести себе женщину, чтобы было, перед кем демонстрировать свою влиятельность и успешность, — пришла мне в голову мысль. — А то уже скучно как-то, без мозготраха…

Эстрид, эх, Эстрид. Жаль, что у нас всё закончилось так печально. Сраная Судьба.

Глава пятнадцатая. Мертвый урод

/6 сентября 2027 года, земли людоедов, окрестности руин Адрианополя/

— Стена пробита, повелитель, — пришёл в мой лабораторный шатёр Котик.

— Хорошо, — кивнул я, возвращая скальпель на поднос.

Группа жителей поселения попыталась сбежать накануне ночью, взяв с собой только то, что можно унести в руках. Эти глупцы не знали, что мертвецам даже лучше охотиться, когда у их жертв ухудшен обзор.

— Подкинули работёнки, конечно… — вздохнул я, посмотрев на свои труды.

Всего было поймано живьём шестьдесят девять людоедов из восьмидесяти одного беглеца, остальных убили в ходе поимки. Небольшая подмога нам не помешает, поэтому я решил, что надо бы поднять пару десятков, а остальных в лагерь для временного содержания.

Обновляю «Мёртвый стазис» на препарируемой покойнице и иду на холм, где размещена моя наблюдательная позиция.

Леви и Адам уже начали движение к завершённому пролому, выдолбленному артиллеристами, а Кумбасар и Кодзима держали свои отряды на подходе, вне зоны действия вражеских луков.

Самые сильные мертвецы «Активижна» и «Близзарда» несли тяжёлые деревянные щиты 2×1 метр, формирующие с фронта почти сплошную стену для защиты от стрел и камней.

Артиллерия долбит по стене справа от врат, специально игнорируя эти самые ворота — это мой приказ, потому что я не сомневаюсь даже, что в воротный проём накидали камней и мусора, чтобы затруднить нам продвижение.

Немёртвые не стреляют из мушкетов, приберегая заряд для врага, стоящего за проломом, и лишь упорно движутся в плотном построении.

Стрелы попадают в мертвецов последующих рядов, но никого ещё не выбили, потому что, чтобы уничтожить мертвеца, необходимо очень хорошо попасть прямо в голову, на которой, вообще-то, шлем. И то, если не заденет мозг, мертвец не будет уничтожен — в этом их главное преимущество перед живыми.

И вот, «Активижн» проник в свежий пролом в стене и сразу же вступил в бой на баррикадах.

Раздался мушкетный залп, а затем до меня донеслись хлопки взрывающихся бомб на чёрном порохе. Закричали раненые людоеды, а «Близзард» был уже очень близко к пролому.

Леви знает, что делает, поэтому я сажусь в кресло и с довольной улыбкой пью сверхкрепкий кофе, поданный Бренном. Шестопалов варит лучше, но брать его в походы я не могу, потому что он занят ответственной работой. Как допилит всё, обязательно разберу его на запчасти, а пока — пусть работает…

— Сраные власовцы… — процедил я с ненавистью.

За стеной наметился какой-то успех, выделенные из отрядов воины начинают вытаскивать покалеченных и пленённых врагов, которых вяжут и укладывают вдоль стены.

Немёртвые пробились к башне и сумели выбить из неё защитников, потому что бой перешёл уже на стену, к вражеским лучникам.

— Кумбасар! Кодзима! Ведите отряды к пролому! — приказал я. — Пришло ваше время!

Сам я остался пить кофе в кресле.

Где-то полчаса ничего не происходило, я устал гонять Бренна за очередными порциями термоядерного кофе, поэтому позвал Карину, задействованную в обозе как лекарь-ассистент.

— Зачем позвал? — спросила она меня.

— Просто так, — пожал я плечами. — Садись, выпей кофе и покури.

Карина взяла пачку сигарет и зажигалку с кофейного столика и решительно закурила.

— Ф-ф-ух… — выдохнула она с наслаждением. — Скажи своему интенданту, чтобы выдавал мне по пачке в день.

— Сигареты — это дефицит, — с грустным лицом покачал я головой. — А дефицит доступен только немёртвой партноменклатуре и особо отличившимся ударникам труда…

— Серьёзно? — Карина подняла на меня недоуменный взгляд.

— Да шучу я! Ха-ха-ха! — рассмеялся я. — Скажу, как вернётся. Выходит, ты просила у Кумбасара, а он не дал?

— Не знаю, как звали тот труп, но я просила, — вздохнула Карина.

— Это немёртвые, а не трупы, — поправил я её. — Труп не сможет свернуть тебе шею, если ему что-то не понравится, а немёртвый сможет. Прояви толику уважения.

— Так ты уже начал чётко разделять сорта мертвецов? — с усмешкой спросила Карина.

— Давно уже, практически с самого начала, — ответил я. — А как сам умер, так тем более. Не знал, кстати, что ты курящая. Не очень похоже на образцовую старосту, лучшую в потоке.

— Лучшей считалась Кира, — не согласилась Карина. — А курить начала на интернатуре, там по-другому никак.

— Эх, жаль, что не доучился, — посетовал я. — Сколько интересного и полезного узнал бы…

— Так было бы хуже для этого мира, — произнесла Карина. — Ты ведь понимаешь, что ты зло?

— Отлично понимаю, — подтвердил я. — Но что поделать? Умереть я не могу — уже умер, как-то остановить происходящее тоже не в моих силах — этого уже не остановить. Остаётся только делать хоть что-то, стараясь придерживаться здравого смысла.

— Сказал лич, воины которого штурмуют сейчас город, — Карина в четыре затяжки подряд добила сигарету и достала новую.

— Штурмуют город людоедов, — уточнил я. — Ты вообще видела здесь хорошие государства? Куда ни посмотри, везде мудаки или маньяки. Даже Алексей Комнин, с которым я некоторое время работал, тоже, если подумать, тот ещё мудак. Не говоря об Ариамене или вот этих…

— Но это люди! — попробовала парировать Карина.

— Мудаки или маньяки, — стоял я на своём. — Кто тебя ослепил? Не мертвец, не сверхъестественное чудовище — живой человек. Кто вернул тебе зрение? Миллиардер, филантроп, лич и просто отличный парень!