Лич добра и поддержки (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 33

«А-а-а-а-а!!!» — продолжал вопить скелет. — «А-а-а-а-а!!!»

Я понял, что с таким каши не сваришь, поэтому приготовился разбить ему башку мечом, но скелет, продолжающий орать на языке мёртвых, вдруг стремительным кабанчиком сорвался в бегство.

«Стой!» — приказал я ему.

Но он, какого-то хрена, не послушался, а продолжил бежать по шоссе. Чем-то ему обледенелый асфальт не понравился и он рванул на холм.

— Что-то будем с ним делать, повелитель? — поинтересовался Леви.

— Да пусть бежит, хрен с ним, — махнул я рукой. — Должен развеяться, когда истечёт срок годности. Или не должен. Да насрать вообще — видно же, он нам не помеха. А что, если…

Можно посеять на острове хаос и ужас, подняв всех убитых вегмов в виде чёрных скелетов. Не, как-то жестковато. Хотя…

— А хули я теряю от этого? Следующий!

Последовательно поднял ещё сто сорок шкелетов, которые также омерзительно-пронзительно вопили, все, как один. И все, как один, не подчинились моим приказам. Ну, пусть бегают, резвятся по местности…

Так я избавился от халявного мяса для других вегмов и, скорее всего, навёл тут шороху на следующие пару-тройку недель.

Дополнительно это утвердило меня в мысли, что я если и буду поднимать вегмов как классических немёртвых, то только в приемлемых лабораторных условиях. Когда ещё удастся создать тут такие?

— Убитых и раненых на подводу, — приказал я. — Строиться в походную колонну, Леви, со мной в передовой дозор.

— Слушаюсь, повелитель, — ответил немёртвый командир.

/3 августа 2027 года, Япония, префектура Хоккайдо, у деревни Томиисо/

Леви был рад, что именно ему выпала возможность служить военным лидером похода в родной мир повелителя. Его высокое положение в иерархии остальных мертвецов на службе лича дополнительно упрочнилось, поэтому почти все признают его Правой рукой.

Но чтобы оставаться на вершине, нельзя было допускать ошибок, которые, нет-нет, а случаются. Например, это его провал, когда их чуть не застали врасплох на прибрежном тракте.

Повезло, что для вегмов это столкновение тоже стало сюрпризом, а ещё повезло, что они пренебрегают тактикой. Натиск в лоб был удержан, после чего началось ожесточённое противостояние с разменом ударами на удары, что невыгодно, когда у тебя мало воинов, но тут сильно помог лич. Стихийно сформированный строй вегмов был разрушен, а ещё повелитель сумел разглядеть то, что вегмы сильно завязаны на своих вождей.

Леви лично пристрелил троих вождей, прямыми попаданиями в головы — помог отчасти случай, потому что, сразу по выходу из ствола, пули их мушкетов летят почти что в произвольном направлении. Ещё сильно портит всё адский холод, служащий причиной осечек и замедления перезарядки. Возможно, имеет смысл попросить повелителя отказаться от мушкетов в пользу пик и мечей?

— Троих в разведку, — распорядился лич. — Не нравится мне эта тишина…

Сейчас они находились у деревни со странным названием, непривычно звучащим для ромейского уха, и размышляли о способах её завоевания. Точнее, размышлял лич, а немёртвые стояли и ждали приказов.

Этот мир совершенно чужд всему, что Леви знает о жизни и нежизни. Странные материалы, из которых давно мёртвые люди строили свои дома, невероятные технологии, брошенные на обращение в прах, вегмы, непонятно как выживающие в таких плохих условиях — всё это удивляет Леви, но виду он не подаёт, а только радуется этому живому чувству — удивлению.

— Я иду с разведчиками, а вы занимайте оборону, — приказал лич. — По моему сигналу срываетесь и идёте на подмогу.

— Принято, повелитель, — ответил на это Леви.

Лич пошёл вперёд, разведчики последовали за ним, а Леви быстро раздал приказы и велел держать мушкеты наготове.

— О, нихуя себе! — обрадованно воскликнул лич. — Волноломы! Ребята, у нас сегодня праздник!

Вот ещё одно. Сверхпрочные камни, которым самое место в крепостной стене, местные люди использовали, чтобы гасить волны прибоя.

Лич походил по льду, посмотрел на вмороженные в него камни, после чего пошёл дальше, вглубь этой небольшой деревни, протянувшейся вдоль побережья.

Минут двадцать ничего не происходило, дозорный, выставленный на холме, молчал.

«Тут всё чисто», — сообщил повелитель. — «Продвигайтесь на четыреста метров вперёд, занимайте оборону в квадратном доме».

— За мной, — приказал Леви.

Они продвинулись к указанному зданию и увидели, что разведка с личем пошла дальше, к большому сооружению, сверкающему стеклянными окнами. Драгоценное стекло феноменальной прозрачности тут использовали даже не особо богатые люди, но повелитель объяснял, что это возможно, потому что оно дешёвое и производилось не кустарными мастерами, а гигантскими заводами, где трудились тысячи и тысячи людей.

«Наблюдаем группу вегмов», — сообщил лич. — «Но помощь не требуется — они бегут».

Леви вошёл в здание, ранее являвшееся чьим-то жилищем. В глаза бросилась прекрасная картина, изображающая парусный корабль неизвестной конструкции, объятый бушующим морем.

— Достать инструменты и снять окна, — приказал Леви. — Аккуратно.

— Сделаем, — ответил Крэйн.

— Как закончите, распределитесь по окнам, — продолжил Леви. — Костич и Уайтхэд — на крышу наблюдателями.

— Есть, — синхронно ответили двое немёртвых.

Сам Леви уселся на красивейшей работы диван, обшитый непонятным материалом и достал бутылку с неким «виски». Повелитель разрешил взять себе несколько бутылок, хоть и сказал, что это напрасное расходование ценного товара.

Наступил момент, когда можно испробовать этот напиток.

Отвинтив диковинную крышку, Леви понюхал напиток. Пахнет дымком, дубовыми винными бочками, а также парой непонятных запахов. Непонятных, но приятных.

Вытащив из котомки стальную кружку, Леви налил себе «виски» и осторожно отпил. Слабое жжение в горле позволило понять, что это точно алкоголь, но напиться немёртвый даже не надеялся, потому что лич сказал как-то, что в его голову спирт попасть никак не сможет.

— Но всё равно неплохо, — произнёс Леви, прикрыв глаза.

Раздался стук пальцем по металлу.

Открыв глаза, Леви увидел Котика и Крэйна, стоящих с протянутыми стальными кружками.

— Сегодня не подаю, — усмехнулся Леви.

— Давай не выделывайся, — поморщился Котик. — Налей, по-братски.

— Ладно, — решил Леви. — Цените мою щедрость.

Но не успел он разлить «виски» по кружкам нетерпеливо ожидающих немёртвых, как заговорил повелитель.

«Йобаный рот этого казино! Леви, блядь! Всех к ружью! Вегмы!»

Примечания:

1 — О делении людей на категории — на самом деле, люди делятся только на две категории: на тех, кто делит людей на категории, и на тех, кто не делит. Какие-то сведения о степенях внушаемости у нас есть, но Душной слишком строго определяет границы, без учёта нюансов и корректирующих факторов, таких как возраст и пол. Нельзя сказать, что конкретно 33% внушаемые, потому что это не учитывает степень прилагаемого внушения, а также контекст, окружающий это внушение. Во время боевых действий пропаганда, как правило, более действенна, а инфоцыганство, обещающее баснословные заработки, более действенно, когда человек почти вплотную подошёл к границе бедности или уже за ней и спасти его может только персональное экономическое чудо, вот совпадение, обещаемое каждым первым инфоцыганом…

2 — Глефа — древковое пехотное оружие ближнего боя, представляющее собой наконечник, имеющий длину 40–60 сантиметров, насаженный на увитое железной лентой древко, имеющее длину 1,2–1,5 метра. Наконечник имел одностороннюю заточку, на манер фальшиона. Дополнительно, к наконечнику присобачивали длинный шип, предназначенный для прокалывания бронированных противников. Впервые глефа появилась во Франции, где-то в XIV веке н. э., но в Японии была нагината (бронебойным шипом не оборудовалась), известная, примерно, с конца VII века н. э. — вероятно, разработки возникли независимо друг от друга. Что глефа, что нагината, применялись, преимущественно, для рубящих ударов.