Шолохов. Незаконный - Прилепин Захар - Страница 78

Левицкую письмо поразило. Она показала его одному из секретарей Московского комитета партии. Тот, в свою очередь, передал Сталину.

Весной затеялось удивительное дело: режиссёры Иван Правов и Ольга Преображенская решили экранизировать первую книгу «Тихого Дона».

Сколько фильмов в детстве своём, в юности, да и в зрелости Шолохов пересмотрел! Кино он любил. А тут его герои окажутся на экране: мыслимо ли? И Гришка, и Аксинья, и весь Татарский, читай Каргинский хутор, и часть Плешакова заодно.

Преображенская ещё до революции была одной из ведущих российских актрис, а первый свой фильм – «Барышня-крестьянка» по Пушкину – сняла в 1916 году. С 1918-го преподавала во ВГИКе; в 1927-м они начали работать с Правовым, поставив нашумевший фильм «Бабы рязанские» – о русской деревне в революционные годы. Снимали на Рязанщине, те самые рязанские бабы составили массовку. Режиссёры добились желаемого: художественный фильм зачерпнул реальности и получился зрелищным и ярким. Главную роль в нём сыграла восемнадцатилетняя дебютантка Эмма Цесарская – украинская еврейка из Екатеринослава, в 16 лет переехавшая в Москву. Деревенской жизни Цесарская толком не знала, но с ролью справилась отлично.

Экранизацию «Тихого Дона» готова была поддержать германская кинофирма «Дерусса». Но немцы сразу поставили условие: Аксинью будет играть Цесарская. В итоге её утвердили без проб за девять месяцев до начала съёмок.

Когда Шолохов с ней встретится – онемеет. Эти быстрые чёрные глаза, эта ослепительная улыбка – кипенные зубы, задорный поворот головы… Просто чёрт знает что, а не девка.

Он влюбится. Не так чтоб голову потерять, а по-казачьи сдержанно. Коготком в сердце уязвлённый, вида поначалу не подаст.

Когда в 1951 году художник Орест Верейский начнёт работать над иллюстрациями к «Тихому Дону», Аксинья у него будет с лицом Цесарской. Это, конечно, Шолохов ему присоветовал.

На роль Григория выбрали Андрея Абрикосова – из поколения советских беспризорников, получивших «путёвку в жизнь», как в другом знаменитом фильме. 21-летний сотрудник Театра-студии Малого театра, Абрикосов мало того, что в кино не снимался, – он даже в театре не успел ни одной роли сыграть. Но что-то в нём подкупило режиссёров. Показали его фотографии Шолохову – он согласился: а что, похож…

Абрикосов войдёт в число ведущих советских артистов и впоследствии сыграет целую россыпь великих ролей – Гаврилу Алексича в «Александре Невском» 1938 года, митрополита Филиппа Колычёва в «Иване Грозном» 1945 года, а также в фильмах «Свадьба в Малиновке» (1967), «Братья Карамазовы» (1968), «Руслан и Людмила» (1972).

И Цесарская, и Абрикосов так полюбятся Шолохову, что появятся в его послевоенных экранизациях. Но пока ещё кино было немым. Перенос такого сложного романа на экран с минимальным количеством диалогов казался невозможным.

Сценарий к фильму написали сами режиссёры. Снимать Шолохов посоветовал в хуторе Диченском на берегу Северского Донца. Мог бы и на Верхнем Дону определить группу, чтоб далеко не ездить на съёмки. Сказал бы: у меня половина событий в Каргинском происходит, другая в Плешакове, ещё в Ягодном, а остальные прямо тут, в станице Вёшенской – оставайтесь. В Диченском имелись отличные виды – таких не было ни в Каргинской, ни в Плешакове, и даже Вёшенская уступала тем местам.

Но в шолоховском выборе были и свои глубинные мотивы. На Верхнем Дону, как мы помним, жили не просто свидетели, а участники событий, описанных в романе. Начнутся съёмки, а тут из массовки выступит казак и вдруг скажет:

– Не так вы Шамиля показываете. Он не в энтот раз погиб, а в другой.

– А ты откуда знаешь?

– А я сын ему.

И потащат сына в участок расспрашивать, что да как.

Ни к чему.

Глава седьмая

Перелом

31 мая 1929 года из Италии в Москву приехал Максим Горький – ещё не насовсем. А 9 июля Сталин написал редактору «Рабочей газеты», старейшему большевику Феликсу Кону: «Знаменитый писатель нашего времени тов. Шолохов допустил в своём “Тихом Доне” ряд грубейших ошибок и прямо неверных сведений насчёт Сырцова, Подтёлкова, Кривошлыкова и др., но разве из этого следует, что “Тихий Дон” – никуда негодная вещь, заслуживающая изъятия из продажи?»

Нет, не следует – такой предполагался ответ на риторический вопрос.

Горький заочно передал Шолохову предложение принять участие в создании пособия «История Гражданской войны в СССР», став редактором донского раздела. Членами редакции многотомника должны были стать первые лица государства: от Сталина и Ворошилова до Кирова и Гамарника. Помимо Шолохова, участие в работе было предложено Алексею Толстому, Фадееву, Олеше, Всеволоду Иванову. Шолохов сразу не отказал, но коллективную работу он не любил и никогда впредь участвовать в ней не будет.

За июль Шолохов получил три телеграммы из «Октября»: товарищ писатель, ну как так, мы все заждались, шлите новые главы третьей книги! Кажется, это Горький поинтересовался: а что там с продолжением «Тихого Дона»?

Третий том ещё был в работе, Левицкой Шолохов писал: «…туго работаю над 6 частью».

Через московские литературные знакомства Шолохов пытался пробить шанс выйти на ОГПУ и получить возможность поработать с закрытыми материалами по Вёшенскому восстанию и бандитизму начала 1920-х на Верхнем Дону. Пока получалось не слишком, зато Левицкая – заведующая библиотекой МК ВКП(б) – очень помогала Шолохову с материалами по добровольческому движению на юге. В письмах Шолохов с доброй иронией именовал Левицкую «шефом» и зазывал её в гости.

16 июля первый том «Тихого Дона» вышел в так называемой «дешёвой библиотеке» Госиздата. Шолохову, как и договаривались, платили 400 рублей за печатный лист.

25 июля в газете «Известия» была опубликована статья Горького «Рабочий класс должен воспитывать своих мастеров культуры». Горький писал: «Фадеев, Шолохов и подобные им таланты пока ещё единицы. Но, как мы видим, рабочий класс совершенно правильно оценил их достоинства художников слова».

В «Московском рабочем» вышли отдельной книгой «Донские рассказы» тиражом 50 тысяч экземпляров. Права на перевод «Тихого Дона» купили французские, шведские, чешские, нидерландские издатели.

Ранней осенью начались съёмки экранизации.

Артист Абрикосов рассказывал: «Я купался в Донце. Вернувшись на берег, увидел незнакомого человека. Решил, что это приехал из Москвы какой-то работник кинофабрики. Я спросил у него, не знает ли он, когда появится Шолохов? Вместо ответа последовал вопрос: “Вы Григория играете?”».

Даже в этой зарисовке заметно, что Шолохов, который был всего на год старше Абрикосова, вёл себя как старший, как хозяин положения.

Абрикосов это немедленно признал. Он обратился к Шолохову за советом: как вести себя в кадре, что делать, чего избегать. Тот улыбнулся и сказал: «Ты ж в казачьей земле – сам наблюдай».

В 12 километрах от Диченского располагался городок Каменск-Шахтинский – бывшая станица Каменская. В эпизодических ролях снимались многие местные жители.

Шолохов с затаённым восхищением следил за работой Цесарской. Лучше бы, пожалуй, она поинтересовалась, как ей целовать Григория.

В конце сентября в Москве прошёл второй пленум РАПП. Выступавший с докладом секретарь организации Владимир Ермилов согласился причислить Шолохова к «пролетарской литературе», но следующие выступавшие оказались настроены куда критичней. Самый неожиданный удар нанёс Александр Фадеев, предложивший убрать из опубликованной к тому моменту части третьей книги тридцать глав: то есть примерно половину тома, утверждая, что это «политически ошибочный» текст.

Жёстко выступил и ростовский приятель Шолохова – литератор Александр Бусыгин. Участник Гражданской, 1901 года рождения, один из организаторов ассоциации пролетарских писателей в Ростове-на-Дону. Автор, между прочим, книги «Закалялась сталь», вышедшей в 1928 году, – Островский тогда ещё к своему роману не приступил.