Она любила кофе (СИ) - Золотникова Полесья - Страница 8

— Не, не звучит. «Жертвы Беловой», студенческий хоррор, зловещая расправа, смерть главной героини, танцы на кладбище. Все в конце счастливые, кроме Беловой.

— Опять пересмотрела ужастиков? — хмыкнула Щука.

— Стивен Кинг — классика. Я снова не устояла, — заметно оживилась Тонька.

— Нет-нет, избавь меня от всех подробностей. Я сегодня хочу спать спокойно.

— Блин, как можно не любить Стивена Кинга?!

— Так же как Белову, — не удержалась Щукина от сарказма.

— Не смей их даже рядом ставить!

— Всё, всë, не покушаюсь на твоего кумира, сдаюсь. Дай только разобраться в материале. Ок? — капитулировала Танюха при красноречивом, злобном взгляде собеседницы.

— Смотри мне, смертная, — гордо задрав нос, смягчилась соседка.

— Угу, — машинально отозвалась Таня, полностью погрузившись в конспект…

Просидела в обнимку с ноутом до трех часов ночи. Тонька мирно посапывала, а вот Щуке было не до сна.

Она мысленно металась между плохим и хорошим, параллельно стараясь усвоить суть записанного на паре. Лекция наконец стала понятной, а вот выбор остался под вопросом. Сколько думала, не могла определиться: быть благородной, но несчастной, или пойти на поводу тайных желаний, наконец испытав запретный яд порока. Всё-таки человеческие потребности никто не отменял, а постоянное игнорирование их, скоро закончится очередной драмой на личном.

Размышляя об этом, не заметила, в какой момент легла грудью на стол, провалившись в сон…

… Душная аудитория. Из студентов только она и Сергей, неожиданно резко прислонивший Таню к стене. В его глазах читалось дикое необузданное желание обладать ею. Причем того нисколько не смущало время или место. Татьяна опешила, не ожидая подобного, а он, дерзко коснувшись губ, властно проник языком в еë рот.

Французкий поцелуй Илларионова мгновенно прожег кровь огнём, заставив вздрогнуть всё внизу. Ощутив бешеный табун мурашек по всему телу, девушка ответила вопреки голосу разума. Она знала, что нельзя, понимала, не стоит, но проклятое невыносимое влечение перехватило контроль! Сопротивляться было бесполезно.

Парень нагло залез руками под рубашку Щукиной, принявшись грубо сжимать соски. От наслаждения Таня издала первый тихий стон и теснее прижалась к нему. Она не хотела, чтобы тот останавливался, даря ей давно забытое наслаждение. Бариста, нехотя оторвавшись от губ, начал плавно спускаться дорожкой нежных поцелуев к груди, параллельно опустив ладони на ягодицы.

Девушку сильнее бросило в жар. Её тело ненасытно просило больше мужской ласки, будучи чувствительным, как никогда. Щука непроизвольно развела бедра, чтобы Сергей был максимально близко. Тем более, когда его возбуждение ярко демонстрировалось в районе паха.

Тяжело задышав, она забралась пальцами к нему под футболку, вцепившись ногтями в спину желанного партнёра. Его поверхность кожи оказалась такой теплой, приятной. Это подстегнуло Щукину запустить руку в джинсы Сергея…

— Танька, проснись! — за плечо встряхнула Тоня.

— А? — резко подорвалась со стола Щука.

— Ты чего стонала? Эротический сон, что ли, приснился?

— Стонала?

— Ага, пять утра только, а тут ты со своей эротикой! — недовольно нахмурилась соседка.

— Во, блин, прости, — почувствовала себя крайне неловко девушка.

— Говорила, не пей так много кофе на ночь, спать нормально не сможешь. Скоро сплошной кофеин вместо крови будет. Не послушала.

— Всё, всё, больше никакой эротики. Обещаю.

— Ну, смотри…

Антонина вернулась к себе в постель, а Таня взяла телефон.

И впрямь пять утра, а ещё…

«С добрым утром, солнце», — пришло новое СМС от вчерашнего шутника.

Отложив мобильный, медленно растерла глаза, чувствуя себя скорее зомби, чем солнышком.

— Умойся. Быстрее проснешься, порноактриса ты наша.

— Не мурчи, всё! — буркнула Щукина.

— Ой, парня тебе надо. Чем скорее, тем лучше. Иначе точно сведешь меня с ума! — не унималась соседка.

— Спи уже, фея крёстная. Золушка сама справится, — усмехнулась Таня, отправившись в ванную комнату устранять последствия ночной эротики.

— Дай Бог. Не хочется как-то себе новую комнату искать, — глухо донеслось девушке во след, когда закрывала дверь.

Таня тяжело вздохнула.

«Надеюсь, я не стану скоро второй Беловой».

Приведя себя в порядок, Щукина решила не вспоминать перед сном объятия Сергея, иначе Тоня опять будет материться в пять утра, критикуя сны. Да, Илларионов сделал это в кафе, чтобы успокоить Таню, но лучше б держался от нее подальше, не искушая.

Его тепло тела, глаза и приятные прикосновения к волосам она никогда не забудет. А ещё ту твёрдость, с которой парень категорически уперся отдавать оставшийся кофе. В этом было что-то притягательное.

Жаль, наивный решил, будто каких-то пять американо убьют кофеманку со стажем. Ага, размечтался. Она с легкостью пила натуральный зерновой, словно воду. Не без последствий конечно. Почему сознательно ограничила употребление, но в тот момент просто сорвало установленную планку. До сих пор икалась крайняя выходка Олеси.

Многие знакомые избегали Татьяну, боясь потерять собственную репутацию, а незнакомые издевались, стоило просто пройти мимо.

Это задевало девушку, не раз помогавшую другим студентам в трудную минуту. Кто теперь поможет ей?

Тяжело вздохнув, обернула тело полотенцем и вышла из ванны. Прохладный душ помог проснуться, однако не избавил от навязчивых мыслей. В голове издевательски властвовали сцены из сна. Прикосновения рук Сергея до сих пор ощущались на теле, будто наяву. Особенно ныла кожа сосков.

«Наверное, я передавила грудь, когда уснула за столом. Вот и приснилось», — привычно нашла объяснение странному феномену Таня.

Затем вернулась к вопросу, как избавиться от дурацкого желания переспать с Илларионовым.

Сестра говорила, мол, сбросить напряжение помогает утренняя пробежка. Щука решила проверить, сперва отправившись в комнату за феном, чтобы высушить мокрые волосы…

Она медленно бежала по тротуару мимо очередной общаги. В ушах привычно играла песня War of change группы Thousand Foot Krutch, идеально подходящая сейчас для настроения.

Полностью погрузившись в музыку, девушка неожиданно столкнулась с высоким, симпатичным парнем в серой толстовке. Легкая щетина, голубые глаза, темные волосы — незнакомец показался старше Сергея. Наверное, курс четвертый.

Ну, как столкнулась? Напрочь снесла прохожего с ног. Он слишком неожиданно вышел из-за дерева.

— Ой, — Танька моментально выдернула наушники из ушей, — простите, пожалуйста.

— И чего тебе не спится в такую рань? — недовольно произнес пострадавший, поднявшись с асфальта.

— Типо завожу полезные привычки. Устала от вредных. А ты?

— По делам пошёл. Ладно, пока спортсменка, больше не сшибай людей.

— Угу.

Парень торопливо направился в сторону автобусной остановки. Таня вновь вернула наушники в уши и продолжила бег. Заиграла следующая песня Black Sheep группы Palaye Royal, придавая ускорения…

Сергей с трудом проснулся. Первый вопрос, которой сорвался с его губ:

— Что вообще вчера было?

— Очень смешно, Илларионов, — бодро отозвался Ванька с соседней постели. — Ты еще спроси где ты, кто такой. Родную общажную комнату хоть узнаёшь, а?

— Если ты, придурок, рядом, значит я точно в общаге. Вопрос в силе.

— Прикольно, конечно, но не всегда факт. Да все, как обычно. Напились, подрались, разбежались. Ничего нового. Данька тебя подкалывал, ты раз, второй съездил ему по морде. И…

— Блин, мой нос… — неожиданно схватился за него бариста.

— Да, выхватил ответку. Только хотел сказать об этом.

— Зарекался, блин, не смешивать спиртное.

Илларионов резко подорвался с кровати и пулей рванул в туалет, ощущая рвотные позывы. Вечеринка удалась на славу. Благо приступ отступил, когда Сергей увидел белого друга.

«Ну, и физиономия. С такой только на похмелье стрелять», — скептически подытожил парень, глядя на собственное отражение в зеркале.