Она любила кофе (СИ) - Золотникова Полесья - Страница 44

— Дим, почему ты не досмотрел за ним? У тебя не десять братьев!

Мужчина тяжело вздохнул.

— Давай закроем тему.

— И Верочке ты нужен. Сколько можно пропадать уже?! Жена на сносях, а он как исчезал, так дальше исчезает.

— Я нужен в другом месте, — сухо отмахнулся он.

— Ты нужен дома, — не согласилась женщина.

— Так, мам, не насядай. Дай тишины кусок. Голова гудит.

— Дмитрий!

— Брек, мам.

— Сын родится, тоже мотаться продолжишь? — как назло не унималась она сегодня.

— Родится, тогда и разберёмся, а пока оставь мой мозг в покое. У меня всего пять часов осталось на сон.

— Но…

— Поел в кафе. Добрых снов, — перебил Димка Светлану Викторовну и ушёл в спальню.

Сил умываться у него уже не осталось. Вероника тем временем сладко посапывала на его половине кровати, обнимая одеяло. Это вызвало лёгкую улыбку на губах мужчины.

«До чего мило».

На следующий день Таню разбудила с самого утра Норман, вновь прося о встрече. Взволнованная поведением подруги, Щукина быстро умылась, позавтракала и приехала в Центральный парк, где наконец увидела Валерию. Коротко поприветствовав друг друга, девушки сели на лавочку у закрытого фонтана.

— Прости меня, Танька, за всё, — подавленно произнесла Лерка.

— О чем ты? — не поняла юмора Татьяна.

— Когда я соглашалась на предложение Малиновского позлить тебя, понимаешь, мне очень нужны были деньги.

Глаза Щукиной округлились.

— Сначала он просил заставить тебя дико ревновать. В этом не было ничего сложного. А затем Ромка захотел узнать всё о тебе.

— В смысле соглашалась? Так ты за бабки со мной дружишь, что ли?! — сразу поняла Щука, откуда ветер дует.

— По началу да, — виновато опустила глаза Лера, — действовала по указке, но сейчас ты стала мне, как сестра, и…

— Зачем Малиновскому что-то знать обо мне? — резко подскочила Щукина. — Он снова готовит покушение?

— Что?! — обалдела Норман.

— Вчера мне пришло СМС на телефон, а потом Сергея в крови Димка притащил! Спасибо! Удружила! Я думала, мы — друзья!

— Не такой уж белый и пушистый твой Илларионов! — внезапно парировала раздраженно Валерия. — У нас с братом тоже есть законные основания злиться. Единственное, чего я не хочу, чтобы Роман тронул тебя! Ты здесь никак не замешана!

— Не поздно ли ты опомнилась?!

— Прости. У моей мамы рак! Поэтому я отчаянно хваталась за любую возможность! Да, назови меня гадиной, не обижусь, но сама всегда ли совершаешь правильные вещи, спасая дорогих тебе людей?!

Танька зло отвернулась. Всё-таки Вероника, как в воду глядела.

— Роман в последнее время, совсем с катушек съехал! Будь осторожна! Не знаю, сможешь ли простить меня после всего. Я устала молчать. Мерзко, что всё зашло настолько далеко.

— За что вы с Марком ненавидите Сергея? — неожиданно спросила Щука, резко обернувшись к девушке.

— Конкретно против самого Сергея мы ничего не имеем, а вот его отец Виктор Степанович — гнида редкостная. Он тварь каких поискать. На твоём месте я бы внимательно присмотрелась к новым родственникам.

На этой высокой ноте Норман предпочла неожиданно уйти, не прощаясь. Татьяна не стала останавливать её, дотошно анализируя разговор с Валерией.

Она поняла, что совершенно ничего не знала ни только о Вере. Мысли прервал звонок. Щука машинально приняла входящий, не взглянув на экран.

— Привет, солнце, — внезапно раздалось на том конце провода.

Она сразу определила абонента — Роман.

— Чего ты от меня хочешь?! — гневно отозвалась Татьяна.

— Из двух парней ты выбрала не того, Танечка, и скоро поймёшь почему.

— А ты привык вечно решать всё за других, да?!

— Считай последние часы рядом С НИМ, — холодно произнес голос Малиновского, после чего вызов оборвался.

Она вернулась к Вере абсолютно подавленная.

Две недели спустя

Бариста не сразу восстановился после тяжелого удара по голове. Татьяна не отходила от него ни на шаг, выхаживая горе-бандита. Плохие мысли девушка старалась гнать прочь, всеми силами пытаясь забыть нелепый разговор с Романом.

— Я ничего не помню, — однажды честно признался родным Сергей, сидя за обеденным столом. — Помню, что просто шёл по лестницам, потом темнота и, бац, уже дома с ужасной головной болью.

— Поехали к врачу, малой. Сильные головокружения прошли, но обследоваться не повредит, — заботливо предложил Дмитрий.

Младший презрительно скривился.

— Димка правильно говорит, — поддержала Светлана Викторовна старшего сына. — Собирайся.

— Пффф, ладно.

— Дим, а можно тебя на пару слов? — тихо спросила Щукина, сильно удивив всех.

— Да, конечно, — холодно отозвался мужчина, и они вместе ушли на балкон, подальше от лишних домашних ушей.

— Что сделал ваш отец Ромке? А Валерии и Марку Норман? — в лоб спросила Танька, решив разобраться во всём окончательно.

— Вера не простит мне, если я впутаю тебя, — откровенно признался Дмитрий.

— Я уже впутана! Может, хватит? Или ждёте, пока Малиновский нападет, желая расквитаться за то, о чем я ни сном, ни духом!

— Не волнуйся, его быстро скрутят. Он себе сейчас основательно яму вырыл.

— Неужели я не имею права знать, кто меня окружает?

— Поверь, не все скелеты следует трогать. С Малиновским и ему подобными мы разберёмся сами, а ты не лезь на рожон. Тем более не отвечай на звонки.

— От…

— Я установил прослушку на твой телефон и прекрасно знаю о крайнем звонке шизика.

— Да как…

— Это для твоей, же безопасности, Тань, — опять перебил старший Илларионов, не терпя никаких возражений. — Ты теперь одна из нас. А за «своими» я всегда слежу, нравится тебе или нет.

— Черт возьми! Да кто ты вообще такой?! — разозлилась под конец девушка.

— Пока тебе рано это знать. Меньше стресса, принцесса. Молодым мамам очень вредно много нервничать.

Дмитрий вышел под недовольный взгляд Щукиной.

«Я докопаюсь до правды! Обязательно докопаюсь!»

Глава 30. Плохое предчувствие

Обследование младшего Илларионова прошло быстро и в короткие сроки. Дмитрий сделал всё, чтобы поставить на ноги пострадавшего Сергея, параллельно продолжая искать с приближенными злополучного Малиновского.

Более менее придя в себя после происшествия, бариста опять активно подключился к их общему делу, желая, как можно скорее разобраться с документами в офисе.

С ними в последнее время творилось нечто странное. Юноша всё старался найти причины, почему часть бумаг загадочно исчезла, а на некоторых данные не совпадали со старыми, которые некогда держал самолично в руках. Сергей нутром чуял, кто-то из работников офиса приложил руку к бумажной вакханалии. Из-за нее дела компании естественно пошли хуже.

Он получил легкое сотрясение мозга, однако выслушав кучу нотаций, в том числе от старшего брата, упрямо влился в работу, обещая посещать персонального врача, чуть ли не каждый Божий день.

К учебе Сергей пока не вернулся по состоянию здоровья, а Щукина из-за беременности, которая в свете событий сильно ударила по её общему состоянию. В деканате девушке пошли навстречу, учитывая медицинские справки, и разрешили не посещать занятия.

Разобравшись с университетом, Татьяна не одобряла дурацкого рвения Серого снова заниматься семейным бизнесом, из-за чего молодые стали регулярно ругаться. Их студенческие каникулы затянулись.

Что же до друзей, девушка решила взять паузу в общении с ними, по-прежнему ощущая осадок от последнего разговора с Валерией. Марк вообще подозрительно затих и даже перестал отвечать на сообщения. Несколько раз она порывалась позвонить ему, лично узнать причины, но сбрасывала звонок раньше, чем парень успел бы взять трубку. Да и друг ли Норман на самом деле, Щукина уже затруднялась сказать. Может, он очередной засланец Романа, чье дело, как у Леры, сбор информации?

«Сглаз долой, из сердца вон», — посоветовала ей Вероника, когда младшая решила поделиться с ней душевными терзаниями насчёт Леры с Марком.