Она любила кофе (СИ) - Золотникова Полесья - Страница 10

Девушка тем временем присоединилась к остальным, расположившимся неподалеку за столиком.

— Семейное положение ВК «в активном поиске» поменялось на «встречаюсь»?! — спустя минуту истерично вскрикнула рыжая ведьма.

С ультразвуком на все кафе — реально ведьма, ну, или на худой конец сирена.

— Да ладно?! И с кем?!

— Погоди, сейчас посмотрю, какую жабу он уже успел обкатать.

Повисла блаженная тишина, но, к сожалению, быстро закончилась:

— Чего?! С этой?! — ее возмущениям не было границ.

— Какой этой? — не поняла Анжела.

— Господи, с лесбиянкой блондинистой! Вот на кого он меня променял! — донеслось аж до барной стойки.

Сергея внезапно будто окатило холодной волной.

Одной рукой нажимая кнопки кофемашины, другой Илларионов извлек телефон из кармана, снял блокировку и зашел в соцсеть. В новостной ленте всплыло свежее фото Щукиной с…

«Чертов урод!»

Фотосессия в кафе продлилась недолго. Изобразить счастливую влюбленную дурочку для Татьяны не составило труда. Она еще помнила, какого ей быть. Единственное, обниматься с малознакомым человеком было некомфортно. Тот, наоборот, чувствовал себя нормально, совершенно не стесняясь физической близости.

После вкусного кофе Роман на мото доставил Щуку к главному входу. Таня ловко спрыгнула. Парень снял шлем и внезапно притянул к себе.

— Восемнадцать плюс не входило в условия, — сухо напомнила девушка, не став вырываться.

— Поцелуй — это не восемнадцать плюс, — усмехнулся он. — Так, скромная репетиция взрослой жизни.

Не успела опомниться, мажор сгреб в охапку да дерзко припал к губам. От неожиданности у неё аж голова закружилась. Выпустил так же внезапно, после чего завел мотор и уехал.

Девушка растерянно посмотрела во след…

— Офигеть, Танька, ты как Малиновского уломала встречаться?! — с ходу огорошила искренне удивленная Тоня.

— Кого?

— Малиновского. Ага, еще скажи не знаешь, кто это!

— Честно? Нет. Кто кого уломал, разобраться надо! — буркнула Щука, мечтая скорее добраться до подушки.

— Ой, ты, деревня. Это известный, завидный жених на всем русском острове. Его отец крупный бизнесмен.

— Пофиг, давай потом. Я устала, как сволочь, — угрюмо произнесла Татьяна, снимая обувь.

— Как потом?! Издеваешься?! Я же умру от любопытства сейчас! Ну, пожалей меня!

— Ладно, — с тяжелым вздохом произнесла Щука, опустившись на край постели.

Она коротко поведала соседке обо всём.

— Обалдеть! Я думала так только в кино бывает, — по окончанию рассказа выдала Антонина.

— Наверное, бонус за испорченную жизнь, — саркастически хмыкнула Щукина, лицом уткнувшись в подушку.

— Уроды из четырнадцатой! Оторвать бы всем их главный мыслительный орган! — возмутилась Тоня. — Все равно пользы ноль! А дети, если и будут, то дефектные.

— Угу.

— Счастливая ты, Танюха. То никого, то теперь, получается, сразу двое.

Таня приподнялась.

— Двое эгоистичных, самовлюбленных гада, преследующих исключительно свои цели. Один хочет наказать бывшую, второй самоутвердиться за мой счет, но никто не спросил, чего хочу я, — заметила уныло Щукина.

— В любом случае от Ромы хоть есть толк, — попробовала найти плюс соседка.

— Типо того, — вяло согласилась Щука.

— Всего две недели, и Добби свободен, репутация восстановлена, блогер наказан, видео удалено. Чем не удача? — усмехнулась Тонька.

— Две недели треугольник с придурками помимо учебы. Даже не знаю, в чем успела провиниться…

Глава 8. Два сапога пара

— Мне другое интересно. Куда Белова делась? — задумчиво произнесла Антонина. — Она обычно хуже пиявки, а тут отстала? Ни истерик, ни соплей, ни претензий? Не верю. Это явно не Олеся.

— Угу, — безразлично промычала Татьяна в знак согласия.

Она исполнила мечту, добралась до подушки, остальное сейчас не имело никакого значения.

— У, мать, ты совсем вялая, — запоздало заметила неугомонная соседка.

— Я спать, Тонь. Устала очень, — с этими словами девушка неизбежно провалилась в сон…

… — Ты мне не подруга! Ты шл*ха! — надрывно раздался истеричный крик Олеськи и…

Таня неожиданно почувствовала сильный удар. Невыносимая боль пронзила каждую клеточку. Черное авто на огромной скорости, вдруг появившись из-за угла, сбило Щукину с ног…

Татьяна резко подорвалась, лихорадочно оглядевшись по сторонам. Сердце колотилось, словно бешеное, дыхание участилось, на лбу проступила испарина.

«Приснится же», — угрюмо пробормотала Щука, взяв телефон дрожащими руками.

По ощущениям будто наяву переехали. Тело реально болело. Чтобы отвлечься от тревожного сна, девушка решила просмотреть сообщения.

«Пойдем в океанариум?» — прилетело СМС от Ромы в два часа ночи.

«Странный человек. Он вообще спит?» — про себя подумала Татьяна.

То пишет поздним вечером, то в шестом часу утра бродит, то ночью вопросы задаёт.

«Нет, лучше на пристань», — написала Щукина в ответ.

Море хотя бы успокаивало Таню, снимая напряжение приятным шелестом волн, а океанариум был вечно забит студентами. Там не дождёшься релакса.

В соцсети девушка заходить не стала, не желая видеть фальшивую улыбку на собственном лице. Спящий город больше привлекал тишиной и спокойствием, чем скучный интернет. Щукина взглянула на дисплей телефона. Электронные часы показали ровно четыре часа утра.

«Утренняя пробежка должна помочь убрать боль в теле».

Не спалось сегодня и Илларионову.

Просидев за чертежами до самой поздней ночи, Сергей устало перебрался со стула на постель, взял телефон, зашёл в соцсеть. Бариста не мог объяснить, что именно руководило им в последнее время. Знал ведь, что увидит Щукину с другим, и все равно открыл приложение.

Ему предсказуемо попались на глаза фото Тани, где Ромка с улыбкой обнимал девушку за талию. Она выглядела такой счастливой. Сергей невольно вспомнил, когда сам прижал её к себе. В этот момент бариста даже испытал наслаждение.

Сколько не думал, сколько не гадал, а понял предельно ясно — влип. Парню тяжело давалось смотреть на Щуку рядом со своим врагом номер один. Жутко хотелось придушить ушлого гада.

«Но счастлива ли ты на самом деле?» — мысленно обратился к изображению Сергей.

Поймав себя на этом, Илларионов грустно вздохнул. Они встретились случайно в кафе. Она ничем, казалось, не отличалась от остальных девушек, тогда почему ему неспокойно? Почему юноша мечтал снова обнять её?

«Теперь я разговариваю с фотографиями? Общение с Олесей не прошло бесследно».

— Эй, выключи свой дебильный мобильный! — недовольно донесся голос Вани. — Светит как прожектор. Спать невозможно.

— Так иди на коврик, он свободен, — усмехнулся бариста.

— Илларионов, не беси. У меня завтра сложная практика.

— По пивболу? — опять съязвил Сергей.

— Ой, придурок. Кончай уже гипнотизировать экран. Это не сделает Таню твоей. На фоне Малиновского ты, всё равно, лузер. Согласись.

— Спасибо, друг, умеешь поддержать, — скептически хмыкнул Илларионов.

— А что я не прав? Своего супер мото нет, бабла тоже, репутация — полное ее отсутствие, еще в комплексе прилагается душевнобольная королева драмы. С Малиновским у Тани хоть реальный шанс реабилитации в обществе, — по существу неожиданно выдал расклад сонный сосед.

— Она не знает, с кем имеет дело. Знала бы, никогда бы не подошла даже на пушечный выстрел.

— Всё, давай завтра потрещим, Онегин. Мне действительно выспаться нужно.

— Онегин? Очень смешно, — буркнул Серый под нос.

— Смирись, у Пушкина Татьяна была другому отдана. Чуешь подвох? Тебе не светит ни хрена.

Бариста отложил телефон под подушку.

— Нет. Я не проиграю Ромке.

— Жить надоело? Забудь ты про тот бредовый спор. Целее останешься.

— Нет.

— Совсем отмороженный, — не удержался от сарказма Иван. — Если что, я запомню тебя молодым и дебильным…

Сергей проснулся лишь с третьего будильника, быстро собрал принадлежности, умылся и ветром направился в корпус, не теряя времени на завтрак…