Четырнадцать дней для Вероники (СИ) - Мусникова Наталья Алексеевна - Страница 40

- Это Вероника. Вероника, это мой друг Роберт, маг огня.

Янтарные, с танцующими на дне языками пламени глаза Роберта расширились, по венам пробежал огневой проблеск.

- Значит ты её всё-таки нашёл?

Я свято убеждён, что доверие – краеугольный камень и в дружбе, и в любви, а потому Роберт прекрасно знал, кто такая Вероника. Я улыбнулся, прижался щекой к пушистому боку своей несравненной чародейки:

- Да, нашёл. И больше не потеряю.

Роберт встал, одёрнул белоснежную домашнюю рубашку, украшенную почему-то сине-зелёной вышивкой, и серьёзным, даже официальным тоном произнёс:

- Сударыня, позвольте от всего сердца поздравить вас с тем, что вам удалось добиться любви такого замечательного человека и талантливого инквизитора. Также хочу предупредить, что, если вам взбредёт в голову ещё раз попытаться бросить Тобиаса, то вы сгорите.

- Или утонете, - мелодичным журчащим голоском добавила до этого стоящая несколько в стороне супруга Роберта и мягко улыбнулась, отчего её сине-зелёные глаза заблестели, словно океан под солнечными лучами. – Надеюсь, однако, до этого всё же не дойдёт. Господин Тобиас, сударыня, мы искренне рады видеть вас в нашем доме.

Мы с Вероникой церемонно поклонились, продолжая внимательно присматриваться к супруге Роберта. Нет, не показалось, она действительно была волшебницей, повелительницей воды. Я потормошил друга за рукав, шепнул негромко:

- Роб, а как огненный маг и водная волшебница?..

- Точно так же, как и инквизитор с чародейкой, - хмыкнул Роберт и уже менее официально обратился к Веронике:

- Сударыня, вы позволите мне обращаться к вам по имени?

Вероника согласно наклонила украшенную умилительными заострёнными вверху ушками голову. Моя рука машинально поднялась и принялась почёсывать пушистую шубку, Вероника прикрыла глаза и замурчала.

- Век бы не подумал, что ты такой кошатник, - добродушно усмехнулся Роберт и сгрёб свою семью в крепкие объятия:

- Мою жену зовут Марина, у сынишки имени пока нет, дар не проснулся, мы зовём его просто Кроха.

Услышавший своё имя Кроха расплылся в широкой улыбке и потянулся ко мне розовыми с короткими пальчиками ручками. Вообще-то официальные источники утверждают, что маленькие дети боятся инквизиторов и могут даже заболеть от их магии, но Кроха, как, впрочем, в своё время и его отец, чихать хотел на официальные источники, предпочитая познавать окружающий мир собственным опытом. Я осторожно взял малыша на руки, тот довольно загудел, залопотал что-то неразборчивое и потянулся к Веронике, засмеялся звонко, когда она погладила его пушистой лапкой. Марина умильно вздохнула, но тут же вскинулась, руками всплеснула:

- Вы же наверняка голодные!

Интересно, почему большинство женщин так усиленно стремятся меня накормить, неужели у меня настолько измождённый и голодный вид? Вроде бы нет, костями я на сильном ветре не брякаю, да и дети малые меня не боятся, так что в ожившие мертвецы или ходячие скелеты записываться пока рано.

- Мы по делу.

Марина властно ладошку вскинула:

- От чашки чая никакое дело не прокиснет, зато многие вопросы решатся.

Спорить с хозяйкой дома – последнее дело, особенно если её муж маг огненный, за свою любушку любого способный мелким пеплом по ветру пустить. Я вежливо улыбнулся, произнося веками утверждённую формулу дорогого гостя, чтящего приютивший его кров и радушных хозяев. Роберт и Марина в ответ отвесили мне поясные поклоны. Ну всё, теперь с официозом покончено, можно и к делу приступать.

Я отпил душистого, щедро приправленного малиновым вареньем травяного взвара, который Марина, как и все волшебницы воды, называла чаем, и вздохнул:

- Нам с Вероникой помощь нужна.

Вероника приподняла перемазанную сливками мордочку и коротко мявкнула, подтверждая мои слова. И опять при взгляде на чародейку у меня словно волна тёплая по сердцу прокатилась, а на губах помимо воли улыбка заиграла. Какая же она у меня красавица, даже в кошачьей шубке самая лучшая!

Роберт чашку отставил, жену в щёку благодарственно поцеловал и протянул благодушно, краем глаза за сынишкой, с сосредоточенным пыхтеньем пальцем по полу возящим, присматривая:

- Чем помочь?

Я отодвинул от себя посуду и осторожно выложил на край стола зачарованный мешочек с изуродованной рыбкой, пузырёк с протухшей водой и обгорелые бумажки.

- Вот, нужно понять, кто наслал магию, испортившую воду и рыб, а ещё прочитать, что на этих обрывках было написано.

Роберт и Марина внимательно изучили мои трофеи, затем огневик решительно прогудел, внушительно прихлопнув ладонью по столу:

- Так. Вы с Маришкой колдуете над водой и этой, гхм, рыбой, я разбираюсь с обрывками бумаги.

- Мяу?! – возмущённо напомнила о себе Вероника, боднув Роберта головой.

- А ты, Вероника, с Крохой побудь, не давай ему нас отвлекать. Сама понимаешь, магия сурово карает за невнимательность.

Чародейка коротко кивнула, шагнула к сидящему на полу малышу и пощекотала его кончиком хвоста. Кроха звонко рассмеялся, потянулся к Веронике, но та игриво отскочила в сторону. Малыш неловко захлопал в ладошки, а потом пополз в сторону желанной красавицы, громко сопя и что-то лепеча.

- Отлично, Кроха занят, пора и нам к делу приступить, - Роберт коротко кивнул и широким шагом вышел из светлой, пахнущей свежим деревом и выпечкой кухни.

Лаборатория у двух магов столь разных стихий была чётко поделена на зону огня и воды. В центре огненной части красовалось большое кострище, а водную украшал небольшой фонтанчик, с тихим лепетом выбрасывающий вверх прозрачные, прохладные струи. Мы с Мариной погрузились в детальное изучение воды и изуродованной рыбы, но как мы ни бились, следов ведьмы, использовавшей чёрную магию, обнаружить не получилось. Один раз мелькнул в мутноватой от заклинаний воде нечёткий женский образ, но тут же и растаял, а от отката магического у меня голова закружилась, а у Марины и вовсе кровь носом пошла.

- Всё, не могу больше, - хрипло выдохнула волшебница, зажимая нос смоченным в фонтане платком, - никак не получается ведьму увидеть.

- Её магия очень странная, - я ещё раз проверил практически полностью стёртые отголоски чужой магии. – Такое впечатление, что она не стабильна, а появляется какими-то всплесками.

- Связана с душевным состоянием ведьмы? – предположила Марина, осторожно вытирая кровь с лица.

Я только плечами пожал, прикидывая, что мне теперь делать. Доводить подозреваемых до белого каления? Запросто, инквизиторов, между прочим, и не такому учат, тем более, благодаря кропотливой работе Вероники нам удалось существенно сократить круг этих самых подозреваемых.

- Ну, как у вас дела? – пророкотал прямо-таки искрящийся от радости Роберт, останавливаясь на пороге половины супруги и благоразумно не проходя дальше.

- Увы, особенно радоваться нечему, есть лишь весьма смутный образ, - Марина спрятала испачканный кровью платочек и кокетливо улыбнулась мужу. – А вот тебя, судя по всему, можно поздравить с успехом?

Роберт горделиво подбоченился, став удивительно похож на доброго молодца из старых сказок:

- А то! Прочитал я эти записи, весьма занимательные, смею заметить!

Я рванул к другу, словно коршун к зазевавшимся цыплятам:

- Показывай!

Записки оказались действительно весьма занимательными. Первая была страничкой из дневника. Марта писала, что ОНА (имя корзинщица, видимо, боясь, что дневник попадёт в чужие руки, не указывала) мнит себя великой чародейкой, но при этом частенько наведывается к травнице. За советами, само собой, поскольку своих знаний о магии не имеет, да ещё надеясь, что сумеет навязаться старухе в ученицы, как Вероника. Дальше следовали довольно гнусные рассуждения о моей невесте, Марта даже посмела намекнуть, что Вероника ведёт себя как распутница, которой на прежнем месте хвост за блуд прищемили, вот она теперь скромницу и изображает.

- Эй, осторожнее! – Роберт крепко сжал мою руку. – Я, между прочим, немало сил потратил на то, чтобы это восстановить.