Четырнадцать дней для Вероники (СИ) - Мусникова Наталья Алексеевна - Страница 35

Эрик помрачнел, насупился, впервые в жизни отчаянно жалея, что не уделял достаточно внимания знаниям, которые пытались вложить в его голову крылатые наставники. Впрочем долго терзаться сомнениями молодой дракон не привык, головой тряхнул, словно бродячий пёс, блох сбрасывающий, и решительно забрал девочку из рук плачущей матери, буркнув смущённо:

- Не реви, помогу. Все остальные в очередь становитесь, те, кому срочная помощь нужна, пусть первыми будут.

Тобиас не стал отвлекать друга от целительства, лишь улыбнулся ему коротко и крепко пожал руку, после чего отправился к дому Марты Грей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

День восьмой. Тобиас

Дом Марты стоял так, что не заметить его было при всём желании невозможно. Уже это наводило на мысль, что женщина не только любит быть в центре внимания, но и активно стремится к этому, используя все возможные средства. Боги, да её за одну полыхающую золотом крышу соседи наверняка неустанно проклинают, шутка ли, жить с бесконечным светилом в окнах! Забор у Марты тоже был не обычным, не шаткий штакетник, грозящий рухнуть от малейшего сквозняка, и не обычный забор, как у всех, а причудливая железная ограда, выкрашенная, как вы, наверное, уже догадались, в насыщённо-золотой цвет. Хм, ограда… Я оценивающим взором окинул многочисленные завитки, лепестки и цветочки. Одно из двух: или Марта – прямо-таки богиня в деле плетения корзин и у неё от заказов отбоя нет, причём оплачивается работа чистым золотом по весу корзин, либо с кузнецом она расплачивалась каким-то иным, не денежным, способом. А учитывая, что он приворожил свою жену, картина получается весьма занимательная. Конечно, спешить с выводами я не стану, это непрофессионально, но тем, откуда у корзинщицы такие доходы, непременно поинтересуюсь.

Я зашёл на большой двор, причём от ворот к дому вела вымощенная гладкими белыми камнями дорожка. Светлая магия и первая молния, да я таких красот даже у градоправителя не видел! Может, мне стоит бросить инквизиторство и заняться плетением корзин в Лихозвонье, составить Марте конкуренцию? Учитывая окружающую меня роскошь, я бы уже дней через десять смог купить весьма неплохой домик в центре и обставить его по последней моде. А ещё через пять дней я бы обновил гардероб Веронике и составил для неё полный свадебный убор, включающий диадему, колье, серьги, парные браслеты и два кольца, одно с камнем и гладкое венчальное. Негромко посмеиваясь, я поднялся на широкое крыльцо с причудливо изогнутыми, имитирующими виноградные лозы, перилами и звучно бухнул бронзовым молоточком в дверь. Никто не спешил открывать мне, да что там, даже поинтересоваться из-за двери, кого судьба на порог принесла, не спешили. Вот интересно: у Марты нет слуг или они настолько обленились, что совершенно не желают выполнять свои прямые обязанности? Ладно, я человек не спесивый, могу и настойчивость проявить.

- Э-ге-гей, хозяева, открывайте!

Голос у меня и так вполне громкий, а тут я его ещё и магией инквизиторской усилил (перестарался правда), так что мои слова шквальным ветром разнеслись по двору, сбив с ветки злобно раскаркавшуюся ворону, пригнув к земле засохшие деревья и распахнув входную дверь, которая мстительно задела меня краем по виску. Так, а вот это уже не смешно. Потирая ушиб (мрак пожри эту аристократически тонкую кожу, наверняка шишка вскочит!), я заглянул в полутёмный холл и уже обычным голосом позвал:

- Марта, вы дома?

Лишь враждебная, не таящая в себе ничего хорошего тишина была мне ответом. Мда, что-то мне последнее время категорически не везёт на свидетелей, все они умирают прежде, чем я успеваю с ними обстоятельно побеседовать. А может, Марта почувствовала опасность и сбежала из дома, чтобы избежать встречи со мной? Тогда выходит, что приворот для кузнеца делала именно она, а из этого вполне может следовать то, что и проклятие её рук дело. Так, стоп, первое правило инквизитора гласит: не гадай, а узнавай. Я активировал щит на случай нападения со стороны хозяйки или кого-либо ещё, не горящего желанием дружить с инквизитором, поправил пояс с мечом и парой кинжалов и осторожно вошёл в дом. Меня встретила тишь и запустение, в углах широкого холла уже начинала скапливаться пыль, высокие цветы в роскошных напольных вазах по обе стороны широкой лестницы на второй этаж поникли, печально свесив головы. Так, судя по обстановке, дом пустует не меньше трёх дней, а я в Лихозвонье вот уже восьмой день. Значит, исчезновение Марты спровоцировал не мой приезд, а что-то другое. Уж не обнаружение ли убитой травницы и стражника? Вполне возможно, это как раз произошло ровно пять дней назад. И почему Марта сбежала: причастна к убийствам или испугалась за свою жизнь? Одни вопросы, а ответы ещё надо искать. Я с помощью магического импульса проверил дом и развеял щит. Не от кого мне здесь защищаться, жилище Марты пусто, хозяйка покинула его, и мне бы очень хотелось узнать причину её исчезновения.

Я быстро обследовал первый этаж, но ничего, кроме разбитой тарелки в кухне, и не закрытого хлебного ларя не обнаружил. Так, судя по тому, что я успел увидеть, Марта была довольно аккуратной, если не убрала осколки и не закрыла ларь, значит спешила. Я задумчиво побарабанил пальцами по до белизны отскоблённому столу, осмотрел буфет, заглянул во все горшки и даже ледник. Провианта не было ни крупинки, ни краюшки, значит хозяйка забрала его с собой. Хм, странно, Марта явно спешила, но при этом выгребла все продукты. Получается, она не собиралась возвращаться? А почему тогда дом не заперла?

Осторожно поднявшись по лестнице на второй этаж, я даже присвистнул от открывшейся мне неприглядной картины. На втором этаже было всего две комнаты: большая служила хозяйке спальней с гардеробной, а маленькая была рабочим кабинетом, в котором Марта плела корзины. Так вот, по этим комнатам словно злобный ураган пролетел, всё было перевёрнуто, сундуки с платьем выпотрошены, уже готовые корзины и ветки для их плетения валялись на полу вместе с какими-то обрывками. Я наклонился, подобрал прилипшую к дну корзины какую-то странную пыль, оказавшуюся клочком шерсти, цветом и мягкостью похожей на крысиную. Если всерьёз не рассматривать предположение, что оставшиеся без продовольствия крысы в отместку устроили погром, то… Я озадаченно понюхал клочок. Да нет, он и пахнет крысой. Хм, откуда бы у аккуратистки, да ещё женщины, взяться этой серой братии? Насколько я помню, милые дамы весьма недружелюбны к грызунам, даже при виде крошечного мышонка начинают визжать так, что едва стёкла не лопаются.

Я обошёл разгромленные комнаты и зло втянул носом воздух, обнаружив в камине горстку пушистого пепла. Эх, опоздал, некто, устроивший погром, явно нашёл то, что искал, и уничтожил его для других любителей поползать по чужим домам! Я сердито хлопнул ладонью по бедру, но тут же хищно прищурился, коршуном нависая над обрывками бумаги, сильно обгоревшими, но всё же сохранившими какие-то записи. Так-так-так, очень интересно. Осторожно, дабы ставшая хрупкой бумага не рассыпалась пеплом прямо у меня в руках, я быстро собрал обрывки и поместил их в специальную, не подвластную никакой магии и внешней стихии коробочку. Сам я, увы и ах, восстановить текст не смогу, но в соседнем с Лихозвоньем городке живёт мой друг, маг огня, он подобные фокусы ещё во время учёбы проворачивал. Завтра обязательно съезжу к нему и попрошу помочь. В эту же коробочку я убрал и обнаруженную крысиную шерсть, чутьё инквизитора упорно шептало, что она в домике появилась не просто так. Я уже собирался уходить, когда в углу увидел аккуратно свёрнутое рулоном платье. Честно говоря, то, что на фоне всеобщего разгрома именно это платье было тщательно свёрнуто, и привлекло моё к нему внимание. Я развернул платье и не сдержался, присвистнул, увидел, что от подола оторван кусок. Вынув из поясного мешочка обнаруженный на месте убийства травницы лоскут, я приложил его к платью и коротко кивнул. Один в один, полное совпадение, именно в этом платье была убийца травницы и её верного стража, только вот теперь я был почти полностью уверен, что это не Марта. Допустим, она только дома обнаружила, что порвала платье, сообразила, где именно это произошло, но не попыталась ни забрать с собой обличающий её наряд, ни избавиться он него. Наоборот, свернула аккуратным рулончиком и положила в уголке, зачем, спрашивается? Да и терять время, громя собственный дом, равно как и опустошать полки с едой боящаяся разоблачения Марта вряд ли бы стала, тем более что… Я вытащил из-под кровати обитую железом шкатулку, которую повсеместно называли домашним кладом, тряхнул её, она сыто брякнула. Да, всё правильно, деньги Марта с собой не брала. А вы много знаете беглецов, которые отправлялись бы в путь без денег? Лично я ни одного не встречал.