Дневники грез - Мие Ли - Страница 23

Женщина заснула почти мгновенно.

Ей снилось, что она едет в автобусе. Местность казалась незнакомой, а судя по тому, как громыхал и подпрыгивал автобус, дорога была сильно разбита.

Но самое большое неудобство доставлял мужчина, сидевший справа. Он спал, положив голову ей на плечо. Женщина знала, что у них с мужчиной только что начался бурный роман, хотя и не помнила, как они встретились. Во сне у нее был возлюбленный, и она не задавалась вопросами, откуда он взялся.

Но другими вопросами она задавалась, и очень реалистичными. «Куда мы направляемся? Почему я решила ехать не на метро, а на автобусе? Меня же в них укачивает…»

Мысли бесконтрольно сменяли одна другую, и женщина даже вспомнила, как однажды в метро незнакомый ей человек точно так же заснул с ней рядом, причем слюна текла на ее плечо, – а потом вышел из вагона, не извинившись.

Плечо онемело, и женщина пошевелилась, пытаясь разбудить возлюбленного. Однако тот, похоже, спал слишком крепко. Она отметила, что он очень красив и ей приятно на него смотреть. Тем не менее она не понимала, как он может спать, когда автобус так трясет. Вместо радости от путешествия с любимым в ней нарастало раздражение.

Бесконечный, казалось, сон неожиданно оборвался. Женщина обнаружила, что проснулась намного раньше будильника. Правое плечо болело. Интересно, приснился ей этот сон потому, что у нее разболелось плечо, или, наоборот, плечо разболелось из-за сна? Поразмышляв о том, как могут быть связаны сновидение и физическое состояние человека, женщина снова заснула.

В среду, переделав все необходимые дела, Пенни с радостным предвкушением вышла из «Магазина снов» и отправилась к ближайшей остановке, где ее уже ждали Мокберри и Мотэль. Час пик давно прошел, и поезд был почти пуст – вместе с ними ехали только двое ноктилуков.

– Мокберри, вы часто встречаетесь с создателями снов? – поинтересовалась Пенни.

– Даже слишком. По-моему, из сотрудников магазина в Деловом районе чаще всего бываю именно я. Мне нравится продавать сновидения с динамичным сюжетом, но, если говорить откровенно, они самые проблемные из всех, так как чаще других превышают уровень осязательного воздействия… – со вздохом сказала Мокберри.

– Что это значит?

– Как бы попроще объяснить… Допустим, тебе снится перестрелка, в которой тебя ранят. А если и после пробуждения ощущается боль, разве ты сочтешь это нормальным и купишь сновидение еще раз?

Пенни отрицательно покачала головой.

– Разумеется, все осязательные воздействия во сне, включая боль, должны быть минимальными. Нет необходимости добавлять в сновидение ощущения столь же сильные, как в реальности; напротив, иногда это может навредить. К сожалению, стремясь сделать сновидение более ярким и впечатляющим, создатели снов часто пренебрегают этим правилом. Поэтому был принят специальный регламент, определяющий допустимый уровень ощущений. Его составило Бюро жалоб и постоянно дополняет, ограничивая создателей. Совсем недавно жалоба на сон Лобзания Привады считалась бы жалобой первого уровня, но теперь правила стали более строгими. – Закончив объяснение, Мокберри вытерла платком пот со лба. – Как же сегодня жарко. Надеюсь, хотя бы во время спуска подует ветерок.

Судя по всему, машинистка тоже страдала от жары. Перед спуском она использовала меньше «упрямого сопротивления», чем в прошлый раз, и поезд не пополз по склону, а почти полетел вниз, так что Пенни, Мотэль и Мокберри закричали от восторга вперемешку с испугом. Однако ноктилуки остались недовольны и, когда поезд остановился, пожаловались машинистке, что белье едва не вылетело из окон.

Ноктилуки отправились в прачечную, и в поезде осталось всего трое пассажиров. Продавец из кафе вяло предложил купить тоника, но Пенни отказалась.

– Возьмите хотя бы газету, одна осталась, – сказал продавец и протянул корзину на длинной палке. – Бесплатно.

Как обычно, в газету был вложен рекламный листок с меню всех кафе и ресторанов Делового района, хотя время обеда уже прошло. Был между страниц и еще один флаер размером с ладонь. Глянцевые ярко-красные буквы притягивали внимание.

– Что это? – одновременно спросили Мотэль и Мокберри, взглянув на флаер.

– Еще одна реклама для тех, кто покупает газету ради меню.

Поезд дополз до вершины, и все трое сразу же отправились в Тестовый центр. Пенни не могла поверить, что увидит изнутри разноцветные контейнеры, словно заброшенные ураганом на самый большой древесный пень в мире. В разгар рабочего дня на центральной площади было почти безлюдно. Им никто не встретился даже у входа в Бюро жалоб.

Из похожего на сад зеленого холла Бюро они на лифте поднялись наверх.

– Добро пожаловать в Тестовый центр. Приготовьте ваши пропуска, – приветствовал их служащий центра.

Все трое подняли бейджики, висевшие на ленточках на шее.

– Допуск разрешен, спасибо. Вы у нас впервые? За любой информацией можете обратиться ко мне.

– Спасибо, в этом нет необходимости, – ответила Мокберри.

– Хорошо. Если вопросы все-таки возникнут, наши сотрудники всегда готовы помочь. Ингредиенты оплачиваются на кассе, после чего вы можете использовать их здесь или забрать с собой. Обратите внимание, что все лаборатории проверки звука забронированы до конца недели.

Беглого осмотра было недостаточно, чтобы полностью понять внутреннее устройство Тестового центра. Снаружи контейнеры казались в беспорядке нагроможденными друг на друга, и все же здесь была система. Весь Тестовый центр делился на три этажа, соединенных лестницами и переходами.

Мокберри быстро объясняла, указывая пальцем то в одну сторону, то в другую:

– Отделы обоняния, зрения, осязания, вкуса, слуха и отдел сопутствующих товаров. Материалы хранятся отдельно, потому что так удобнее для испытаний. В каждом отделе есть соответствующие лаборатории. Места надо бронировать заранее. Лаборатории проверки звука всегда расписаны на несколько дней вперед.

Только теперь Пенни поняла, что каждый отдел разместился в отдельном контейнере.

– Здорово придумали, правда, Пенни? – сказал Мотэль, указывая на что-то. – Вот бы в нашем магазине было такое.

Его внимание привлекли устройства под лестницей. Колеса с желобом по окружности вращались, беззвучно передвигая с этажа на этаж большие корзины с товарами.

Еще удивительнее была детская горка, соединявшая этажи. Похоже, некоторые посетители пользовались ей, а не лестницей. Не успела Пенни об этом подумать, как на их глазах с горки съехала женщина. Ловко приземлившись и отряхнув брюки, она как ни в чем не бывало отправилась по своим делам.

– Мои друзья забронировали лабораторию проверки осязательного воздействия, идемте, – позвала Мокберри. – Это отдел обоняния, сразу за ним – отдел зрения, а нам нужно еще дальше, в отдел осязания.

Здесь царили запахи, и Пенни активно принюхивалась, пытаясь уловить их все. Мотэль остановился перед вращающимся стеллажом, который был заставлен коробками с парфюмерными пузырьками.

– Такие наборы покупают начинающие создатели снов. Когда не научился делать фоновое содержание, лучше всего активировать память спящего человека, и она сама создаст подходящий фон. А знакомые запахи превосходно справляются с этой задачей, – пояснила Мокберри.

– Верно. Я тоже заметила, что знакомые ароматы пробуждают воспоминания, – согласилась Пенни.

К стеллажу подошли двое совсем юных создателей снов, для которых Пенни могла бы быть старшей сестрой. Они неуверенно покрутили в руках коробки, обращая внимание на цену и название производителя, а затем принялись пересчитывать имевшиеся у них наличные деньги.