Стан золотой крови - книга первая (СИ) - Дар Настасья - Страница 22

Как-же мне поймать тебя “Лели”?

Раздумывая над этим вопросом, и попутно пережевывая пшенную кашу, выданную на завтрак, я не сразу заметила, что ребята постарше вовсю перешептываются между собой, бросая заинтересованные взгляды то на меня, то на Хана с Лейлой.

Да… Слухи видимо дошли уже до всех… Надо бы первой поговорить с Дарханом, пока кто-нибудь не донес до него самую худшую из версий.

- Рыжая, - над столом пронесся голос Хана, и все резко замолчали, - После завтрака у нас занятие, так что не планируй ничего.

Я коротко кивнула, и незаметно сжала под столом ладонь Глеба, плечом чувствуя как парень напрягся, услышав о том, что мне предстоит занятие с Ханом.

Только его ревности мне сейчас не хватало…

Закинув в рот остатки бутерброда с сыром, я встала из за стола, и направилась к Хану. Подойдя вплотную, наклонилась, и как можно более тихо произнесла:

- Мне нужно с Дарханом поговорить, встретимся в лесу, хорошо?

Парень вскинул на меня предупреждающий взгляд, и прошептал:

- Ты же помнишь, что…

Парень видимо решил, что я хочу рассказать его отцу о покушении. Я покачала головой, и оборвала его:

- Я все помню, Хан. Можешь не переживать.

На этом я развернулась, и вышла из столовой, по пути краем глаза заметив как Глеб прожигает взглядом своего приятеля. Мда… Надо что-то делать с этими двумя, пока они не поубивали друг друга.

Дверь юрты Дархана была открыта, поэтому я решила не стучать, и сразу войти. Внутри меня встретил уже привычный таинственный полумрак, в глубине которого скрывался сам хозяин юрты. Дархан в позе лотоса сидел прямо на полу, на широкой медвежьей шкуре, и прикрыв глаза, тихо играл на варгане.

Не решаясь отвлечь мужчину, я замерла около двери, дожидаясь пока он закончит. Благо что ждать долго не пришлось.

Буквально через мгновение он поднял веки, и отложив музыкальный инструмент, уставился на меня немигающим черным взглядом, от которого сразу же стало не по себе.

В глазах мужчины появилось узнавание, и он протянул:

- Ааа… Тусгай… Проходи, что же ты замерла в дверях.

Я неловко кивнула в знак приветствия, и опустилась рядом с Дарханом на одну из шкур.

- Что тебя привело сюда?

Перестав терзать от волнения губы, я произнесла:

- Понимаете… На днях со мной произошел не очень приятный эпизод, и теперь весь лагерь об этом шепчется. Я просто не хочу чтобы до вас дошли неверные слухи, и поэтому решила все рассказать сама.

Мужчина склонил голову набок, и добродушно улыбнувшись, изрек:

- Ты поступила правильно, дитя. Сплетни, как недобрый ветер - могут разрушить многое…

- Верно… - задумчиво протянула я, и встрепенувшись, наконец рассказала - В общем двое ребят из стана недавно поссорились в моей юрте. И все почему-то решили, что это из-за меня. И теперь по всему лагерю ходят слухи о том, что у меня с ними обоими отношения. Но это не так, клянусь!

Дархан покивал головой.

- Конечно, Кара. Я верю тебе. Ведь отношения у тебя только с Глебом, правда?

- Вот именно, - обрадованно подтвердила я, и лишь через мгновение поняла, что Дархан вывел меня на чистую воду, - То есть нет! Нет, все не так!

Отец Хана по доброму рассмеялся.

- Перестань тусгай. Я не вчера родился. Конечно в стане запрещены романтические взаимоотношения, но я не могу запретить юным сердцам любить. Просто будь осторожна. Глеб хороший парень, но вы оба еще слишком молоды, и не знаете чего хотите от жизни. Я не стану препятствовать твоим или его чувствам, но если ваши отношения начнут приобретать открытую форму, то вам придется покинуть лагерь, Кара. В стане всегда должен быть порядок, помни это.

- Конечно, - пораженно согласилась я, - Обещаю, что ничего такого не будет… Спасибо вам, Дархан. За то что не стали осуждать.

Мужчина молча кивнул.

Поднявшись, я попрощалась, и направилась к выходу. За секунду до того как покинуть юрту, вдруг услышала:

- В чувствах Глеба я не сомневаюсь. Парень начинает влюбляться в тебя, но вот ты, Кара… Твое сердце занято другим, я прав?

Испуганно замерев, я открыла рот, пытаясь как-то оправдаться, но по итогу плотно сомкнула губы, и пулей вылетела из юрты, пытаясь унять заходящееся от страха сердце.

Он знает! Он все знает! Господи, неужели и Хан тоже понимает, что я к нему что-то чувствую?

Добежав до леса, я скрылась за первыми деревьями, так и не дойдя до поляны, на которой проходят занятия. Тяжело привалившись к покрытой темно-зеленым мхом старой сосне, откинула голову на шершавую кору, и попыталась хоть немного восстановить дыхание.

В этот момент из-за дерева ко мне вдруг выскочил Глеб, и схватив за талию, притянул к себе, опустив подбородок на мою макушку.

Вскрикнув от испуга, я толкнула его кулаком в грудь, прошипев:

- С ума сошел?! Я чуть не отъехала со страху!

Глеб тихо рассмеялся, и вновь притянул меня обратно со словами:

- Конечно сошел! Я схожу с ума по тебе, Кара. Ты откуда несешься?

Немного успокоившись, я уже сама прильнула к нему, и ответила:

- От Дархана. Говорила с ним по поводу наших отношений.

Глеб резко отпрянул. В глазах парня стояла тревога, а в голосе засквозило напряжение.

- И что он тебе сказал?

- Все нормально, - поспешила я его успокоить, - Удивительно, но я ожидала гораздо более худшего исхода. Он лишь сказал, что если наши отношения станут общественным достоянием, то нам придется покинуть стан, чтобы не нарушать сложившиеся здесь порядки. В общем мы можем встречаться, но только так, чтобы об этом никто не знал.

Услышав это, Глеб облегченно выдохнул.

- Я только одного не могу понять… Если все на деле не так страшно, и вся ответственность в этой ситуации лежит на нас самих, то с чего вдруг Хан так взбеленился?

- Не знаю, Кара… - парень покачал головой, - Я хочу поговорить с ним сегодня вечером и все выяснить.

- Ладно… Только расскажи мне потом все.

Глеб коротко кивнул, и вдруг зацепился взглядом за мои губы. Медленно склонившись, он остановился буквально в миллиметре, и прошептал:

- Если ты не хочешь, то самое время остановить меня…

Я не уверена в том, что хотела этого поцелуя. Но и останавливать парня тоже не стала. Пора выкинуть Хана из головы. Раз и навсегда!

Зарывшись правой рукой в короткие светлые волосы, я сама подалась вперед, и прижалась к его губам. Из горла Глеба вырвался хриплый полустон, и он тут-же прижал меня к дереву, подхватив за бедра, и закинув мои ноги к себе на талию.

Его поцелуи были осторожными и вместе с тем нетерпеливыми. Будто бы парень очень боялся спугнуть, но при этом едва сдерживался от того, чтобы откинуть все страхи, и накинуться на меня уже не сдерживая желания.

Я же не чувствовала ничего…

Нет, мне конечно была приятна его реакция и его чувства. Но вот только поцелуи Глеба не вызывали во мне и сотой доли той дрожи, в которую я впадала увидев один лишь взгляд Хана…

Проклиная про себя черноволосого, я от злости на свои чувства лишь сильнее прижалась всем телом к Глебу, и откинула голову назад, позволяя губам парня прижаться к шее.

И я почти убедила себя в том, что хочу всего этого не меньше чем сам Глеб. Но вот только когда поцелуи со здоровых участков кожи перешли на обожженные, я резко сжалась и оттолкнула парня от себя.

Тяжело дыша, Глеб отшатнулся, выпуская меня из объятий, и недоуменно спросил:

- Что случилось? Я чем-то обидел тебя, Кара? Скажи если я зашел слишком далеко и мы…

- Нет, Глеб, - перебила я парня, - Ты здесь не при чем. Все дело во мне. В том… В том какая я.

- О чем ты? - парень выглядел настолько растерянным и расстроенным, что я вновь мысленно прокляла свое уродство.

Не особо заботясь о чистоте одежды, я села прямо на землю, и опустив взгляд в пол, начала тихо рассказывать:

- Я знаю, что о таком нужно было говорить с самого начала. Но я просто испугалась… Испугалась, что ты не захочешь быть со мной, когда узнаешь обо всем. Дело в моей внешности… Да и собственно не только в ней. То что ты видишь на лице и шее Глеб, это цветочки по сравнению с тем что прячется под одеждой. Вся левая половина моего тела сожжена до кошмарных шрамов. А грудь и спина в прямом смысле сшиты из лоскутов… И это терзает меня каждый раз, когда кто-то видит мое тело без одежды или прикасается к изуродованным частям кожи, - на этих словах из глаз покатились слезы, - Я просто не могу пересилить себя, и позволить даже тебе прикоснуться к своему телу… И я не знаю, изменится ли это когда-нибудь… По сути, отношения со мной изначально обречены на провал. Тебе ни к чему такая обуза… Прости что не сказала сразу.