Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма - Терри Мори - Страница 57

«Мужчина сказал, что его зовут Джефф, и у него своя автомастерская в районе Пайн-стрит в Йонкерсе. Мне показалось странным, что люди уже второй раз звонят на тему одной и той же собаки, и оба раза упоминают Пайн-стрит в Йонкерсе. Джефф тоже заявил, что хочет посмотреть на овчарку».

Берковица арестовали через два дня.

Миссис Ларсен сказала: «Его имя было у меня записано на клочке бумаги. И я тогда заметила в разговоре с мужем: „Эй, да этот парень звонил мне по поводу собаки. Теперь он ее точно не получит“».

Затем миссис Ларсен позвонила в приют в Мамаронеке и спросила, не появлялся ли там Берковиц. Джей Болдуин, который учился на ветеринара в Корнеллском университете и устроился в приют на лето, ответил, что предполагаемый убийца вроде бы действительно туда приходил, причем в компании другого молодого человека.

Сотрудники приюта сообщили о случившемся властям, но Департамент полиции Нью-Йорка вскоре установил, что Берковиц все-таки не посещал собачий вольер. Позже мне довелось увидеть фотографию человека, который, по мнению полиции, заходил в приют, – и он на самом деле был похож на Берковица. Его спутника, которого поначалу сочли возможным сообщником Убийцы с 44-м калибром, также удалось установить, хотя об этом и не сообщали общественности. Выводы полиции в данном случае не вызывают у меня сомнений.

Однако, исключив причастность Берковица к визиту и подтвердив, что никакого сообщника не существовало, глава детективов полиции Нью-Йорка Джон Кинан очень кстати забыл кое-что важное.

– Полиция вернулась ко мне и сообщила, что Берковиц не приходил в приют, – сказала Флоренс Ларсен.

– Хорошо, – ответил я. – Но вы же спросили их о телефонном звонке Берковица или того, кто представился Берковицем?

– Конечно. Я задала им вопрос: «Ну и кто же тогда мне звонил?» Они сказали мне, что кто-то, должно быть, просто использовал его имя.

– Кто-то, должно быть, просто использовал его имя – серьезно? – ошеломленно покачал головой я. – А что насчет второго звонка об «автомастерской в районе Пайн-стрит»? Возможно, тогда имели в виду К-а-р-р [94], они как раз живут неподалеку от Пайн-стрит. Разве копам не показалось интересным, что вам позвонили еще раз, упомянув Пайн-стрит и интересуясь той же немецкой овчаркой?

– Про этот звонок они ничего не говорили, – ответила миссис Ларсен. – Они просто сказали, что Берковиц не ходил в приют и кто-то, должно быть, использовал его имя, когда звонил мне.

– …За два дня до ареста, – вставил я.

– Да, именно. Вы можете проверить дату по публикации объявления в газете.

– Знаю. Я уже проверил.

Вопрос о том, действительно ли Берковиц посетил приют, составлял лишь половину истории. Полиция, по всей видимости, не обратила внимания, что не проясненными остались другие важные моменты, связанные с телефонными звонками. Кто-то – за два дня до ареста Берковица – назвал его полное имя и адрес третьей стороне в разговоре, связавшем подозреваемого с немецкими овчарками, – той самой породой собак, представители которой с удручающей регулярностью гибли в районе Пайн-стрит.

Произошедшее попахивало подставой, но полиция Нью-Йорка не придала этому значения.

Два года спустя Берковиц в письме заявит, что не посещал приют. Но что касается телефонного звонка: «Кто-то, должно быть, использовал мое имя. Да, я соглашусь с этим». Он откажется строить предположения, кто бы это мог быть.

Проведя с миссис Ларсен четыре интервью, я пришел к выводу, что ее словам можно верить. После того как я опубликую о ней статью, детектив полиции Нью-Йорка капитан Джон Планскер повторно допросит свидетельницу.

«Ее история правдоподобна. У меня нет причин сомневаться в том, что она сказала, – признает он впоследствии. – Ее рассказ последователен, а память – превосходна».

Позднее будет установлена еще одна важная связь между Берковицем и приютом для животных – на этот раз в Йонкерсе.

В середине декабря 1977 года я пришел к выводу, что вокруг Берковица разворачивается подозрительно много историй с участием собак, особенно немецких овчарок. Раненый пес Карров был черным лабрадором, но являл собой скорее исключение из правила. Собака семьи Нето, застреленная в канун Рождества 1976 года на Уикер-стрит – за день до того, как мальчишки обнаружили неподалеку тела еще троих, – была именно немецкой овчаркой, как и другие, упоминавшиеся прежде.

Сатанинские культы приносят в жертву животных, в том числе собак и кошек. Но почему в Йонкерсе убивали только немецких овчарок? Проведя исследование, я понял, что в последние годы мертвых немецких овчарок, предположительно принесенных в жертву, обнаруживали в самых разных местах по всей территории США, включая Хьюстон, где был приобретен «бульдог» 44-го калибра. О подобных находках сообщали власти северной и южной Калифорнии и полиция Новой Англии. Позднее я узнаю, что еще несколько тел найдут в городе Майнот в Северной Дакоте.

В период с конца октября 1976 по октябрь 1977 года в Уолдене, штат Нью-Йорк, обнаружили в общей сложности восемьдесят пять ободранных трупов немецких овчарок и доберманов. Представители властей полагали, что за убийствами стоял культ. Уолден находится всего в часе езды от Йонкерса, и люди, связанные с делом Сына Сэма, впоследствии еще не раз будут туда наведываться.

Культы убивают животных сразу по нескольким причинам, главная из которых – жертвоприношение Сатане. Кроме того, их кровь может использоваться в обрядах, и ее нередко пьют из чаши, украденной в церкви. Найденные животные могут быть повешены, застрелены или даже задушены, иногда с них снимают шкуру. Удушение часто происходит вследствие того, что животное вешают на ветке дерева и перерезают ему горло, чтобы слить кровь.

Некоторые части тела могут отрезать, чтобы приготовить зелье, или потому, что они якобы обладают магической силой. Как бы отвратительно ни звучало все сказанное, подобные действия не являются плодом воображения выжившего из ума голливудского сценариста: они реальны и производятся и поныне. Законники по всей стране могут подтвердить правдивость этого заявления.

Дейл Гриффис, вышедший на пенсию капитан полиции Тиффина, штат Огайо, признанный специалист в вопросах сектантских практик, сказал мне: «Общественность, как и многие сотрудники правоохранительных органов, далеко не всегда готова принять тот факт, что такого рода группы убийц действительно существуют. Отдельные полицейские ведомства, которым довелось столкнуться с культами, на собственном горьком опыте убедились, насколько они реальны и неуловимы».

«Однако их действия так эксцентричны, так сильно отличаются от нормы, что многие – и в полиции, и из числа обычных людей – готовы выдумать любую теорию, чтобы найти иное объяснение преступлениям, которые явно связаны с культом. Тут не помешало бы провести масштабную просветительскую работу», – сказал Гриффис.

Сам Берковиц проницательно заметил: нежелание общества признать тот факт, что сектанты убивают животных – и людей, – служит одной из мощных опор культов, главной причиной процветания сатанинских групп убийц.

«Если не хочешь иметь с чем-то дело, притворись, что этого не существует», – сказал он.

Однако на самом деле «это» существует. Никто никогда не занимался подсчетом действующих в настоящее время в Соединенных Штатах магических и сатанинских культов. Но их количество, безусловно, исчисляется тысячами. К счастью, большинство подобных групп безобидны, поскольку являются «белыми» ковенами ведьм, как их часто называют. Впрочем, это верно не для всех.

Феномен ведьмовства возник в Европе в Средние века. Со временем он добрался и до Америки, где антиоккультная истерия спровоцировала печально известные салемские процессы в Массачусетсе в 1692 году [95].