Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма - Терри Мори - Страница 153

Что касается мужчин в «Винной галерее», то присутствие снаружи Берковица и его последующее желание дистанцироваться от этого места наводят на мысль, что они были частью плана. Более того, мужчина со шрамами от прыщей вскоре будет предварительно идентифицирован как соучастник заговора, а внешность его напарника сильно напоминает то, как Винни описал Мэнсона II.

– У него спортивное телосложение, рост примерно пять футов десять дюймов, а еще песочно-светлые волосы – прямые или слегка волнистые, но не вьющиеся, – сказал Винни. – Думаю, в 1977 году ему было около тридцати.

– Значит, в то время, когда он был предположительно связан с настоящим Мэнсоном, ему было чуть за двадцать?

– Ага, точно. И его привезли сюда, чтобы он застрелил Фройнд.

– У него были усы?

– Без понятия. Я усов не помню, но такие вещи быстро забываются, – ответил Винни.

Описание также напоминало того мужчину, что выходил из автомобиля на глазах Диэла. Джон Диэл, правда, не смог сказать, были ли он и тот, что сидел у двери в «Винной галерее», одним и тем же человеком.

«Я вообще не задумывался об этой машине, пока вы не спросили меня про вечер целиком, – объяснил Диэл. – Не придавал этому значения. С тех пор прошло уже несколько лет, так что я просто не могу сказать, были ли это те же самые парни».

Предложенное Винни описание Мэнсона II также соответствовало словесному портрету человека, который, как сообщили свидетели, наблюдал за стрельбой возле «Элифаса» и уехал на желтой машине с погашенными фарами. Вдобавок это описание напоминало двух мужчин, связанных с делом Арлис Перри, – посетителя юридической фирмы и того, кто вошел в Стэнфордскую церковь за несколько минут до ее смерти.

В деле обнаружилось слишком много совпадений. Однако окончательные выводы невозможны до тех пор, пока очевидцы не опознают человека, который известен как Мэнсон II.

Вопрос о мотиве убийства Фройнд оставался открытым. «Берковиц знал, что она была мишенью. Он очень ясно дал это понять, – сообщил Винни. – Но он сказал, что не знает мотива. Хотя его знал кто-то другой. Берковицу было известно только, что кто-то связался с Камаро или Р. Р. и что Камаро выступал в качестве посредника. Камаро заставил Детишек сделать это, а они запрятали мотив в якобы случайном выборе жертв нападений Убийцы с 44-м калибром, которые тогда еще не закончились».

Винни назвал имя человека, рассказавшего ему про мотив, и заявил, что заказчик знал о делишках группы с наркотиками и порнографией. Сам мотив, по словам Винни, был стар как мир.

– Все дело в парне и другой женщине.

– В Джоне Диэле? Он же собирался обручиться с Кристин, – возразил я. – Что ты, черт возьми, несешь?

– Он крутил с другой женщиной, и кое-кому наступили на мозоль. Вот как я это понял.

– Чью мозоль? И кто имел гребаные связи с группой? Сама женщина или ее другой парень, который разозлился?

– В этих треугольниках хрен разберешься, – ответил Винни. – Знаю, что отчасти это было предупреждением парню [Диэлу], но и сама Кристин, возможно, тоже чем-то их спровоцировала. Дерьмо, я же не могу допрашивать здесь людей, когда мне вздумается. Мне сказали, что ответ кроется в этом треугольнике и что случившееся хотя бы отчасти было предупреждением для парня. Не знаю, женщина там это сделала или ее приятель.

Как выяснилось, поскольку убийство Фройнд произошло до того, как «родился» Убийца с 44-м калибром, полиция Нью-Йорка поначалу искала мотив в темных закоулках тайного романа Джона Диэла с замужней женщиной из Квинса, которая вместе с мужем на время переехала в Германию. Эта информация ранее не обнародовалась.

Диэл любил Кристин Фройнд. Но порой его соблазняли открывавшиеся в барах возможности. Нам с Чинотти он рассказал, что осенью 1976 года, за несколько месяцев до убийства, у него были три такие связи.

Вмешательство в частную жизнь Джона Диэла не входит в мои цели при написании этой книги. Убийство – это преступление публичного обвинения; Кристин Фройнд мертва; а в отношении одной из женщин в окружении Диэла появились весомые подозрения.

Из тех связей, что признал Диэл, две он назвал «одноразовым перепихоном». Но третья была более серьезной. Кристин узнала об этом романе, когда брала на время машину Диэла, и на нее с солнцезащитного козырька упало любовное письмо от замужней женщины. Кристин после этого хотела разорвать отношения, хотя женщина тогда уже находилась в Германии.

Разругавшись с Диэлом, Крис почтой отправила женщине записку (полиция нашла ее черновик и ответное письмо женщины), в которой угрожала рассказать обо всем ее мужу, если она только попробует еще раз приблизиться к Джону. Согласно полицейским отчетам, женщина продолжала поддерживать любовную связь с Диэлом, несмотря на письмо.

Однако с виду казалось, что вопрос решен.

У женщины, впрочем, действительно имелось целых три возможных мотива для убийства. Во-первых, ради сохранения брака, чего она, по-видимому, добивалась. Во-вторых, чтобы послать Диэлу сообщение о том, что ему следует подумать о возвращении к ней. В-третьих, просто чтобы устранить Крис, поскольку та собиралась выйти замуж за Джона Диэла.

Свои мотивы были и у мужа этой женщины. Он как-то приходил к Диэлу с вопросом, не завел ли тот роман с его женой. Диэл все отрицал, но это не значит, что муж ему поверил. Как и не значит, что у женщины не было еще одного приятеля – кого-то, кто по собственным причинам хотел, чтобы Диэл держался от нее подальше.

После убийства Департамент полиции Нью-Йорка несколько недель допрашивал друзей Крис, часть которых знала об измене и ее письме. Однако 3 марта полиция – впервые – допросила друга той самой женщины.

Пять дней спустя всего в квартале от места убийства Фройнд застрелили Вирджинию Воскеричян. Нападение произошло около 19:30 во вторник, нарушив привычную схему действий Убийцы с 44-м калибром, предпочитавшего убивать ночью по выходным.

Убийство Воскеричян произвело на полицию гипнотическое впечатление. Там немедленно связали эти два преступления и объявили, что по городу бродит псих-одиночка. Любые расследования мотивов убийства Фройнд с этого момента прекратились.

Возможно ли, что Воскеричян застрелили именно там и тогда, чтобы помешать следствию изучить мотив любовного треугольника в убийстве Фройнд? Не исключено.

Знание полной картины могло бы объяснить загадочный крик Диэла «Они застрелили ее!» на месте убийства Кристин, который, по его утверждению, вырвался у него просто «на эмоциях».

– Его предупредили заранее? – позднее спросил я Винни.

– Не знаю, предупредили или нет. Знаю только, что ему хотели передать сообщение, а еще, возможно, отомстить ей, или и то и другое сразу.

Я тоже этого не знаю. Но у меня есть подозрения. Так или иначе, по словам Винни, у некого лица была возможность связаться, напрямую или через третьих лиц, с Р. Р. либо Камаро, которые затем якобы привлекли к делу Детишек.

«Думаю, все участники делали это в качестве услуги своим знакомым, – сказал Винни. – И кому-то было важно, чтобы сюда привезли Мэнсона II».

Вне зависимости от того, чем закончится расследование дела Фройнд, Джон Диэл точно невиновен в случившемся. Узнав о показаниях тюремных источников, он начал сотрудничать со следствием. Его тайные интрижки с другими женщинами не делают его ответственным за смерть Кристин. Очевидно, он не понимал, во что ввязался. К тому же Кристин, возможно, сама отчасти поспособствовала тому, что ее убили. Дело остается не менее мутным, чем раньше.

Я также не склонен обвинять любовницу Диэла или ее мужа в соучастии в убийстве. Это еще предстоит доказать.

Возвращаясь к поступившей из тюрьмы информации, следует отметить: первоначальное заявление Винни, что убийство Кристин Фройнд стало результатом ситуации вокруг «ее парня и другой женщины», получило серьезное подтверждение, как и высказанное тогда же обвинение в том, что жертва выбрана не случайно.