Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма - Терри Мори - Страница 144

Стояла поздняя весна 1982 года. Винни был первым в нашем списке посещений, а через месяц за ним последует Дэнни. Винни проговорил пять часов подряд, ни разу не встав со своего места за разделяющим нас маленьким столом. Его история выглядела убедительно и впоследствии будет подкреплена месяцами полевого расследования. Путь в Даннемору вышел непростым; потребовалось некоторое время, чтобы убедить Винни в чистоте моих намерений. Но, в конце концов, он написал:

Только что получил твое письмо. Вроде не брешешь. Ты и правда в курсе. Тебе рассказал Берковиц, или у тебя (как и у меня) есть доказательства? Берковиц, кажется, теперь меня боится, но я никогда не злоупотреблял его доверием. На самом деле, все, что я знаю, только улучшило бы его положение.

Жирный кот с Лонг-Айленда? Это просто – Р. Р. Я знаю, где находится его дом на Л-А. Мои записи с названием города пропали, но я все помню. Вот лицо этого парня. [Винни нарисовал грубый набросок круглолицего мужчины с вьющимися волосами, бородой и усами.] Знаю, это кажется бредом, но я видел его фотку. По-любому смогу узнать его.

В Вестчестере есть «церковь». Нам надо понять, где она. Они проводят собрания. Я могу рассказать достаточно, чтобы найти ее. В Вестчестере есть жирный кот, который реально важен. Дело становится все сложнее. Со временем я расскажу тебе о поджогах и преступлениях в других штатах. Я дам тебе инфу о других. Итоговая схема выйдет неоспоримой. Здесь замешаны наркотики и перевозка оружия между штатами. Это вотчина ФБР – и, наверное, только ФБР и будет достаточно объективным (и эффективным). Если придешь, назову тебе несколько имен – и мест.

Одно из них – «церковь» в Вестчестере. Она тебе понравится. Но реально жирный кот живет на Л-А. У меня было название города – из двух слов. Но я знаю имя этого типа и многое другое. Он живет в доме вроде особняка, и я могу описать его точно, до мелочей. Я использовал три или четыре источника, чтобы все перепроверить.

Наркотики доставляют с Гавайев. Оружие идет из Техаса через Флориду. Его перевозят в фургонах байкеры-преступники.

Я тайно разослал эти факты пяти разным источникам. Никто не знает, что у них есть. Это не игрушки. Мне надо быть осторожным. Написанное может привести к смерти.

Откуда нам знать, что эти факты не брехня? Черт, передай Сантуччи, чтобы он покопался в том дерьме, которое у меня есть. Откуда мне знать? Мори, если мне придется тратить время на это дерьмо, то на хрен все. Просто изложи ему факты. У меня и без вас хватает дерьма, с которым надо разбираться, а тут мне еще предлагают красиво завернуть его для него в подарочную упаковку.

Берковиц сказал, что Д. Л. [Донна Лория] была запланированной целью. Да, он так и сказал.

Его реакция на это была сложной, неясной. Кристин Фройнд была запланированной целью. Тут он не сомневался. Четкая цель.

Я попрошу своего контакта связаться с тобой. Мы с тобой еще поговорим. Я отправлю это по почте. Если сможешь прислать марки, я использую их для нашей переписки. Привет «Ганнетт». Держитесь там. Напиши, что вам нужно. Попробуй опровергнуть, если не согласен. Мы на одной стороне.

Я не коп и не окружной прокурор. Как я, на хрен, попал в такую историю? Иногда чувствую себя гребаным копом – это прямо заводит. Давай!

Я не герой, и ты тоже не застрахован от пуль. Имей это в виду.

В итоге я собрал больше сотни писем от Винни и Дэнни, сведения в которых были дополнены во время более чем десятка личных посещений, состоявшихся в 1982–1986 годах. Вся информация имела общую черту – последовательность. Винни и Дэнни также согласились пройти проверку на детекторе лжи, однако Том Руссо из Квинса заявил, что в этом нет необходимости. «Нам хватает деталей, – сказал он. – Если в дальнейшем нам понадобится проверить кого-то из них, мы это сделаем».

Но тогда, весной 1982 года, прямо под носом у ничего не подозревавшего Берковица, Винни изложил мне и Майку Цукерману всю историю культа. Я с самого начала озвучил главные правила:

– Одна ложь, лишь одна крошечная ложь, и мы с этим покончим. Потом мы все это проверим, так что если надумаешь нас дурить, больше мы никогда не станем тебя слушать.

– Эй, да я хочу, чтобы ты это проверил, – сказал Винни. – Потому и согласился поговорить. Берковиц тоже хотел это проверить. Вот почему он первым делом заговорил со мной. Ему нужна была юридическая помощь. Я крутил его по-всякому, говорил, что мой адвокат бросит меня, если я скормлю ему какое-нибудь дерьмо. В итоге он рассказал все во всех деталях, а я задал ему много разных вопросов. Могу просто сообщить вам все, что знаю. А вы потом идите и проверяйте.

– Как он вообще сейчас? – спросил я.

– Очень зол из-за огласки. Почти решился написать тебе, чтобы договориться о встрече с Сантуччи, – но передумал. Он напуган. Знает, что его в любой момент могут замочить, и реально хочет, чтобы правду узнали, – но больше никому не доверяет. Это касается и тебя тоже. Хотя он сказал, что ты занимался этим с самого начала.

– Да, с первого же долбаного дня после того, как его начали распинать.

– Ну, он думал, что ты сможешь разобраться в этом дерьме, но просто перестал доверять тебе, а потом сказал, что не хочет, чтобы ты знал что-либо из этого. На хрен его. Его там сейчас колбасит во все стороны. <…> Он показал мне твои письма, они ведь написаны с шифром, да? Он сказал, о чем ты спрашивал.

– Угу, они были зашифрованы. Нет смысла посвящать в дело цензоров.

– Я так же рассылал свои материалы, – сказал Винни. – Прятал в книгах, писал, типа, имена и прозвища. Сделал так, чтобы звучало, как шутка или бред, но все там имело смысл.

– А что насчет Сисмана? – спросил я. – Ты знал его имя до того, как его завалили?

– Черт, ни я, ни Берковиц не знали, что это будет он. Я только знал, что что-то произойдет на Хэллоуин, и что это случится либо в Виллидж, либо в Бруклин-Хайтс. Я пытался это остановить.

На словах об убийстве Сисмана на глаза Винни навернулись слезы.

– Гребаное дерьмо, – наконец сказал он. – Знать о подобном заранее, но не суметь ничего сделать. Все это странно, но клянусь, я правда все это слышал, и вы должны привлечь Сантуччи, чтобы все расследовать.

– Почему бы тебе просто не рассказать нам, что тебе известно? – тихо спросил Цукерман.

И Винни так и сделал.

Информация была краткой и содержательной. В ней прозвучали имена – имена людей, которые, как оказалось, действительно существовали. Берковиц лично предоставил Винни подробную информацию о нападениях Убийцы с 44-м калибром, культе, Рональде Сисмане и прочих. В некоторых случаях другие тюремные источники подтверждали или дополняли общие сведения Берковица о связях группы с наркотиками и порнографией в Нью-Йорке, опираясь на их собственные более точные знания об устройстве подобных вещей.

Информаторы объяснили, что между культом и примкнувшим к ним нарко- и порнобизнесом имелась прочная связь. Нечто вроде союзнического соглашения объединило как минимум два независимых предприятия, решивших действовать совместно ради общей выгоды: они получили возможность использовать ресурсы друг друга.

Важно помнить, что информаторы не раз подчеркивали взаимозависимость групп. И поскольку понимание открытой Сыном Сэма стрельбы было бы неполным без предварительной обрисовки общей картины, я начну с полученного от источников описания всей взаимосвязанной операции. Ниже приводится рассказ Винни, дополненный его последующими словами и письмами и позже во многом подтвержденный Дэнни.

Нападения Сына Сэма спланировала и реализовала вестчестерская группа, которую мы, чтобы как-то ее обозначить, будем называть в дальнейшем «Детишки». Эта секта была ответвлением главной группы, берущей начало в Англии. Она существовала не в вакууме. Детишки имели связи с аналогичными группами в Соединенных Штатах, в особенности с Хьюстоном, Лос-Анджелесом и Дакотой. Главная штаб-квартира культа располагалась неподалеку от Лос-Анджелеса.