Типичная Практика (СИ) - Гуринов Александр - Страница 143

Отложив этот вопрос, я перешёл к другому, более актуальному проекту.

Повернувшись голову, я посмотрел на причину, почему этот проект является актуальным. Ядерная Бомба.

Создавая её, я прекрасно понимал, что даже с моими особенностями организма, я не переживу её взрыв, если окажусь хотя бы в километре от неё. Если использую талисманы и успею подготовить защитные и барьерных формации, то это расстояние можно сократить, наверное, раз в десять. Я пострадают, но переживу самый страшный для меня фактор взрыва — чудовищную ударную волну и адские температуры! Да, я очень устойчив к высоким температурам, но даже у моего тела есть предел. По моим экспериментам, нынешний предел температуры, которую может выдержать мой организм, это около трех с половиной — четырёх тысяч градусов по Цельсию. А эпицентр взрыва ядерной бомбы, взорванной в Хиросиме, а именно такой мощности бомбу я, примерно, и создавал, имел температуру в триста тысяч градусов! Ни я, ни Ха Нин, такой температуры не выдержим!

Излучение мне не страшно, как и достаточный жар, но вот ударная волна разорвёт меня в пыль, а адский жар и парит на месте!

Я осознавал это с самого начала и потому подготовил на этот случай, если я всё же буду вынужден применить этот аргумент, целую стопку талисманов. Благо, использовать их мне так и не пришлось. Очень сложная, подготовленная заранее, много составная формация должна позволить мне пережить взрыв, отвести ударную в стороны и заставить подавляющую часть жара обойти меня стороной, если я буду на расстоянии, по моим прикидкам, не менее ста метров, лучше — двухсот. Если ближе — барьеры формации не выдержат и меня просто сотрёт взрывом.

Так что, если у тебя есть одноразовые оружие, использование которого, с высочайшее вероятностью, тебя убьёт, разумно подготовить средства для выживания, если использовать его придётся.

И я занялся этим с таким энтузиазмом, которого у меня не было ещё никогда.

Столько симуляций я, наверное, использовал только в бою с заместителем основателя.

Основой стал широкий и толстый пояс, одеваемый на живот. Почти два сантиметра композитного сплава укреплённого наноматериалами. Почти тот же самый материал, что использовался при создании стрелы. Только в ней акцент рёбер жестокости шёл на продольной сечение, чтобы она не разрушила ь при прямом попадании в слишком крепкую цель, а тут шло общее укрепление, в основном с поперечный укреплением. А после я занимался формациями. В такой массивный и крупный объект можно вместить на пару порядков больше Формаций, чем в ту же стрелу, к тому же мне небыло необходимости работать над связью с артефактом для передачи жизненной силы на расстоянии — по идее, пояс должен быть на мне в момент активации.

Особенностью защитных артефактов, в отличии от защитных талисманов и Формаций на местности, является то, что защита, даруемая ими, многократно лучше и там где обычная формация даже не задержится атаку врага, защитный артефакт справится и заблокируют её. Обратной стороной является то, что весь урон от атаки, формация на местности или талисманная формация примет на себя, а вот защитный артефакт концентрирует защиту на себе. Это и плюс с одной стороны, и минус. Преимущество заключается в том, что структура такой защиты куда как крепче, надёжнее и выносливее, и если структура формации на местности или талисманной формации разрушится, то структура формации в защитное артефакт выстоит, будучи намертво вплетенной в структуру самого материала артефакта. Недостаток в том же и заключается — нагрузка от давления на структуру артефакта передаётся на материал защитного артефакта. Потому, в основном, защитные артефакты, это крепкие доспехи, щиты и прочие, очень крепкие и стойкие и, а не тканевая одежда — последняя просто в клочья разлетится, если это не какой-то материал из разряда природных артефактов. Иначе говоря, пока материал может выдержать, защита артефакта устоит.

Потому, собственно, я и создал такой массивный пояс из очень прочного материала. Размер и масса тоже играют роль — намного сложнее уничтожить два сантиметра очень прочного материала, чем тонкую фольгу из него же. А масса позволит шире распределять нагрузку на материальный носитель.

Почти три дня я практиковал во сне всего по четыре часа и все остальное время проводил, в основном, в симуляциях, просчитывая взаимодействие символов и знаков друг с другом, оставляя из них формации и просчитывая уже их взаимодействия, чтобы после все это перевести в трехмерную форму и снова рассчитать их взаимодействия уже в трех измерениях.

Из этого состояния меня вывели только сообщением, что мы приближаемся к месту назначения. Зачем меня отвлекли стало ясно позже — гостья дирижабля последние дни, вскоре, после того, как мы загрузились на борт, впала в депрессию, лила слёзы и чуть ли не убить была готова всякого, кто отвлекаю её и пытался войти к ней в каюту.

Похоже, она нашла имя своей сестры в списках книг культа Избранной Крови.

С этой мыслью, я покинул Опасную Комнату и направился к ней в каюту.

Я не стучался, видел в будущем, что она все равно ничего не ответит, просто открыв дверь и войдя внутрь.

Ха Нин с дала посреди барака на стуле со сломанной спинкой, смотря в остатки разбитого зеркала. Вид у неё был… откровенно говоря, не очень. Весь перемятый красно-золотой халат, чуть съехавший на плече, не ровно обрезанные, растрепанные и лохматые волосы, опухшие веки и красные глаза, из которых до сих пор текли слезы по проторенным уже дорожкам меж потекшего аналога местной туши и подводки для глаз.

Даже в этом мире люди придумали косметику и не удивительно, что девушки и женщины облюбовали её в первую очередь. Хотя и многие мужчины, особенно в среде практиков, активно ею пользуются, не уступая женщинам и делают это действительно хорошо.

Ха Нин на моё появление, казалось, вообще не обратила внимания, размытый взглядом смотря в свое отражение.

— Судя по твоей внешности, ты узнала, что случилось с твоей сестрой и, сдаётся мне, там не было ничего хорошего.

— Ты знал… — сказала она едва слышимым шёпотом.

— О чём ты?

— Не строй из себя дурака. — Ровным голосом сказала она встала со стула, подойдя ко мне, однако не в злости своей или ярости — сейчас её эмоции как никогда были пусты, и не потому, что она снова поглотила их все.

Нет, сейчас, в эмпатическом плане, это было похоже на то, как мощнейший пожар прошёлся через густые леса и не оставил после себя ничего, кроме выжженной пустоши. Её чувства не были поглощены её техникой, они просто… перегорели.

— Прости, Ха Нин, я не понимаю о чем ты, — пожал я плечами, но тут же замер.

— Да… я права… — абсолютно равнодушно сказала она, смотря мне в лицо, глаза в глаза, не отводят взгляда. — Ты знал о моей сестре… ты каждый раз знал то, чего не мог знать… этого не объяснить техниками или особой чувствительностью. Тогда, в нашу первую встречу, ты встретил меня в первый раз, но подготовил формации, идеально подходящие для победы надо мной. Словно давно уже сражался со мной и знал меня, как облупленную. Знал все мои техники, приёмы, стили боя, характер и поведение. Ты всегда доводил меня до грани злости, но останавливался ровно тогда, когда я была готова сорваться. Я думала, что причина в твоей гениальности, что ты каким-то неведомым мне образом просчитываешь все наперёд. Просчитываешь своих врагов так, что всегда знаешь, как, куда и когда ударить, чтобы победить его. Ты всегда узнавал ответы на вопросы, которые даже не задавал, знал, что скажу в следующую секунду, что сделаю…

Внезапно её рука двинулись к моему лицу, готовая ударить меня, но я даже взгляда не бросил на летящую в не в лицо ладонь — та остановилась всего в паре миллиметров от моей кожи, только обдав меня ветерком.

— Даже сейчас, ты знал, был абсолютно уверен что я не ударю. Ты никогда не боялся подставлять мне спину, хотя мы с тобой начали, как смертельные враги, когда я хотела убить тебя. Но при этом, ты все равно предостерёг меня мстить тебе без твоего пригляда, чтобы я не напакостила тебе, пока ты об этом не узнал. И ты знаю, я уверена, что ты знал, что моя сестра мертва…