Лучший киноактер в Голливуде (СИ) - "Номер 13 Белый" - Страница 103

Полчашки кофе попало ему в рот, Мэтью только успел поставить чашку, как подошел визажист, чтобы поправить макияж.

«Холодно». — Майкл Фассбендер, потирая руки, вошел внутрь, придвинул стул и сел рядом с Мэттью: «Чертова британская погода».

Мэтью посмотрел на него и спросил: «Ты закончил свою сцену?».

«Пока нет, но некоторое время я не буду им нужен». — Майкл Фассбендер пошел за чашкой горячего кофе: «Хочу немного согреться».

Он сделал глоток своего кофе и протянул Мэтью большой палец: «Ты был великолепен, совсем не похож на новичка».

«Правда?». — спросил Мэтью.

Майкл серьезно кивнул.

«Я хотел спросить…», — на лице Майкла появилось любопытство: «Как долго ты готовился к роли?».

«Посмотрим…», — подсчитал Мэтью: «Четыре или пять месяцев».

Майкл был немного удивлен: «Несколько месяцев подготовки для такой маленькой роли?».

Постепенно он прозрел: «Неудивительно, что ты был на высоте во время тренировок, ты любишь делать работу на все 100».

Обычно актеры месяцами готовятся к главной роли, реже они готовятся четыре-пять месяцев к небольшой роли.

«Мэтью!». — В этот момент вошел помощник режиссера: «Твоя сцена, иди на площадку».

«Я уже в пути». — Мэтью вышел из места отдыха актеров и пошел по дорожке, усыпанной грязью и водой, вдоль которой стояли фальшивые деревья, установленные съемочной группой, чтобы выглядеть как настоящие, и трава под ними, тоже фальшивая.

Для современных голливудских фильмов это просто необходимый минимум.

После того как съемочная группа проверила оборудование, съемки начались, Мэтью надел шлем и вошел на съемочную площадку.

Он достаточно изучил персонажа, чтобы понять, что ему не нужно показывать слишком много во время съемок, достаточно сохранить то же состояние, что и в последнем кадре.

Услышав призыв режиссера Лонкрейна к началу, Мэтью топал по грязной тропинке в сторону немецких пленных с сигаретой во рту и Томпсоном в правой руке.

Скотт Граймз, который был с ним на тренировке, прошел мимо него, а Мэтью шел с решительным взглядом, словно не замечая его.

Он посмотрел на немецких пленных и достал из кармана пальто сигареты, которую ранее попросил: «Сигареты?».

Подошел статист, играющий немецкого солдата, Мэтью протянул ему целую пачку сигарет: «Держи».

Тот раздал сигареты всем немецким солдатам, а Мэтью зажёг зажигалку, поднёс огонь к сигарете, затянулся и выдохнул дым, молча смотря на военнопленных.

«Отлично». — все прошло за один раз, режиссер Лонкрейн выглядел довольным: «Мэтью, молодец!».

Услышав слова режиссёра, Мэтью снял свой стальной шлем и широко улыбнулся.

После небольшой корректировки съемки продолжились, на этот раз все крупные планы были Мэтью, прошло целых пять кадров, прежде чем режиссер объявил, что все готово.

Мэтью снял шлем, спрыгнул с насыпи и пошёл снимать грим.

Он сделал все свои съёмки за день.

Сцена о том, как Рональд Спирс расстреливает немецких военнопленных не получила четкого ответа со стороны съемочной группы, принявшей загадочный подход к изложению, как будто это был слух среди ветеранов.

Второй эпизод был снят с небольшим количеством сцен о Рональде Спирсе, и Мэтью затем снял еще одну сцену с войсками, поддерживающими роту «Е», чтобы завершить все свои сцены в эпизоде.

Даже Мэтью был физически и морально истощен после месяца непрерывных съемок в аэропорту Хэтфилд, и съемочная группа дала актерам, у которых не было последующих сцен, два выходных дня.

Мэтью хотел использовать эти два дня, чтобы навестить Бритни, но после телефонного звонка ему пришлось изменить свои планы: началось мировое турне Бритни, и времени на встречу не было.

Однако он был не один в Великобритании, и на съемочной площадке были знакомые лица, с которыми можно было пообщаться.

Глава 86

«Эйон, наполни мне бокал!». — Из бара раздался пьяный голос Майкла Кадлица: «Наполни всем бокалы!».

Эйон Бэйли, держа бутылку, налил виски в стаканы Мэтью, Майкла Кадлица, Джеймса и Майкла Фассбендера по очереди.

Джеймс крикнул: «Я кручу!».

Он взял ложку, положил ее на стол и раскрутил, ложка летала по кругу и в конце концов ее ручка была направлена на Мэтью.

Мэтью не оставалось ничего другого, как взять лежащую перед ним карточку, не глядя на ее лицевую сторону, взять двусторонний скотч, который протянул ему Майкл Фассбендер, и наклеить карточку лицевой стороной на лоб.

Это явно была игра.

У съемочной группы было два выходных дня, Мэтью некуда было пойти, поэтому он просто провел день, гуляя с парнями по Лондону, а вечер провел за игрой и выпивкой.

Это была игра в угадайку, где каждый писал на лицевой стороне карточки одного из главных героев фильма, затем карты тасовали и раздавали по одной каждому. Выбранный человек прикладывал карточку ко лбу так, чтобы остальные могли ее видеть, и угадавший мог задать вопрос каждому из четырех человек по одному разу.

Например, если Мэтью угадал первый вопрос, то они выпили бы по три напитка, два вопроса — по четыре напитка и так далее.

«Давай, Мэтью». — Майкл Фассбендер призвал: «Давай начнем».

Хотя на карточках были написаны главные герои фильма, это все равно был очень широкий диапазон, Мэтью не ожидал, что угадает на первом же вопросе, спросив сначала Майкла: «Персонаж — американец?».

Майкл кивнул.

Мэтью задумался, а затем спросил Джеймса: «Он мужчина?».

Джеймс немедленно ответил: «Да».

Мэтью подумал об открытке, которую он написал, и снова спросил Майкла Кадлица: «Он занимается спасением мира?».

Майкл открыл рот, но признался: «Да».

Мэтью перестал задавать вопросы и потянулся к карточке на лбу, сказав при этом: «Супермен».

С этими словами он снял карточку со лба и замер: на ней было написано не Супермен, а Бэтмен.

«Кто это написал?». — Мэтью задал вопрос остальным членам группы.

Майкл прервал его: «Мэтью, ты проиграл».

Мэтью поднял свой стакан и осушил виски одним глотком, не меняясь в лице, и сказал: «Опять».

«Смотри кто пришёл». — Джеймс посмотрел туда, где находился вход в бар, и сказал Майклу Фассбендеру: «Твой заклятый враг из Центральной лондонской драматической школы».

Майкл Фассбендер тоже глянул, в его глазах появилась неприязнь.

Мэтью повернул голову и посмотрел в сторону двери бара, увидев молодого человека, который только что вошел, он был не очень высоким, но сильным на вид.

«Кто это?». — Мэтью спросил.

«Том Харди». — Майкл Фассбендер сразу ответил: «Мерзкая личность».

Мужчина тоже увидел Майкла Фассбендера и подошел к нему с улыбкой: «Какое совпадение, Майк».

«Да, какое приятное совпадение». — Майкл Фассбендер сверкнул акульим оскалом: «Садись и выпей с нами, мой друг».

Том Харди пренебрежительно рассмеялся и шагнул вперед, опираясь на спинку стула Мэтью: «Выпить с вами? Серёзно Майк?».

Он покачал головой: «Нет, у меня встреча с другом».

Мэтью мог слышать, что Том Харди и Майкл Фассбендер враждуют друг с другом, но эти двое были довольно сдержанны и не делали ничего открыто, кроме сарказма в своих словах.

Что за кошка пробежала между этими двумя он не знал, поэтому промолчал, только внезапно передвинул свой стул вперед, когда Том Харди снова попытался опереться рукой на спинку его стула, оставив Тома с пустыми руками.

Том взглянул на Мэтью, увидел незнакомое лицо, высокомерно хмыкнул, выдавил из себя еще несколько слов, а затем покинул их, чтобы найти свободный столик.

Вскоре в баре появился его друг, и, к удивлению Мэтью и остальных, это был ведущий актёр, Дэмиан Льюис, с которым у него была назначена встреча.

Льюис молча подошёл к столику Тома Харди.

«У тебя с ним проблемы?». — спросив, Майкл Кадлиц с любопытством посмотрел на Тома Харди.

Майкл Фассбендер ничего не скрывал: «Не сказать что мы готовы убить друг друга, просто когда я учился в театральной школе, мы боролись за несколько ролей в труппе колледжа, иногда я выигрывал, а иногда он».