Своей судьбы хозяйка. Беглянка (СИ) - Гриневич Александра - Страница 69

-Её зовут Ариника. И она умирает, - глухо проговорил Рейрин Готаррский. – Её жизнь в твоих руках. Посмотри на этого ребёнка и скажи, что тебе её не жалко, что ты отказываешься помочь. Посмотри!

Меня дёрнули и вынудили повернуться к зашевелившейся девочке. Видимо, наш с его светлостью разговор потревожил детский сон. Глядя на малышку, сердце защемило от жалости. А ещё меня обуял гнев. Герцог действует нечестно, используя ребенка в качестве самого убойного аргумента.

-Откуда вы знаете, что ваше проклятие снимается именно так? – я говорила уже просто из чистого упрямства, в душе понимая, что соглашусь со всем. – и что будет, если я откажусь?

-Тогда я тебя убью!

Рейрин Готаррский бросил на меня нечитаемый взгляд и развернувшись, быстро покинул детскую.

Как вернулась к себе, я не запомнила. Настолько была потрясена силой ненависти, проскользнувшей в голосе герцога. Долго сидела у окна, бездумно глядя на раскинувшийся внизу город. Потом достала переданную лекарем записку.

“Девочка моя, я сглупил. Проявил неосмотрительность. Сейчас расплачиваюсь за свою самоуверенность. Я практически уверен, что герцог не станет затягивать с обрядом. Не противься. Этим ты ничего не добьёшься, только усугубишь своё положение. В храме во время проведения обряда брось на алтарь смесь первоцвета и герцеры. И то, и другое легко отыскать в замковом саду. Зови Амсет, проси помощи. Боги равнодушны. Они должны оберегать мир, защищать и направлять, но в основном они остаются бездушными наблюдателями. Но не в этом случае. Амсет заинтересована в снятии проклятия с рода Готаррских. А ты к нему ключ…”

Ободряющие строчки наставника немного подняли мне настроение. Немного позабавила его наивная вера в лучший исход. Слова ритуала я старательно запомнила, не рискуя оставлять записку у себя. Сожгла в камине и пепел растёрла. Мало ли. Делала вид, что смирилась. Выходила к обеду и ужину, старательно улыбалась, равнодушно подмечая, что не все рады предстоящему браку его светлости с какой-то неизвестной всем пигалицей, к тому же и не красавицей. Точно так же равнодушно встретила швею, доставившую сшитое подвенечное платье. Только про себя удивилась, когда успели снять мерки и кто выбирал фасон?

Впрочем, мысли об этом меня не сильно заняли. Куда больше я думала о том, как всё провернуть, чтобы мне не помешали? А время бежало. Когда пришло время идти в храм, у меня уже был готов приблизительный план. Но правду говорят, хочешь развеселить богов – расскажи им о том, что задумал.

С первых же мгновений всё пошло не так. Как только мы с его светлостью переступили порог, запястье мне обожгло болью. И буквально на глазах золотистая витая вязь начала превращаться в совершенно другой узор – шире, сложнее, более рельефный и самое главное, с запястьем герцога происходило тоже самое. Я поняла по мелькнувшему в его взгляде торжеству, что ни клятвы, ни вмешательство жреца нам уже не нужны. Боги нас поженили, едва мы переступили порог. И это стало последней каплей, разрушившей стену моего кажущегося спокойствия.

Рывком выдрала руку из захвата Рейрина и бросилась в сторону алтарного камня. Швырнула на его поверхность, до этого зажатую в кулаке травяную смесь. Нужные слова сами слетели с языка, пока я прожигала взглядом замершие в нишах статуи богов. Меня вел гнев и безысходность.

-Вы не боги, вы шулеры! Обманщики! Вы меня обманули! Вы обещали мне дать выбор! Где он?

В глазах резко потемнело. Я попыталась за что-нибудь ухватиться, найти опору, в последний момент ощутив на талии тепло человеческой руки. И уже не увидела, как молния, сорвавшаяся с руки одной из статуй, тюкнула меня точно в макушку.

Конец первой части.