Артефакт Равновесия (СИ) - Липницкий Николай - Страница 22

Задумавшись, я отстегнул Луч от пояса и, чисто автоматически, потянул из ножен. Клинок засветился матовым светом, словно здороваясь, и мягко толкнул меня рукоятью в ладонь, как будто подбадривая. Типа, не парься, всё будет нормально.

– Что нормально? – спросил я у меча. – Куда мне тебя деть?

Клинок, как будто в ответ, вспыхнул и, неожиданно, исчез. Только в груди появилось тёплое такое чувство, словно я только что услышал что-то очень хорошее. Не понял! Что за шутки? Куда он делся? Вот только что был у меня в руках! Или, я уже потихоньку с ума схожу? Я, же, вот так, снял меч с пояса, вынул его из ножен. Кстати, ножны никуда не делись. Так и лежат в моей левой руке. Вытянул, значит, я его и, вот так, держал перед собой. Я вытянул руку и сжал воображаемую рукоять. И меч снова появился, словно никуда не исчезал.

Бред! Я, даже, лоб потрогал. Холодный. Неужели, всё-таки, мозги поплыли? Интересно, у них тут есть психбольницы? Пора туда, наверное. Пусть током и мокрым обёртыванием полечат. Я разжал ладонь, и луч снова растворился в воздухе, сверкнув напоследок. И в груди опять потеплело. Это, получается, он в моём теле растворяется, когда не нужен? Интересный способ хранения оружия. Так я и через рамку металлоискателя в аэропорту пронести его смогу. Или, зазвенит? Жаль, в этом мире аэропортов нет. Проверил бы. Как бы то ни было, а проблема решена. На приём можно идти со спокойной душой.

Мне, кстати, тоже, уже, ванну приготовили. Как нельзя вовремя. Не пойду же я пропотевший и пыльный после дальней дороги. Правда, смены одежды нет, но, ничего. Грустно, но не смертельно. Раздевшись, я полез в воду и улёгся, блаженно застонав. Это то, чего мне не хватало. Через полчаса, когда вода основательно остыла, я быстро потёрся мочалкой и вылез из ванной. В дверь постучали.

– Кто? – спросил я, опять нырнув за занавеску.

– Господин! – раздалось из-за двери. – Его светлость передал вам парадный мундир. Разрешите его занести?

– Заноси, – обрадовался я. – На кровать положи.

В комнату вошёл парень в такой же, как и у увиденных мной до этого слуг в этом дворце, ливрее, положил на кровать свёрток, растерянно огляделся и, увидев торчащую из-за занавески мою голову, поклонился.

– И тебе не хворать, – ответил я на поклон. – Спасибо. Можешь идти.

Парень повернулся и вышел. Ну, князь, ну, молодец! Удружил, ничего не скажешь. А я всё грустил, как буду на чистое тело грязную одежду одевать. В свёртке оказались замшевые штаны тёмно-коричневого цвета, белая рубашка с кружевным воротником, как у мушкетёров в фильме, бордовый приталенный камзол, расшитая золотой нитью перевязь для меча, широкий кожаный ремень с позолоченной бляхой и широкополая фетровая шляпа с золотой пряжкой на тулье. Я одел всё это и покрутился перед большим зеркалом, висящим на стене. Ну, принц, прямо. Никак не меньше.

Правда, простенький вид моего меча не вязался с роскошным нарядом, но, я это, как-нибудь, переживу. Если верить Элане, этот клинок сто очков вперёд даст всем разукрашенным драгоценными камнями железкам, которые будут у местных господ. Сапоги одел свои. Во-первых, других мне не дали, а, во-вторых, мне и мои нравятся. Удобные, мягкие и смотрятся красиво. В дверь опять постучали, и тот же парень в ливрее сообщил, что меня приглашают в большой зал. Ну, пойду, посмотрю на местную знать. Как говорится, и на других посмотрю, и себя покажу.

Народу было много. Женщины трясли кринолинами, сверкали бриллиантами, блистая обнажёнными плечами и откровенными декольте, и обмахивались веерами. На балкончике оркестр играл ненавязчивую музыку, создавая ощущение праздника. Мужчины чинно прохаживались, целуя дамам ручки, и раскланиваясь друг с другом. Они, кстати, в плане драгоценностей недалеко ушли от женщин. Только бриллианты, рубины и изумруды были не в ушах и на шее, а на эфесах и ножнах их мечей. Ещё и золотые цепи почти у всех, на которых висели большие восьмиконечные звёзды, усыпанные бриллиантами. И, чего друг перед другом выпендриваются. Ладно, женщины. Им, чем больше блестит, тем лучше. А мужчины? Как попугаи, честное слово! «Ярмарка тщеславия», вспомнилось мне название какого-то романа. О чём он – не знаю, или не помню. Но определение точное.

Я на их фоне в своём, расшитом золотом камзоле серенькой мышкой выглядел. В толпе чужеродными элементами выделялись орки, гномы, эльфы и гоблины, разодетые не менее пышно. Наверное, послы своих государств. По крайней мере, в моём мире так принято. Представителей этих экзотических народов мне видеть приходилось впервые, хоть я и знал, как они выглядят из той информации, что скачал из эфира. Особенно любопытными показались серые орки с мордами орангутангов и сантиметровыми клыками, торчащими изо рта. Да и рост выдающийся. Как минимум, на голову выше остальных, они возвышались над толпой этакими башнями.

Наконец, большие двери в дальнем конце зала распахнулись, оркестр на балкончике сыграл что-то бравурное и короткое, и к нам вышел сам князь в сопровождении свиты. Вся публика в зале мгновенно раздалась в стороны, освобождая ковровую дорожку, проложенную по центру. Меня затёрли во второй ряд, и приходилось вставать на цыпочки и вытягивать шею, чтобы что-то увидеть. Сам Раск был одет скромно, в чёрном костюме с белым гофрированным воротником и в шляпе, по тулье которого шёл серебряный зубчатый ободок. Рядом, в пышном розовом платье важно ступала женщина лет тридцати с надменной улыбкой на симпатичном личике.

– Княгиня, – пронёсся шепоток по залу.

Свиту рассмотреть не удалось. Просто, мельтешение чего-то разноцветного, пышного и сверкающего. Мужчины застыли в полупоклоне. А женщины присели в реверансе. Князь шёл по ковровой дорожке, периодически с кем-то из толпы здороваясь и бросая пару слов. Поравнявшись со мной, Раск остановился и повернулся ко мне. И, как, только, рассмотрел меня?

– Ну, как вам тут, сэр Сергей? – поинтересовался он.

– Спасибо, ваша светлость, всё прекрасно, – я выпрямился, почти физически ощущая, как на моей спине скрестились удивлённые и ревнивые взгляды.

– Надеюсь, сегодняшний вечер произведёт на вас хорошее впечатление.

– Ни капли в этом не сомневаюсь.

– Ну, вы отдыхайте, веселитесь. Не буду вам мешать. Завтра утром ответ мэтру будет готов.

Князь пошёл дальше, а я поймал несколько заинтересованных женских взглядов. Ну, конечно, из всех присутствующих только я удостоился беседы с монархом. Остальные счастливчики обошлись мимолётными, ничего не значащими фразами. Одна из дам протиснулась ко мне поближе и, прикрывшись веером, улыбнулась.

– Разрешите представиться, баронесса Кранг.

– Сэр Сергей к вашим услугам, – пришлось отрекомендоваться мне.

Вообще-то, по нормам этикета женщина не должна представляться первой, но любопытство настолько взяло верх над воспитанностью, что она решила наплевать на протокол.

– Вы с князем хорошие знакомые?

– Что вы? Отнюдь. Я познакомился с ним всего три часа назад.

– Однако, князь снизошёл до разговора с вами, в то время, когда многие знатные особы, имеющие немалый вес в княжестве, не удостоились, даже, кивка.

– Не вижу ничего необычного. Просто, наверное, князь отнёсся ко мне по законам гостеприимства. Всё-таки, я его гость.

– Вы издалека?

– Да. Я из Верхних земель.

– Надо же, как интересно! Я там ни разу не была. Говорят, что у вас там рай! Это правда?

– Ну, как сказать, – назойливость баронессы стала меня тяготить. – Нормально там у нас.

– А, правда, что у вас постоянное лето?

– Скорее поздняя весна. Но, климат ровный, это правда.

Мне, вдруг, стало неуютно, и появилось чувство, что мне в спину через оптический прицел смотрит снайпер. Такое со мной на войне бывало уже. Я резко обернулся и успел увидеть полный ненависти взгляд, которым меня, буквально, сверлил молодой человек. И, чем я ему так насолил? Может, эта баронесса его пассия? Так, я не в претензии. Пусть забирает.

– Сэр Сергей! – помахала перед моим носом веером дама. – Вы меня слышите?