Игра Хаоса. Спуск к вершине. Книга девятая часть вторая (СИ) - Свадковский Алексей Рудольфович - Страница 40

Секунды заканчивают свой отсчет, а я, быстро открыв Книгу, произвожу замену. Гаснут и загораются карты.

Тревога в глазах Саахена стала мне наградой: он был уверен, что сможет избежать боя, отлично сыграв торжествующего победителя, лидера гонки, и почти сумев меня убедить, что не стоит даже пытаться вступать с ним в схватку.

Отсчет завершен. Зал вокруг нас, свеча со столом — всё исчезает, остается лишь Колесо судьбы с символами разных арен на нем. На одной из них всё и решится.

Глава 13

Глава 13. На ловца…

Колесо вращается, всё ускоряясь. Мелькают, превратившись в цветные пятна, изображения арен. Уверен, что мой соперник сейчас, так же как и я, напряженно вглядывается в калейдоскоп картинок — от типа арены зависит слишком многое.

Только бы не закрытая! Для меня это будет едва ли не приговором. Я не смогу полностью реализовать свое преимущество в дальнобойных ударных заклинаниях, блуждая узкими лабиринтами коридоров и тесных комнат в поисках врага. А в ближнем бою я лунному волку не соперник с его преимуществом в силе и ловкости, да и вся его колода нацелена на поиск и физическое уничтожение врага. Выследить, найти, а потом прикончить противника одним стремительным рывком, не оставив тому ни шанса на ответный удар — тактика, легко читаемая из активных карт в его Книге. Для меня же расстояние критически важно, сто-двести шагов на открытой местности, и я завалю Саахена целым каскадом ударных заклинаний золотого ранга. Парящие острова, пустыни, луга, лавовые озера — да что угодно, лишь был бы простор.

Колесо кружится, постепенно замедляя свой бег, и вот среди размытых образов уже можно различить конкретные арены. Грохочущие ущелья — мимо, и хвала Хаосу: узкие каменные тропы и периодические обвалы, которые может вызвать даже случайный звук — не самое удачное место. Дом тысячи комнат тоже в бездну. Лабиринт бесконечных иллюзий, о, что-то новое, видимо заготовленное специально для турнира…

Я продолжаю до рези в глазах вглядываться в круговерть картинок перед собой, боясь лишний раз моргнуть. Бег колеса почти замер, и четко видны сектора, на которых оно готово остановиться: Мертвый лес или Железные холмы. Я затаил дыхание, боясь спугнуть удачу… но тут Колесо судьбы неожиданно снова ускорилось, словно кто-то придал ему новый импульс. Я досадливо прикусил губу: обе арены были для меня почти идеальными! В Мертвом лесу нет ничего, кроме обугленных деревьев, пепла и погибших, но все еще способных нападать животных. Открытое место, хороший обзор, скрыться где-либо не выйдет из-за пыли и золы, поднимающихся при каждом шаге. На Железных холмах и вовсе нет никаких серьезных угроз — лишь магнитные аномалии, мешающие использовать металлическое снаряжение, да молнии, иногда бьющие с неба в случайных местах. Зато преимущества те же, что и в лесу. Мой соперник понимал это не хуже меня и, видимо, потратил одну из вложенных в Активатор карт действия — ничего подобного в его Книге я не видел. Интересно, он нашел это сокровище здесь или же принес с собой из Двойной Спирали?

Впрочем, сейчас это не важно. Разогнанное Саахеном колесо замедляет свой бег, и я, подобравшись, вновь напряженно рассматриваю возможные места будущего сражения. Болота Смерти скользят мимо стрелки, и я облегченно выдыхаю, как, наверное, и мой оппонент. Мерзкое место, отражение давно покинувшего Игру Осколка, в котором шаманы людоящеров умудрились утопить целую человеческую армию, что с тех пор бродит там, неупокоенная, в поисках выхода. Для какого-нибудь Шепчущего с его Легионом — полное раздолье, но не для меня. Там даже выжить непросто, не то что сражаться с врагом. Мертвецы то и дело лезут из топи, куча гнуса, отвратительный воздух, полно змей… Я отлично запомнил совет нага по поводу этой арены: попав туда, сначала позаботься о собственной безопасности, и только потом занимайся поиском и уничтожением противника. Скорее всего, его прикончат раньше, чем вы вступите в бой, если тот рискнет действовать по-другому… Так, что у нас дальше? Свалка машин, чуть замерев возле указателя, уходит назад. Затопленный город следует за ней, а жаль: учитывая Шестикрылку, весьма удобное для меня место. Стрелка минует Гулкие пещеры и, наконец, замирает на Ледяных пиках Асфхейма.

Я быстро вспоминаю все, что знаю об этом месте. Открытая арена с плотным снежным настом и острыми шпилями из застывшего льда, имеется живность. Символ снежинки в углу изображения подсказывает, что там будет очень холодно и следует утеплиться перед боем. Скорее всего, заклинания на основе Холода будут наносить дополнительный урон. Из возможных угроз — местная живность в виде полярных медведей, снежных змей, и, возможно, ледяных духов. Повезло, весьма неплохая для меня арена. Вмешавшись в бег Колеса судьбы, Саахен, по сути, ничего для себя не изменил, лишь зря потратив ценную карту.

Темнота вокруг постепенно рассеивается, холодный ветер, словно приветствуя, бросает мне в лицо горсть колючих хлопьев, снег искрится, слепя и заставляя щуриться, но глаза быстро привыкают. Оглядываюсь по сторонам, оценивая окрестности. То тут, то там сверкают прозрачной синевой нагромождения льда, у подножия шипов собрались внушительные сугробы, хотя в остальном местность вокруг достаточно открыта. Из живых существ — только несколько ленивых моржей, вылезших из полыньи в сотне шагов от меня. Духов не видно.

Пора действовать. Активатор вскинут, и я без промедления призываю Абиранские миражи. Не слишком надеюсь, что они полностью скроют меня от врага, все-таки это лишь серебро. Их главная задача — дать мне время для использования своих карт. Выбираю вариант динамичных Миражей, и вокруг меня возникает, меняя местность, круговерть зеленого марева. На заснеженной долине появляется еще один снежный курган, мало чем отличающийся от соседних, по нему также бежит поземка и сверкает на склонах снег. Не дожидаясь окончания работы заклятия, по очереди использую заранее приготовленные карты. Доспех четырех стихий охватывает тело, и призванная ранее пирамидка с тихим гулом усиливает и его, вдобавок к щиту. Присутствие жизни срабатывает без внешних эффектов, но на компасе отображаются точки морских тяжеловесов. Против самого Саахена карта откровенно слабовата, но не использовать ее нельзя: призывы у волка в Книге были. А в паре с активированным еще в комнате отдыха Астральным взглядом даст хоть какой-то шанс видеть сквозь вражеские иллюзии.

Время идет, и важна каждая секунда. На всякий случай проверяю фигурку Хранителя жизни — а то на аренах всякие неожиданности бывают. Активна. Хорошо, хотя бы первый удар я смогу пережить. Меня немного беспокоит, что мои защитные карты нацелены в основном на отражение ударов вражеских заклятий и мало чем помогут в ближнем бою, но менять что-либо уже поздно. Топоры на месте за спиной, Кинжал кровавого ритуала — на поясе. Враг пока никак не проявляет себя, что дает мне еще немного времени. Бореалис, взвыв, появляется рядом и начинает втягивать в себя окружающий снег, явно радуясь местности, где оказался, а следом воплощается призванный еще в замке Ужас битв. Короткая команда «Охраняй», и летающие доспехи зависли чуть впереди меня.

Несколько мгновений уходит на размышления, что делать дальше. С Призрачным экзорцистом и Королевой гарпий лучше повременить, а вот разведчиков стоит разослать уже сейчас. Филин тонкой дымкой вырывается из амулета, обретает плоть и уносится в небо, вспышка Активатора, и следом, широко пластая крыльями воздух, начинает подниматься Кондор. Очередной призыв и Силис, застрекотав, низко парит над землей, время от времени испуская звуковые волны и посверкивая искорками разрядов. Разведчики веером расходятся по местности, а рядом со мной, недовольно рыкнув от холода, воплощается Туманный лев. Не повезло бедняге — из горящего города да в ледяную пустошь. Стрекозу я пока призывать не стал: летающее насекомое весьма чувствительно к морозу и после пары минут полета в подобных условиях может запросто рухнуть вниз вместе с седоком.