Паранойя - Файндер Джозеф - Страница 44

Среди них я обнаружил «отдел революционных технологий». Именно здесь Алана Дженнингс работает маркетинговым директором.

Оказывается, Пол Камилетти — ее непосредственный начальник! Это меняет дело...

С бешено колотящимся сердцем я прошел мимо офиса Камилетти и, конечно, никого не увидел. Еще бы — шестой час утра! Зато там уже побывали уборщики: в корзине для бумаг поменяли пакет, на ковровом ворсе виднелись следы от пылесоса, в воздухе сильно пахло моющим средством.

В коридоре и скорее всего на всем этаже не было ни души.

«Пора моей шпионской деятельности выйти на новый уровень», — подумал я.

Если зайдет охранник — ничего страшного. Скажу, что я новый ассистент Камилетти — им-то откуда знать?

А если настоящий ассистент Камилетти придет пораньше, чтобы все успеть? Или, что еще вероятнее, сам Камилетти? Учитывая, что сегодня Годдард выступает, Камилетти наверняка нужно звонить, писать письма, посылать факсы в европейские офисы «Триона». Они ведь на шесть-семь часов впереди, и когда у нас пять тридцать утра, в Европе уже полдень! Конечно, все это он может сделать, не приходя на работу, но кто знает?

Влезть в офис Камилетти сегодня — это значит не пойти на риск, а просто совершить самоубийство.

И все-таки я решил попробовать.

50

Только вот ключа нигде не было.

Я проверил во всех классических местах: в ящиках стола ассистента, в цветочных горшках, в коробочке для скрепок и даже в шкафах-картотеках. Стол ассистента стоял на виду, меня мог увидеть любой человек, проходящий по коридору. Я начал нервничать.

Посмотрел под телефон. Под клавиатуру. Под компьютер. Может, ключ приклеили ко дну ящика? Нет. Или под столешницу? Тоже нет. Рядом с офисом маленькая приемная: диван, кофейный столик и пара стульев. Я посмотрел там — ничего. Ключа не было.

Разумно, конечно: главный финансовый директор компании должен принимать какие-то меры предосторожности. Все правильно, так?

Через десять минут поисков я изнервничался и решил: все, не судьба. И вдруг я вспомнил одну интересную мелочь: в моем офисе, как и в других на этаже, стоял фотоэлемент — причем не для охраны помещения, а чтобы вас не заперли в собственном кабинете. Пока внутри заметно движение, двери не закроются. (Вот и еще одно доказательство того, что офисы на седьмом этаже все-таки лучше, чем у остальных.)

Если не тормозить, можно этим воспользоваться...

Дверь офиса Камилетти была сделана из полированного массива красного дерева. Между дверью и порогом не было зазора: даже бумажку не просунешь. Это осложняет дело, но не слишком.

Теперь мне был нужен стул — не секретарский, на колесиках, а более или менее устойчивый. Я нашел такой стул в приемной и поставил его у стеклянной стены офиса Камилетти. Потом вернулся в приемную. На кофейном столике был веером разложен обычный набор журналов и газет — «Файнэншл таймс», «Инститыошнл инвестор», «CFO», «Форбс», «Форчун», «Бизнес 2.0», «Барронс»...

«Барронс»... То, что нужно. Газета маленького формата. Я схватил ее, огляделся — не дай Богменя застукают за действием, которое не стоит и пытаться объяснить, — залез на стул и приподнял квадратную панель звукопоглощающего потолка. Просунул туда руку и среди проводов, кабелей и тому подобного нащупал следующую панель, прямо над офисом Камилетти. Я поднял ее, поставив боком.

Потом опустил в отверстие газету и помахал ею. Протянул руку еще дальше, опять помахал — безрезультатно. Может, детекторы движения не захватывают офис так высоко? Я поднялся на цыпочки, чуть не вывихнул локоть и ухитрился опустить газету еще сантиметров на тридцать. Замахал как бешеный, так, что чуть не растянул руку.

Что-то щелкнуло.

Слабо и все же явственно.

Я достал газету, поставил на место панели, слез со стула и вернул его туда, где он стоял.

Потом взялся за ручку офиса Камилетти.

Дверь открылась.

У меня с собой был рюкзак с кое-какими полезными штучками, в том числе и фонариком. Я закрыл за собой дверь, опустил жалюзи и включил фонарик на полную мощность.

В офисе Камилетти не было ничего оригинального: на стенах — обычная коллекция почетных грамот и фотографий, на полках — тот же набор книг по бизнесу, которые все якобы читают. Сам офис тоже подкачал: не угловой, и окна не во всю стену, как у Уайатта. Вряд ли Камилетти любил принимать важных гостей в такой скромной обстановке. Годдард — возможно, но не Камилетти. Может, он и жмот, однако пыль в глаза пустить любит. Говорят, что в пентхаусе крыла "А" есть роскошный зал для приема гостей, хоть его никто никогда и не видел. Может, Камилетти приводит больших шишек туда?

Компьютер был включен. Я нажал на пробел на модной черной клавиатуре, и монитор зажегся. На экране возникли слова: «Введите пароль». Да, без пароля мне, конечно, не добраться до файлов.

Если Камилетти и хранил где-то свой пароль, я не смог его найти — ни в ящиках стола, ни под клавиатурой, ни с обратной стороны большого плоского монитора. Нигде. На всякий случай я ввел его имя пользователя ([email protected] /* */) и просто фамилию.

Нет! Камилетти был не настолько неосторожен. Я попробовал еще пару комбинаций и сдался.

Придется узнавать его пароль уже опробованным способом: воровством. Вряд ли он заметит маленькое записывающее устройство между клавиатурой и системным блоком...

Честно говоря, в офисе Камилетти я волновался больше, чем у Норы. По идее я уже должен был привыкнуть, да где там... Мне было здорово не по себе: я побаивался Камилетти, а о последствиях провала и думать не хотел. К тому же в офисах на этом этаже охранная система наверняка сложнее. Конечно, меня научили справляться почти со всеми стандартными системами, но ведь есть и невидимые сигнализации, которые не включают ни звонков, ни лампочек. Они-то меня и пугали больше всего.

Я огляделся: вдруг что-то наведет на мысль? Офис Камилетти почему-то казался аккуратнее и просторнее остальных. Я даже не сразу понял, в чем дело. Тут не было шкафов для документов. Где же тогда Камилетти хранит документацию?

Я долго думал и наконец догадался. Ну я и придурок! Здесь для документов нет места, в приемной слишком небезопасно. Значит, документы должны быть в задней комнате. У каждого большого начальника «Триона» был двойной офис с задним конференц-залом такого же размера. Так «Трион» обходил проблему равенства. У всех офисы одинаковые! Просто у некоторых их по два.

Дверь в конференц-зал оказалась открыта. Я посветил по залу фонариком, увидел маленький ксерокс и шкафы красного дереза вдоль стен. Посреди стоял круглый стол, как у Годдарда, только поменьше.

Каждый шкаф был аккуратно размечен каллиграфическим почерком. Скорее всего тут хранились финансовые отчеты и прочая бухгалтерия. Наверное, было и что-то полезное — если бы я только знал, где смотреть.

Зато, увидев надпись «Корпоративное развитие „Триона“», я потерял интерес к остальному. «Корпоративное развитие» — это такой бизнес-сленг, обозначающий покупку других компаний корпорацией. «Трион» всегда с удовольствием поглощал новые фирмы, мелкие и средние компании. В золотое время, в конце девяностых, дело шло активнее, но и сейчас в корпорацию вливалось по несколько компаний в год. В этом шкафу должна быть важная информация, потому что Камилетти руководил приобретениями. Особенно денежной стороной — определял, насколько выгодно вложение и все такое прочее.

Так что, если Уайатт прав и проект «Аврора» состоит из компаний, которые «Трион» приобрел тайно, разгадка «Авроры» где-то рядом.

Шкаф оказался не заперт — опять повезло. Наверное, Камилетти думал, что закрывать их — пустое дело, раз в задний офис нет доступа посторонним.

Внутри была целая стопка папок: материалы по компаниям, которые «Трион» купил или целиком, или частично, либо проанализировал ситуацию и решил не связываться. Некоторые названия я когда-то слышал, хотя далеко не все. Решил просмотреть все папки и выяснить, чем компании занимались. Дело пошло медленно, да я и не знал, что ищу. Как, черт возьми, разобраться, входит ли какая-нибудь новая фирма в «Аврору», если я даже не знаю, что такое «Аврора»? Бессмысленное занятие.