"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Алейников Кирилл - Страница 569

На мой почти сорвавшийся с языка протест Флин лишь едва заметно отрицательно качает головой. Пришлось послушаться брата и держать язык за зубами. Ему виднее, а Димка действительно выглядел отвратно. И я сейчас не об одежде, а о его физическом состоянии в целом.

Заверив ребенка, что никуда за это время не исчезну, я смотрела ему вслед до того момента, как за детской спиной закрылась дверь.

— Я парализована? — Волнующий вопрос срывается с губ встревоженной птицей. — Я совсем не могу пошевелиться!

Приготовившись услышать ужасный приговор, я зажмурила глаза, словно это хоть как-то защитит от страшных слов, что перевернут всю мою жизнь и жизни моих близких, но вместо этого услышала тихий смех.

— Лиза, ты не парализована, — Флин резким движением срывает с меня одеяло. — Ты всего лишь в коконе.

Мумии и саркофаги были первым, что пришло мне на ум, когда я увидела причину своего обездвиживания. От самых кончиков пальцев ног и почти до горла мое тело было оплетено коконом из глянцевито-черных лоз. Если бы не узелки почек — почек, которым уже не суждено раскрыться, я бы подумала, что меня оплели одеревеневшие змеи.

— Что это? — голос дрогнул, все же мозг в первую секунду действительно «распознал» змей в этом жутком плетении.

— Ни что, а кто. Это Ильмоо. Пусть Димка сам расскажет эту историю, а я пока помогу тебе избавиться от кокона.

Флин помог разрушить этот своеобразный саркофаг просто ломая сухие ветки. Изломанные лозы исчезли, а я, наконец, смогла пошевелиться. С огромным усилием и неимоверным наслаждением подтянула к себе колени, разминая конечности. Сильные руки брата тут же помогли мне сесть, ну и обнять шанса не упустили. Под недовольное ворчание Мишки.

Завернувшись в одеяло, пряча казенное платье для сна, в которое была облачена, я привалилась спиной к подушкам.

— Мне тоже жалко Ильмоо, — обронил загадочную фразу появившийся в комнате сын, заставший меня за разглядыванием остатков кокона. — Но не переживай. Фырк уже прикопал пару корешков в теплице. Теперь, наверно, шкодята ходят туда и рассказывают новости грядке.

Димка неуверенно переминался с ноги на ногу и улыбался, сверкая ямочками на щеках. А я вдруг ясно увидела, что его щеки окончательно утратили детскую припухлость. Эта внезапная взрослость на лице тринадцатилетнего, ну пусть не ребенка, подростка, заставляла сердце сжиматься.

— Иди сюда, — мальчишка моментально сорвался с места и юркнул ко мне под бок. — Ну, а ты чего замер?

Я похлопала рукой по свободному пространству на кровати, глядя в звериные глаза.

Мишка шумно не то фыркнул, не то вздохнул, перевалился с лапы на лапу, осторожно поворачиваясь, чтобы своей тушей ничего не разломать. Опустил голову так, что часть морда оказалась на моем бедре. Одну руку запустила в бурую шерсть, другой притянула к себе сына и прижалась губами к виску, наслаждаясь внутренним покоем.

— Мишка, Мишенька мой, — нашептывала и гладила, гладила густую шерсть, обнаружив, что агатовые глаза сочились влагой.

Мишка тоже плакал. Или Ричард. Я хотела его позвать, но прогонять его вторую сущность вот так… не могла.

Так и просидели не меньше получаса просто наслаждаясь объятиями. Эти, такие нужные, правильные прикосновения отгоняли предсмертную тоску и возвращали меня к жизни.

— Не ревнуй! — Флин отталкивает настырный нос, пытавшийся вклиниться между нами, когда братец устроился на кровати, прямо напротив меня. — Лучше пойди и позови Ричарда! Хватит уже командовать!

— Мишенька, — я ласково погладила влажный черный нос, за что руку тут же облизали. — Позови Ричарда, пожалуйста! Мне бы в ванну надо.

Зверь засопел мне в бок, прощаясь, и поковылял к двери, которую ему проворно открыл вскочивший Димка.

— О каком командовании речь?

— Он никого к тебе спальню не впускал, только Димку и — после долгих уговоров — меня. Так я мог следить за тем, чтобы малец хоть что-нибудь ел. Устроили из меня официанта, понимаешь ли. Но стоило к двери только подойти кому-нибудь постороннему, как раздавался предупреждающий рев. И посетителей как ветром сдувало. Ни целителей, ни ректора, даже королю не позволил переступить порог комнаты.

— Что он тут делал? — не успеваю переварить информацию, как Флин подтверждает худшие опасения.

— Король? — мужчина, взъерошив пепельные волосы, недовольно поморщился. — Его Величество пытался поговорить с Димой. Догадался о его даре, когда тебя искали.

Глава 78

— Ага. А Ричард ему не позволил, — подхватывает рассказ Димка, появившийся за спиной Флина вместе с Ричардом.

То, что сын не разделял Ричарда и его зверя, было трогательно и очень важно, но потребность в нем, моем мужчине, была куда важнее на данный момент. Сам Ричард, то ли обнимающий Димку за плечи, то ли опирающийся на него, был невероятно худ. Казалось, что даже волос и бровей стало меньше. Только зелень глаз, взявших в плен мои, осталась прежней. Сколько времени меня не было? Когда он успел дойти до такого истощения? В родных глазах плещется тревога и немного несмелой радости, как будто этот огромный сильный человек боится поверить, что все позади, опасается, что радость преждевременна.

— Ну, парень, пойдем. Раздобудем еды этим двум задохликам.

Флин ловко уводит подростка, оставляя меня с Ричардом наедине.

Недолго думая, мужчина подлетает к кровати и сгребает меня в крепкие объятия. Настолько крепкие, что возникла мысль о паре переломов. Но это неважно, важен запах кожи, который пьянит и умиротворяет, важна ладонь, которая переместилась на мой затылок, сильная спина, которую наконец-то исхитрилась обнять слабыми руками, губы, которые зацеловывают мое лицо. Ричард не торопится целовать меня по-настоящему, и это правильно, потому что я тоже еще не надышалась им и никогда, наверное, не надышусь. Мои чувства, моя любовь перешла на какой-то другой уровень, мне казалось, что я слышу его пульс, отбивающий жива-жива-жива, моя-моя-моя. Не знаю, что чувствовал Ричард, но наверняка что-то подобное. Видимо, это и есть слияние, о котором мне с таким придыханием мне рассказывали оборотни.

С появлением в дверях остальных членов семейства, это чувство никуда не исчезло, несмотря на то, что любимый разомкнул объятья. Отпустить его я еще не была готова. Словно почувствовав это, Ричард устроил нас так, что я опиралась спиной на его грудь, его руки не позволяли мне соскальзывать, а дыхание согревало затылок.

Димка, Веррес и Флин принесли три подноса с едой. Передо мной появился поднос на ножках, эдакий накроватный столик, и кружка с испускающим пар крем-супом — для меня. И мясная нарезка для Ричарда, очень его заинтересовавшая. Остальную снедь Димка и Веррес сервировали прямо на кровати, расстелив скатерть поверх одеяла. Получился пикник. Эта мысль повеселила.

Флин, воспользовавшись моментом, обхватил руками мою голову, с целью ментальной диагностики, которой остался доволен.

— О чем ты думаешь? У тебя такой взгляд странный.

— Не могу определиться, на какой из миллиона вопросов, что кружат в твоих мыслях, дать ответ. Если коротко, то тебя нашли Шон, Ричард и Король. Дольф в клетке, Его Величество Рольф знатно его потрепал. Про это мы узнали уже позже, главное, было твое здоровье. Тебя сразу доставили в целительское крыло Академии. Пока целители латали твои магические каналы, мы с Верресом занимались твоим разумом. Ну, мать, ты и бастионы возвела у себя в голове! Блок на блоке! Ха! Я уже однажды воссоздал твой разум из руин, вот тогда была адова работа! Но, честно скажу, если бы не знакомая в мельчайших подробностях, ментальная матрица, мы бы не справились!

— И ты считаешь, что ответил на её вопросы? — насмешничает за моей спиной Ричард. После чего наклоняется в сторону, чтобы взглянуть на меня. — Ты посмотри на её лицо, вопросов стало только больше! — Все-таки он меня чувствует!

Димка хохочет, Верес и Флин давятся смешками.

— Так как вы меня все-таки нашли? Дольф заверил, что сбил след, а о существовании лаборатории никто не знает.