"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Алейников Кирилл - Страница 497

Молитвы как таковой не получилось, была благодарность. За то, что приютил нас с Димкой в своем мире, за чудесного брата, за жизнь и здоровье Ричарда, за потрясающее везение, которое, несмотря на трудности, сопровождало меня всегда и везде. Было ощущение, что мои воспоминания быстренько просматривают, словно листают книгу, останавливаясь на тех страницах, которые вызывали особый интерес.

И конечно же, просила за Димку. Чтобы шел рука об руку с удачей, чтобы дар первомага не стал проклятием, испортившим жизнь, чтобы был здоров и счастлив. И позволил быть рядом. Может, не в полном смысле матерью, но родным и близким человеком, другом и союзником, который всегда будет на его стороне. Тем самым человеком, которому он сможет рассказать все что угодно и поделится всеми тайнами, горестями и радостями, к которому придет за советом.

Звуки окружающего мира нахлынули в тот момент, когда «разговор с богом» закончился, а мысли иссякли. Возникло чувство, словно меня отпустили, дали разрешение уйти. Справа зашевелился Димка, и это заставило распахнуть глаза, осмотреться и наткнуться на два удивленных взора — служителя и подростка.

— Что-то не так? — мужчина лишь в отрицательном жесте качнул головой, но взгляд его все равно не изменился.

Однако! Озарение пришло, когда я попыталась подняться с колен. Ноги затекли так, что встала я не без труда. Это ж сколько времени я на коленях простояла? За окнами совсем темно.

— Что ж, если вы готовы, можем приступать, — сообщил жрец, раскладывая перед собой чехол-сверток из кожи. Внутри был ритуальный кинжал. Ручка его представляла из себя тонкой чеканки мужскую фигуру, а лезвие — довольно длинный четырехгранный клинок наподобие рапиры. И все это великолепие в обрамлении самоцветов.

Недаром Дима столько раз выспрашивал у меня, да и у Флина, подробности ритуала братания. Руку для надреза он протянул не задумываясь, с любопытством наблюдая за процессом. Мы стояли перед алтарем в полуметре друг от друга, протянув над ним кровоточащие ладони. Даур бормотал что-то ритмично-заунывное по другую сторону алтаря.

Сорвавшаяся с ладони на белый мрамор багровая капля образовала шарик, который устремился навстречу такой же капле крови ребенка. Но вместо того, чтобы удариться, как волна с утесом и разбиться брызгами при встрече, разлететься алым фейерверком и впитаться в алтарь, кровь растеклась неопрятной яркой кляксой по белой поверхности.

Я наблюдала, как восторг и предвкушение в глазах ребенка сменялись обидой и недоверием. Он что, подумал, что я недостаточно сильно хочу быть его мамой?

Ну, нет, так дело не пойдет! Я не могу его подвести, только не в этом.

Глава 10

Как мы можем не быть матерью и сыном, когда он ещё много лет назад проник в мое сердце и укоренился там навсегда? Нелепо думать, что Дима чувствует иначе. Значит, есть вероятность, что это недорабатывает молоденький жрец. Я слышала в его голосе дрожь, возможно ли, что сбился и произнес что-то неверно, из-за чего ритуал не состоялся?

— Ещё раз! — не знаю, сколько силы я вложила в этот возглас, но огни в светильниках размещенных на всевозможных поверхностях затрепетали. Странно, мне казалось, что магия во время ритуала не действует, ну, кроме, храмовой, то есть божественной. Но если это не моя магия, то получается, что нам Арис знак подает? Ошарашенный взгляд служителя подсказал, что мои мысли не беспочвенны, возможно, именно поэтому он безропотно начал ритуал повторно.

Молиться второй раз не пришлось. Обмануть бога нереально, так что изменить его мнение не удастся, даже если ты сотрешь себе все колени. Я перехватила детскую ладошку и на этот раз мы с Димкой стояли перед алтарем взявшись за руки. Ладонь сына была влажной и холодной, так что я поспешила крепко её сжать, пытаясь унять дрожь и согреть.

Жрец нанес повторные надрезы на ладонях, так как предыдущие уже зажили, и вновь запел заунывные сакральные формулы, явно стараясь.

Капли крови упали синхронно и недалеко друг от друга, да так и застыли алыми зрачками, которые смотрели на нас укоризненно.

Я растерялась. Опять не было ожидаемого результата. Да что же это такое! Ведь я отчетливо слышала доброжелательный отклик Ариса, когда молилась. Что не так?

В храме стало значительно светлее, как будто в светильниках прибавилось огня. Скрыть удивления молодой служитель не смог и недолго раздумывая, попросил не уходить и отправился восвояси, извинившись. Мы с Димкой успели лишь обменяться тревожными взглядами, как он вернулся и не один, а в компании старшего коллеги, того самого жреца, который когда-то проводил ритуал братания между мной и Флином. Мужчина кивнул мне благосклонно — узнал.

Взглянул на алтарь, что-то тихонько спросил у младшего коллеги и, мельком взглянув на нас, сделал выговор. Уловить суть их общения мне не удалось, но старший служитель был явно недоволен. Разобравшись между собой, оба служителя завели уже знакомый речитатив дуэтом. С кровью по-прежнему ничего не происходило. Песнопение становилось все громче и громче, огни светильников колыхались в одном ритме с размеренной речью.

Но то, что произошло дальше, походило на фантасмагорию: молоденький жрец вдруг замолк на полуслове, глаза его закатились, а тело приобрело невесомость. Он буквально вознёсся над всеми нами и завис в воздухе.

Лицо, с грозным выражением лица и белесыми глазами не сулило ничего хорошего.

— Да что вы ко мне пристали! — раздраженным голосом, так отличающимся от того тихого благолепия, с которым обращался ранее, интересуется висящий в воздухе молодой мужчина. — Посмотрите на их ауры, бестолочи! Эта женщина уже дважды стала матерью этого ребенка. Вам ещё третий ритуал взбрело в голову провести?

Старый даур в эту же секунду рухнул на колени. Мы с Димкой, шокировано таращась на левитирующего служителя, отошли назад.

Как-то сразу пришло понимание, что устами молодого даура с нами говорит сам Арис.

— Как это два? — Ох уж эта мне детская непосредственность. И с чего я взяла, что мой мальчик повзрослел? Ведь догадался, что происходит, иначе не прижимался бы так ко мне.

— Ну хоть ты не задавай глупых вопросов, а? — В голосе бога появились насмешливые нотки. — Там был первый раз, а здесь второй, прямо у меня под носом. Ты же сам хотел. Вот и получил. Что непонятно?

Если бы я не была в теме, то точно запуталась от такой формулировки. Объяснил, называется. Вон, у пожилого служителя глаза размером в пятирублевую монету, а понимания в них ноль.

Ну, предположим, про там более или менее ясно. Имеется в виду наша прежняя жизнь. Только вот усыновить я его так и не успела, но возможно, связь образовалась при переходе в новый мир? А второй ритуал? Уж не о том ли Арис говорит, что Дима своей силой первомага уже связал нас родственными узами повторно? По этим причинам сегодняшний ритуал проваливался раз за разом?

— Ну слава мне, пресветлому, сообразила, — громыхнул довольством голос бога. — Повезло тебе парень с матерью. Если бы не она, то и твой дар развеялся пустышкой. Смешные людишки. Молятся, поклоны бьют, больше силы просят. А куда больше силы-то? Со мной сравняться хотят?

В сумбурном ворчании бога мне мерещился какой-то глубокий смысл, нечто такое, что мне следовало угадать, вычленить из почти бессмысленной речи.

— Так, что, получается и до Димы такие были? Ну, парвомаги?

— Ха! — нас колыхнуло звуковой волной. Звук был настолько сочным и мощным, что заставил инстинктивно присесть. — Первомаги! Придумали тоже! Да в каждом поколении хотя бы один да был! — Арис вздохнул прям как дедушка Ульх, вспоминающий молодость. В сочетании с внешностью юноши это выглядело особенно комично. — Словесник он, а не первомаг. Не в мощи и не в стихиях его сила.

— А в чем? — проявляет любопытство Шон.

— А что, сам ещё не понял?! — Арис опять подпустил в голос ехидства.

— Не понял пока, — Димка уже оправился от удивления и был не прочь поболтать с богом, не испытывая никакого пиетета.