"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Алейников Кирилл - Страница 467

Мы все устали за эту осень… период выдался суматошным для каждого из домочадцев, будь это хоть воспитанники, хоть наставники. Я даже пару раз забыла про ежемесячный праздники, где мы потчевали наших именинников. Выручала Лиена, помнившая про все дни рождения воспитанников. Зато удалось организовать обещанную экскурсию для шкодят, которую они заслужили еще в период осеннего кулинарного конкурса. Паула, Марьяна и Беатрис, при поддержке Девиса и Ульха справились без моего вмешательства, выгуляв всю младшую группу в приморский город, где была выставка всяких морских чудес. Заодно и сами развлеклись. Вернулись они не с пустыми руками… теперь у нас в доме есть небольшой аквариум, для которого несчастный Девис регулярно таскает морскую воду. До сих пор не понимаю, как детям удалось его уговорить! Стоит отметить, аквариум стал самой главной достопримечательностью дома.

А чтобы эти походы не разоряли кошелек — наладили поставки фруктов и рыбы.

Учеба шла полным ходом по всем фронтам. История с пари легла за основу ещё одного направления. Хоть дети и учатся считать, но они абсолютно не способны адекватно оценивать денежные средства. Как бы мы ни стремились к образованию, практическая сторона остается за пределами их опыта. Дорого, дешево, выгодно, убыточно, качественно или нет, эти понятия для них пока — «терра инкогнита». Максимум, что им доступно — цены на овощи, которые мы покупаем в деревне. Из наших только Фырк шустро ориентировался в этом вопросе, на улице и не такому научишься. Пробел в знаниях подтверждался историей с вечно порванной формой змееловов. Несколько дней подряд мы со взрослыми пытались выработать примитивную «систему ценностей» для детей, чтобы дать им хоть какие-то ориентиры. Например, книжка стоит пять средних монет, на эти деньги можно купить три мешка картошки или переночевать в приличной гостинице. Гевин и Ульх объясняли парням прямо в мастерской, за какую шкатулку, каких размеров и какого качества можно выручить эти самые пять монет. То же самое проделывали и швеи, и Васила. В общем, практиковались как могли, а главное, всё это было как бы мимоходом.

Насколько будущие маги трудно делали первые шаги в новых для них условиях, настолько я наслаждалась каждой проведенной в Академии минутой.

Кафедра экспериментальной артефакторики, занимающаяся изучением древесины Грух, приняла меня с распростертыми объятиями. Разумеется, я не ждала, что мне откроют все секреты и техники по работе с уникальным материалом, но надеялась хотя бы на перечень свойств. Таблицу свойств я получила, и в свободное время переписывала информацию, но ещё мне позволили наблюдать за мастерами и перенимать опыт.

Заведующий кафедрой, магистр Закери Стилус, очень заинтересовался моими взбивалками. У старичка было хобби — переносить бытовые заклинания в артефакты, можно считать, что мы нашли друг друга. Прозвище Стилус он получил за мастерство владения этим инструментом. Футлярчик со стилусом из самой лучшей гномской стали, висел у него на груди, как очки на цепочке. Говорили, что Закери может сделать большинство стандартных артефактов прямо на коленке. Когда я рассказала Закери про идею посудомойки, он счастливо засмеялся.

— Наконец-то я дождался единомышленника! Деточка, я рад, что ты к нам вернулась. Твое руническое письмо до сих пор показывают студиозусам в качестве примера идеального исполнения. Мы с твоим покойным учителем, магистром Найветином, часто тебя обсуждали, когда ты ещё была студенткой. Он считал тебя выдающейся труженицей, но умолчал про столь богатое воображение! Надо же, посудомойка — артефакт. Придумала же. Те, у кого магия есть, заклинанием пользуются, а у кого нет — руками.

— Вот я и хочу упростить работу для обычных людей. Это сколько часов для учебы выделить можно! Стазис-ларями же все пользуются.

— И часто вы посуду моете, леди?

— Надо будет, тарелку не выроню, — отшутилась в ответ, — у меня учеников полон дом. Они на рутинную работу свое время тратят, а мне жаль, вот и хочу помочь. Одно устройство — и три человека свободны!

Музыкальная шкатулка тоже произвела впечатление. Наставник Закери, или просто — наставник, подивился моему воображению и посоветовал делать фантомные камни не из теплового кварца, так как он истирается, а из недорогих поделочных, вроде горного хрусталя или хризопраза. Можно из любых камней, но лучшего звучания проще добиться от камня с однородной структурой. Помнится, самая первая, найденная Беатрис шкатулка, содержала камни то ли из оникса, то ли из яшмы, в голове не отложилось. Наставник же и порекомендовал не делать заготовки самой, а заказывать. По сравнению с ценой изделия, стоимость заготовок — сущая ерунда, время дороже.

Занятия на факультете воздуха были полезны и важны. Как оказалось, у меня масса амбиций, как у мага. Четвик и декан умело разводили меня на слабо, что ускоряло процесс обучения. Вместе со мной на факультет воздуха попал наш Гэри, чему я, признаться, была удивлена. Земля больше соответствовала его бытовым наклонностям. Парень страшно гордился, что он мой «коллега». Я тоже была довольна, будет с кем в доме поболтать на тему магии воздуха. Наблюдая за тем, как Гэри учится брать под контроль свою магию, я перенимала некоторые приемы, особенно дыхательные, которые позволяли экономить резерв. Флин просто не мог научит меня этому — специфика стихии.

Часто я попадала на дополнительные занятия со старшекурсниками-погодниками. Не самая престижная, но самая востребованная специализация. Для пятого-шестого уровня — верный кусок хлеба с маслом. С этими ребятами мне повезло подружиться. Среди них были и дети из крестьянских семей — вот кто понимал важность управления погодой, как никто другой.

На кафедре земли наших ребят приняли очень хорошо. Юную Нею опекали все, особенно девушки, на которых неискушенная Нея смотрела как на кумиров. Еще бы! Третьекурсницы — это уже, считай, магички. Уверенные в себе, раскованные, целеустремленные. Я тихо радовалась тому, что нашим одаренным повезло окунуться в эту атмосферу учебного азарта и веры в будущее. Ведь если у мага, пусть третьего-четвертого-пятого уровня нет будущего, то, как говорится, «сам дурак»!

Благодаря одаренным соколятам образовался некий узкий круг молодежи с разных направлений магии. Я задумала с их помощью сделать настоящий Новый год в русских традициях. Ребятам победнее все равно приходится куковать выходные в столице, до дома далеко. Вот приглашу их к нам и будет у нас снежная горка. И Ледовый городок. Маги-погодники нам в помощь!

Первым, с кем я поделилась идеей Нового года, был Димка. Общий секрет настолько вдохновил подростка, что у него словно крылья за спиной выросли. Окружающие, откровенно говоря, не понимали его веселости или интригующих фраз типа «Рано, потом всё узнаешь!», а сам Димка то и дело вспоминал разные новогодние забавы, которые мы обсуждали по вечерам в кабинете. Пока обдумывали новогодние игрушки, подросток вспомнил свое детское увлечение оригами. Технология вспоминалась со скрипом. Всё, что я могла смастерить из бумаги — самолетик и кораблик. Димка пыхтел и фыркал, но результат был далек от идеального.

Флин завистливо наблюдавший за нашей увлеченной возней не выдержал и сказал:

— Димка, наконец-то, в твоей голове не обрывки заклинаний и немнемонические стишки на правописание. Довольно бумагу портить, садись ровно, помогу вспомнить.

В течение получаса, с помощью Флина, сын сложил аиста, жирафика и прыгающую лягушку.

— Остальное — завтра, — прервал сеанс Флин, — иначе спать плохо будешь.

— Надо же, — удивился Димка, — я с детства этим не занимался, а жирафик у меня никогда не получался.

Я хмыкнула: «детство» по понятиям Димы было в возрасте семи-восьми лет, а сейчас парень считал себя уж очень взрослым, отчего в его голосе периодически проскальзывали снисходительные нотки.

Надо ли говорить, что гостиная и детская превратились в мастерскую оригами. Тута и Габи выказали особую заинтересованность и сноровку. Они-то привели и ко мне Амирчика в качестве буфера и для моральной поддержки. Все знали, что с Амиром у меня сложились особые отношения. Точнее сказать, Амир, со свойственной ему немного нахальной непосредственностью, легко пересекал черту, за которой я переставала быть строгой управляющей и становилась просто женщиной, которая не прочь повозиться с малышней. Впрочем, шебутная Тута тоже не слишком тушевалась. Короче, эта троица парламентеров потребовала от меня работу. Малыши пожелали заработать дополнительные баллы.