"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Алейников Кирилл - Страница 181

Логан, которому благодарные архангелы когда-то дали имя Люцифер, что означает "Знающий истину", Логан, которому благодарные демоны дали имя Сатана, что означает «Справедливый», вновь стоял на стене Икстриллиума, крепости, которую когда-то построил.

И над ним проплывали облака, напоминая о том единственном чуде, когда он растворился в них.

Здесь, на высоте, ветер был сильнее и прохладнее, чем у поверхности. Он колыхал полы серого плаща, колыхал черные волосы Логана, приносил с собой дурманящий аромат луговых трав, чистой воды и благодатной почвы.

Напротив стоял Игнат. Такой же, как и всегда: сверкающая золотом кираса, повторяющая контуры мышц архангела; золотые накладки на руках и ногах, отполированные до ослепительного блеска; красивый шлем времен «Илиады» с гербом Актарсиса… Игнат, генерал гарнизона Икстриллиума, Светлейший архангел, был здесь самым достойным противников Логана.

— Ты опять пришел искать смерть, падший, — молвил Игнат. Он находился далеко от Логана, так далеко, что в мире людей Логан не услышал бы его слов. Но то был мир ангелов.

— Нет, светлый, моя смерть еще не видна. Ты ведь знаешь, что не найти мне ее в битве.

— Ты слишком самоуверен, как и все отродья Тьмы!

— Тебе ли это говорить, Игнат! — усмехнулся Логан.

— Уходи, Люцифер, уходи по-хорошему, — понизил голос архангел. — Тебе не взять крепости и в этот раз.

Логан почувствовал легкий укол в районе сердца. Такие моменты за последние века жизни в Преисподней случались крайне редко. "А ведь Игнат не хочет со мной биться не потому, что боится, — думал Логан. — Архангел помнит нашу дружбу, помнит становление Актарсиса и печалится, что я такой… плохой оказался".

— Зачем ты стремишься оттянуть момент того, что неизбежно, светлый? Не все ли равно, сейчас падет Икстриллиум, или позже?

— Крепость вечна, — задрал голову Игнат. — Она будет стоять здесь всегда. Тебе и твоему войску не взять ее.

Логан демонстративно оглянулся вокруг и развел руки.

— Где ты видишь войско, светлый? Те собаки, что приплелись за мной, служили лишь для отвода глаз. Я пришел один.

— Ты пришел один в этот раз. В следующий раз ты придешь с армией.

Логан поднял одну бровь и стоял так достаточно долго, чтобы солнце, начинавшее касаться далекого горизонта, утонуло в нем. Наконец демон сказал:

— Ты научился читать мысли Создатели, Игнат. Похвально…

— Не один ты умеешь это делать, — кивнул архангел.

— К сожалению, за годы жизни в аду я вовсе разучился это делать. Или, быть может, Создатель закрылся от меня непроницаемой стеной.

— Конечно, ведь Создатель — это свет, а ты — это тьма! Ты и твой мрачный мир противны Создателю.

— Да брось, Игнат! — улыбнулся Логан. — Я — дьявол, Сатана, повелитель Преисподней — существую во плоти. А твой Создатель — это и ты, и я, и эти камни, и те далекие деревья. Бог есть всё, как говорится. В том числе и тьма. Он создал этот мир, он создал тебя и меня. И он ни в какую не хочет вновь воссоединяться со своими созданиями. Ты гляди, он даже Актарсис с Яугоном выстроил, лишь бы умирающие люди не стремились к нему, а обретали новые бессмертные жизни в этих мирах. И мне нужно от Создателя только одно — свободу, которую он забыл дать в дополнение ко всему прочему. Свободу, которой я добьюсь, даже если мне придется уничтожить все три мира. Свободу, которой я заслужил.

— Ты слишком многого хочешь, демон.

— Разве? Разве желать смерти — это желать слишком многого?

— Так склони голову, и я отрублю ее!

— Нет, — отрезал Логан. — Я искал смерти в битвах, но не нашел. И не найду ее от твоего меча. Дай мне пройти к Ключу, и я сделаю то, что должен был сделать давно.

— Ты никогда не пройдешь к Ключу! — клятвенно заверил Игнат.

— Посмотрим, — пообещал в свою очередь Логан.

На правом бедре Игната сгустился воздух, появилось сияние, и вот уже архангел выхватил из ножен длинный боевой меч лиандр, мерцающий ярко-голубым светом. Логан тоже вызвал оружие, но оно появилось не в ножнах, а сразу в руке, и мерцало не голубым, а алым. То был такой же лиандр, но заправленный кровью невинно убиенных.

Над крепостью мгновенно сгустились тучи. Место, где стояли противники, стало центром огромной атмосферной воронки, закрутившей почерневшие облака. Из недр этого небесного водоворота вырвалась кривая молния, и ударила она в высоко поднятый над головой алый меч Сатаны.

За спиной Игната воздух превратился в могучие белые крылья, наполовину расправленные, готовые в любую секунду оторвать архангела от стены и бросить на врага. За спиной Логана тоже появились могучие крылья, но они были черны.

— Пусть грянет буря, — прошептал Логан.

И грянула буря. И начался бой…

ГЛАВА XVII

Электронный циферблат на визоре полковника Фирса показывал ровно двенадцать часов дня. Прямо перед Фирсом возвышалась фигура одного из бойцов, облаченная в черную как космическая бездна «химеру». Фирс невольно представлял скафандр все же неповоротливым и громоздким, однако на деле оказалось, что он легок, плотно облегает тело и совершенно не стесняет движений. Вкупе со сверхсложным шлемом скафандр больше напоминал мотоциклетный костюм какого-нибудь японского необайкера, а не военную разработку стоимостью в десятки миллионов долларов.

За могучими плечами «волка» высилась оранжевая скала. Портал. Вход в Преисподнюю.

— С Богом, — отчетливо услышал Фирс слова Дрейкера в своих ушах. Те из бойцов, что еще не захлопнули забрала своих шлемов, проделали это, и вся группа шагом направилась к скале. Один за другим бойцы растворялись в монолите породы, преодолевали неосязаемую, невидимую ни для глаз, ни для самых хитроумных приборов грань меж двумя мирами.

Полковник Майкл Фирс исчез последним.

— Всё чисто, — прозвучало чье-то сообщение.

Бойцы быстро рассредоточились по территории, используя для укрытий огромные почерневшие то ли от времени, то ли от пожара валуны и неглубокие рытвины. Каждый держал перед собой футуристического вида штурмовую винтовку, на вид громоздкую, а на деле чрезвычайно удобную. По одному человеку от каждого подразделения волокли чемоданчики с боеприпасами для винтовок, что, впрочем, нисколько не стесняло их движений.

Фирс оглянулся. Позади, как и раньше, когда полковнику одним из первых удалось побывать в таинственном измерении, клокотала тьма. «Клокотала» — именно так бы описал полковник свое видение огромной пропасти, целого каньона, ни дна ни конца которому видать не было. Клокотала, ибо пропасть была грандиозна, хоть и совершенно тиха. Где-то на невообразимой глубине в клубах черного дыма угадывались потоки лавы, но они были так далеки, что не сразу замечались.

Опережая головокружение, полковник поспешил отойти от обрыва и занял позицию за останками каких-то растений, руководствуясь многолетнему опыту солдата. Кто-то из бойцов-вампиров отметил условный выход из измерения, и вся группа начала крадущееся, осторожное и тихое движение прочь от пропасти, прочь от выхода. Малопонятные Фирсу данные на внутренней поверхности бронированного забрала из прозрачных нанополимеров сменились чем-то более или менее ясным: частота пульса, температура организма, целостность скафандра и его боевая эффективность в процентах. Иногда вспыхивал ультразвуковой анализатор ландшафта, и тогда вся почва под ногами графически раскрашивалась в разноцветные линии и сектора. Напротив левого глаза расположился условный радар, показывающий зеленым цветом местоположение бойцов отряда. В зависимости от того, насколько далеко бойцы отходили друг от друга, радар сменял масштаб. Еще Фирс обнаружил, что при снятии винтовки с предохранителя тут же вспыхивает указатель цели, а при легком движении подбородком включается режим инфракрасного видения.

"Если бы такие костюмы были у нас во время Вьетнамской кампании", уныло вздохнул полковник.