Дочь Востока. Автобиография - Бхутто Беназир - Страница 1

Беназир Бхутто

Дочь Востока. Автобиография

ПРЕДИСЛОВИЕ

Не я выбирала эту жизнь, жизнь выбрала меня.

Я родилась в Пакистане, и жизнь моя отражает бурные события жизни страны с ее победами и поражениями, трагедиями и триумфами.

Снова и снова Пакистан привлекает внимание всего мира. Террористы, злоупотребляющие знаменем ислама, угрожают стабильности государства. Демократические силы верят, что терроризм можно искоренить, насаждая и распространяя принципы свободы. Военная диктатура ведет опасную игру, комбинирует, обманывает население. Боясь потерять власть, диктатура свирепствует, подавляет силы прогресса, тиски террора сжимаются все сильнее.

Пакистан необычная страна; моя жизнь — не обычная жизнь. Отец мой и двое братьев убиты. Моя мать, муж мой и я сама длительное время провели в заключении и под арестом. Долгие годы я жила в изгнании. Но, несмотря на все выпавшие на мою долю невзгоды, я чувствую себя счастливой. Я чувствую себя счастливой, потому что смогла преодолеть крепостные стены вековых традиций: я стала первой в исламских странах женщиной, избранной на пост премьер-министра. Мое избрание — поворотный момент в давних дебатах о роли женщины в исламе. Теперь доказано, что женщина в мусульманской стране может быть избрана в премьеры, может управлять страной, что ее могут воспринимать как лидера в равной мере мужчины и женщины. Я благодарна народу Пакистана за оказанную мне честь.

И хотя все еще продолжаются жаркие споры между сторонниками прогресса и экстремистами, женщины добились больших успехов с момента, когда я принесла присягу 2 декабря 1988 года.

Мало кому в этом мире удается повлиять на состояние общества, привнести современные веяния в страну, в которой инфраструктура намечена лишь в общих чертах, разрушить старые ролевые стереотипы о женской участи и дать надежду миллионам соотечественниц, не видевших ранее и проблеска надежды.

Возможно, я выбрала бы себе иную жизнь, но и в этой жизни мне представлялось множество возможностей, я несла груз ответственности, чего-то добивалась. И я чувствую, что мне предстоит еще многое совершить в этой жизни, как в личном плане, так и для моей страны.

Двадцать лет назад в свете событий моей жизни — убийство отца, лишение свободы, политическая активность — я не надеялась обрести личное счастье, узнать радости любви, семейной жизни, ощутить материнские чувства. Подобно английской королеве Елизавете I, тоже подвергшейся в молодости тюремному заключению и оставшейся одинокой, я полагала, что никогда не выйду замуж. Однако судьба опровергла мои предположения. Несмотря на неблагоприятные обстоятельства, я нашла радость в полноценной супружеской жизни. Я горжусь своим мужем, его храбростью и верностью; он всегда оставался рядом со мной, все девятнадцать лет супружеской жизни. Эти годы он жил и в резиденции премьер-министра, и в тюрьме, заложником моей политической карьеры. Несмотря на попытки разлучить нас, настроить друг против друга, несмотря на расставания, наши отношения лишь крепли.

Конечно, жизнь оказалась не такой, как я ожидала, но я не думаю, что поменялась бы судьбой своей с любой другой женщиной всех времен и народов.

Я горжусь культурным и религиозным наследием страны. Особо хочу подчеркнуть различие между истинным исламом, религией терпимой, плюралистической, и той пародией на него, которую взяли на вооружение экстремисты и террористы. Я знаю, что олицетворяю собою то, чего более всего боятся «джихадисты», Талибан и «Аль-Каида». Я женщина-политик, я борюсь за современный Пакистан с развитой системой инфраструктуры и коммуникации, с передовой технологией, с образованным обществом. Я верю, что демократический Пакистан может стать символом надежды для более чем миллиарда мусульман земного шара, которым предстоит выбор между силами будущего и силами, тянущими назад, в прошлое.

Политические битвы, в которых я сражалась, всегда велись с определенными целями. Моими целями всегда оставались свобода и социальная справедливость. И цели эти я считаю достойными борьбы. Но моя политическая карьера носит особый характер из-за того, что я женщина. Политика для женщины в любом обществе — сложная сфера приложения усилий. Мы должны постоянно доказывать, что не уступаем мужчинам, должны для этого работать больше, упорнее, дольше, многим жертвовать. Мы должны постоянно быть начеку, готовыми отразить нападение мужчин, даже членов собственной семьи. К сожалению, многие все еще убеждены в превосходстве мужчин, в их праве командовать женщинами, пытаются, оказывая давление на мужчин, добиться повиновения женщин.

Однако женщинам следует не жаловаться на двойные стандарты, а прилагать усилия к их преодолению. К этому следует стремиться, несмотря на то, что приходится прилагать вдвое больше усилий, тратить вдвое больше времени, чем в аналогичной ситуации пришлось бы затратить мужчине. Я благодарна матери, которая открыла мне, что беременность — нормальное физиологическое состояние, что беременность не должна нарушать нормального течения жизни. Пытаясь оправдать ее ожидания, я почти всегда игнорировала физические и эмоциональные ограничения, налагаемые этим состоянием. Я прекрасно сознавала, что детали моей сугубо личной, семейной жизни становятся предметом чрезмерного внимания всевозможных кругов, которых они не касаются, начиная от армейских штабов и кончая редакционными советами. Мне повезло с врачом. Я благодарна доктору Фредди Сета, который сохранил в тайне все мои посещения.

У меня трое чудесных детей, Билавал, Бахтвар и Асифа. Они доставляют мне много радости, я горжусь ими. Как раз перед первыми родами, в 1988 году, военный диктатор распустил парламент и объявил всеобщие выборы. Он и армейская верхушка не думали, что беременная женщина выставит свою кандидатуру. Но они просчитались. Я смогла справиться с этой задачей и выиграла. Выборы назначили вскоре после рождения Билавала, 21 сентября 1988 года. Рождение ребенка — один из счастливейших дней моей жизни. Победа на выборах, вопреки предсказаниям, что женщина-мусульманка не может завоевать сердца и умы населения, — другой счастливый день.

Вскоре после того, как я стала премьер-министром, мать моя велела «поторопиться и родить второго». Она считала, что женщина должна рожать прежде, чем она осознает ожидающие ее тяготы воспитания детей, и прежде, чем на нее свалятся иные обязательства. Я последовала совету матери.

Когда еще не было объявлено о второй беременности, армейские генералы решили пригласить меня на высокогорный ледник Сиачен, на позиции наших войск. Пакистан и Индия едва избежали войны в этой местности в 1987 году — взрывоопасная ситуация повторилась и в 1999 году. Я опасалась, что недостаток кислорода на такой высоте может отрицательно сказаться на здоровье развивающегося во мне плода. Врач мой, однако, меня успокоил, объяснив, что прежде всего недостаток кислорода скажется на матери, которая, почувствовав затруднения с дыханием, может надеть кислородную маску. Он заверил, что с ребенком ничего не случится. Несмотря на его разъяснения, я все же чувствовала себя неспокойно, но от визита не отказалась.

Посещение премьер-министра, разумеется, оказало моральную поддержку нашим войскам, занявшим позиции у высокогорного ледника. А я к тому же насладилась великолепным видом. Белоснежные ледники простирались со всех сторон, плавно сливаясь с голубым небом. Полнейшая тишина снежных вершин сообщала впечатление небесного покоя. Но в отдалении виднелись посты индийской армии. Впечатление покоя оказалось обманчивым.

Когда политические противники узнали, что я беременна, они решили, что пришло их время. Посыпались призывы к президенту и военным убрать меня. Аргументировали тем, что правила правления не предусматривают премьер-министру отпуска по беременности и родам. Они считали, что роды сделают меня неработоспособной, что ввиду этого в делах правления государством воцарится хаос, а это нарушает конституцию. Поэтому президент при поддержке военных должен отправить премьер-министра в отставку, поставить у руля государства временное правительство и объявить о новых выборах.