Роар (ЛП) - Кармак Кора - Страница 37

— Затем я побегу. По речке в том случае, если буря догонит или деревья охватит пламенем, и мне нужно нырнуть под поверхность воды.

— В каком направлении?

— Ммм… ммм…

Она посмотрела в одну сторону реки, потом в другую. Она резко обернулась, напоминая себе, в каком направлении видела Путь Резны.

— Огненный смерч обычно формируется над сухим климатом и не перемещается в районы с большим количеством влаги в воздухе. Но эта речка может оказаться недостаточно большой, чтобы это имело значение.

— Хорошо. Но помни, мы не прячемся в потоке, мы используем его как средство спасения. Так в каком направлении ты побежишь?

Она была по колено в воде, и её ноги начали дрожать.

— Большинство рек тянутся к большим водоёмам. Так что я направилась бы в ту же сторону, куда течет река.

Она указала туда, где Напатья повернула за поворот и направилась на юго-восток.

— Затем побежала бы.

Она так и сделала, поднимая колени как можно выше, чтобы не увязнуть в воде. Но даже несмотря на все эти усилия, вода делала её медленной и истощала. Уже утомленные мышцы отяжелели и онемели, а поднимать колени становилось всё труднее и труднее. Она решила, что лучше бежать по берегу, достаточно близко к воде, чтобы одним прыжком нырнуть под воду, но с достаточно твёрдой почвой под ногами, чтобы ей не пришлось сильно напрягаться. Когда она двинулась, чтобы сделать это, её ботинок ударился о плоский, покрытый мхом камень, и нога соскользнула. Кувыркнувшись вперёд, она ударилась коленом о речное дно прямо перед тем, как её лицо погрузилось под воду.

Она вынырнула, кашляя и отплевываясь. Она всё ещё пыталась отдышаться, когда Локи остановился рядом с ней. Она уже и так была смущена и знала, что он сделает всё только хуже.

— Воображаемый огненный смерч догнал тебя? Или ты просто упала?

Так оно и было.

Не отвечая, она обхватила руками его колено сзади и рванула вперёд изо всех сил. Падая, он издал удовлетворительный всплеск, когда его спина коснулась воды. Роар промокла и замёрзла, но улыбка было на её лице. Когда он вынырнул на поверхность, она уже не размахивала руками и ногами, а вода стекала по его холодному, расчётливому лицу.

Он вытер один глаз, потом другой. Его движения были медленными и рассчитанными, как будто ни один мускул в его теле никогда не двигался просто так, и её сердце заколотилось от чего-то похожего на ужас, но более лёгкого, подобно ощущению подъёма на высокое дерево в первый раз в детстве или её первой успешной попытке сбежать из дворца. Беспокойство, которое было одновременно ужасным и прекрасным в равной мере. Затем он выкинул вперёд руки, схватил её за руки и потянул, пока её спина не коснулась воды. Последнее, что она увидела перед тем, как река поглотила её, был Локи, парящий над ней с самодовольной ухмылкой на лице. Она закричала, пузыри вырвались изо рта, и она обхватила ногами ту часть его тела, до которой смогла дотянуться. Она дёргалась и извивалась, подталкивая себя вверх, пока с успехом не перекатила его под себя.

Тёмные волосы прилипли к её лицу, а зубы клацали от холода, но это не омрачало победы, которую она ощущала от погружения всего его тела под поверхность воды. Когда он поднялся из воды, смертельно спокойный, это победоносное чувство исчезло, и смех замер у неё в горле. Она съёжилась, ожидая его атаки.

Вместо этого своими длинными пальцами он убрал волосы, прилипшие к её лбу и щеке, и она вздрогнула, когда он прикоснулся к её коже. Он замер и посмотрел на неё так, как охотники смотрят на добычу, как будто старался казаться как можно менее опасным. Затем его влажная ладонь скользнула по её щеке. Скольжение его кожи по её было не похоже ни на что, что она когда-либо чувствовала. Она не чувствовала ничего подобного, когда касалась своего лица в ванне или вытирала щёку под дождём. Она не чувствовала ни жара, ни холода, ни всех промежуточных температур сразу. Его большой палец зацепился за её подбородок, остальные пальцы щекотали гладкую кожу её шеи, и её рот открылся от тяжести. Или от того, как сложно стало дышать. Или от того, что её сердце решило, что подпрыгнуть до самого горло было хорошей затеей. Всё по этим причинам. Или вовсе не из-за них. Она не знала. Она едва могла удержать мысль дольше, чем на мгновение, прежде чем та рассеялась под его пристальным взглядом.

Его пальцы изогнулись и слегка надавили на её затылок, её тело наклонилось к нему. И только тогда она поняла, что её ноги по-прежнему по обе стороны от него, и мокрая ткань его одежды прижалась к мокрой ткани её одежды. Она должна была бы замёрзнуть. Окоченеть от холода. Но вместо этого у неё под кожей бушевал огненный смерч.

Другая рука, та, что не была на её шее, коснулась её бедра, поднялась до талии, а затем легла на поясницу. Он притянул её ближе, все пузырьки и другие припасы, что висели у него на груди, были плотно зажаты между ними. Он наклонил голову, и его дыхание коснулось её приоткрытого рта.

Она была на неизведанной территории, и там, где он касался её, образовывались горы, и река ощущений текла по её позвоночнику. Она смотрела на его рот, видела, как он произносит её имя едва слышным шёпотом. Рука на её шее напряглась, его большой палец скользнул вперёд и обхватил её подбородок.

Когда он заговорил, его голос вибрировал через них обоих.

— Надвигается туман. Что ты будешь делать?

— Что? — её собственный ответ прозвучал хрипло и тихо.

— Туман? Низкие облака, которые вызывают дезориентацию, даже безумие, если эта магия достаточно сильна.

— Я знаю, что такое туман, — рявкнула она.

Рука на её пояснице соскользнула ниже, задев верхний изгиб её ягодиц, заставив что-то сжаться внизу живота.

— Но почему? — выдохнула она, не в силах сформулировать остальную часть своего вопроса. Даже не зная, какой вопрос она хотела задать.

— Когда ты отвлекаешься или испытываешь сильные эмоции, естественные барьеры твоего разума ослабевают и становятся более восприимчивыми к магии бури. А это означает, что нечто такое простое, как густой туман может сделать гораздо хуже, чем заставить тебя забыть, где ты находишься или что ты делаешь. Он может держать тебя в тумане, даже когда он движется, увлекая тебя за собой. И твои ментальные барьеры не должны быть слабы.

— Так и есть.

Когда они были маленькими, их этому обучали, и поскольку она была принцессой, её обучение было более строгим, чем у остальных. Большим пальцем он погладил её подбородок, скользнув вверх, дразня уголок её рта. Она не знала, как реагировать; её мозг приказал отстраниться, но тело говорило обратное.

— Так скажи мне, если туман пришёл и уже слишком поздно бежать, что нужно делать?

Так вот в чём дело? Он… соблазнял её, чтобы отвлечь внимание? Она схватила его за запястье, впившись ногтями чуть сильнее, чем это было необходимо, и оторвала его руку от своего лица. Она толкнула его в грудь, и ему пришлось отпустить её бедро, чтобы снова не погрузиться в воду.

Отползая назад, она старалась держаться от него как можно дальше. Потому что прямо сейчас она определённо испытывала сильные эмоции. Старое предательство и гнев, которые она испытывала к Кассию, смешались с гневом, который она испытывала сейчас, вплоть до того, что чёрная ярость пронзила каждую её частичку.

Её слова были близки к рычанию, когда она ответила:

— Если бы я попала в ловушку тумана и не могла бежать, то привязала бы себя к дереву раньше, чем потеряла бы рассудок, так я не стану блуждать. Избавилась бы от любого оружия, на случай если бы туман настроил меня причинить боль самой себе. Затем попыталась бы очистить свой разум и переждала бы туман. И надеюсь, мой разум остался бы со мной, когда туман рассеялся.

Она не стала дожидаться, пока он произнесёт удовлетворительный ответ; она знала, что сказала всё правильно. Она резко развернулась, вскарабкалась на берег и снова пустилась бежать.

Когда он нагнал её и побежал рядом с ней, она ускорила бег, чтобы не видеть его боковым зрением, гнев всё ещё был густым и сильным в её крови. И хотя он был гораздо быстрее её, невзирая на то, что мог с легкостью обогнать её, он этого не сделал. Он остался позади и вне поля зрения. Она негодовала, не понимала, кто больше её расстроил: он или она сама. Из-за этого колебалась. В конце концов, она нашла ответ на этот вопрос, но это заняло слишком много времени. Достаточно долго, чтобы угроза стала реальной. Вероятно, она была загипнотизирована, как он и сказал.