Охота на Лису (СИ) - Хоуп Аманди - Страница 85

— А шахматы? Простите мне моё любопытство, для интерьера или…

— Или! — кивнула головой. — Мы с дедом часто играли. Он учил меня с помощью этой игры мыслить стратегически!

— И каковы ваши успехи? — с азартом в глазах продолжил расспрашивать рыжик, но его вопросы не обременительны, не то, что у герцога, как на допросе, потому с удовольствием отвечаю.

— Какие успехи! — махнула рукой, рассмеявшись. — Я ни разу у него так и не выиграла.

— Не может быть! — веселился и граф.

— Правда! Не умею я мыслить на несколько ходов вперёд, — призналась ему искренне.

А потом в пример привела наш с дедулей диалог, его слова произнося грубым голосом, а свои пискляво:

«— Зачем ты походила сюда слоном, Мари? — как бы спрашивает дед, желая развить во мне внимательность и научить просчитывать ходы.

— Здесь было свободное место, я и походила!

— А почему не выводишь наперёд коня? — задумывается он серьёзно.

— Он такой симпатичный, жалко будет, если ты его съешь!»

Лишь закончила диалог, мы с графом прыснули от смеха.

— Думаю, вы лукавите, — отсмеявшись, возразил мне Аден.

Я лишь мило улыбнулась в ответ «Конечно же, лукавлю. У деда, я не выигрывала, но не столь глупа, как вам это нужно показать».

В такой душевной непринуждённой беседе прошёл весь ужин, лишь только его сиятельство сидел хмурый. Но мне этот факт почему-то доставляет несказанное удовольствие.

Отужинав, мои гости прощавшись неспешно ушли. Герцог сдержано произнёс слова прощания, даже к ручке не прикоснулся, ответила ему все так же холодно.

Стоя в дверях и глядя им в след, поняла, что обязательно «выступлю» на будущем балу-маскараде. Если раньше я была не уверенна, внутри не давал покоя червячок сомнения, а может это совесть норовила проснуться, всё-таки, своим поступком я разрушаю авторитет его сиятельства, то теперь уверена, что точно там буду и повеселюсь, как следует.

Следующим утром, не откладывая дело в долгий ящик, решила отправиться к Шкету. Но перед уходом вспомнила про ещё одно важное дело. Кет вместе с Соули разыскала, как всегда, на кухне.

— Доброе утро! — поздоровалась с обеими и подхватила на ручки мою девочку.

Она опять была чем-то измазана липким, кажется, вареньем. Вырастет моя малышка большой любительницей поесть, если будет проводить столько времени на кухне.

— Доброе! — откликнулась экономка, внимательно на меня поглядев и вновь приступив к своей работе.

Если она пыталась увидеть следы слёз, то все зря. Как и пообещала себе, я не плакала.

— Кет. мне нужно с тобой поговорить, — сделала паузу, чтобы она, наконец, оторвалась от своей готовки и повернулась ко мне.

Она отставила посуду и посмотрела на меня внимательно, я продолжила:

— Я хочу, чтобы ты наняла нам в помощь кухарку, горничную и дворецкого. Кстати, а где тот мальчик, что помогал Роджеру на конюшне, что-то я его давно не видела?

— Так он женился, леди, и уехал жить в деревню, — ответила мне с ехидцей Кет.

И ее ирония была обоснована, я совсем не замечаю, что творится в моём доме, все мысли направлены только на одну персону. Но с сегодняшнего дня — никаких больше дум о герцоге!

— Когда же он успел? — переспросила удивлённо. — Ведь юный совсем.

— Почему же юный?! Он одного с вами возраста, — и опять эта язвительность в её голосе. Намекает, что и мне замуж давно пора. Вообще Кет — очень добрая и заботливая, но иногда её заносит.

Я сделала вид, что не заметила колкостей.

— Хорошо. Подбери, пожалуйста, прислугу, — вынула из кармана и отдала ей небольшой кошель с деньгами.

— Полагаюсь на тебя. Ты намного лучше моего разбираешься в людях.

И здесь я ни капли не лукавлю, Кет действительно, обладает житейской мудростью и видит многие вещи лучше меня.

Экономка взяла монеты с довольным видом.

— Будет сделано, — сообщила официально, но глаза её излучали радость.

И я знаю, эта радость не от того, что теперь ей меньше предстоит работы, а от того, что наше благосостояние настолько улучшилось, что мы можем позволить себе слуг. А ещё, она очень горда оказанным ей доверием.

Сегодня на целый день, пока Кет будет занята подбором персонала, забота о Соули и доме ложится полностью на меня. Одела своей малышке самое красивое платьице, себе тоже соответствующий наряд, у нас по плану выход в свет. Пойдём бродить по городу. Теперь, когда она и на бумагах моя родная дочь, больше не нужно моё солнышко прятать.

Нарядные и красивые мы отправились в наёмном экипаже прямо к Шкету.

Увидев нас, мальчишка сделал широкий приглашающий жест рукой, и когда мы вышли из кареты, театрально присвистнул, выразив тем самым свой восторг.

— Откуда такая красота? — продолжил паясничать, кружась вокруг нас с Соули.

— Привет! — натянула ему кепку на глаза, когда он, наконец, остановился.

Шкет поправил свой головной убор и с интересом принялся разглядывать мою девочку.

— Ну, здравствуй, грязнулька! Тебя не узнать.

— Мня! — на это изрекла ему малышка, и мы зашлись смехом, а она далее продолжила что-то говорить на своём тарабарском.

Моя девочка немногословна, но разговаривать предпочитает исключительно с особями мужского пола. Дома из неё трудно и звука добиться, а тут сразу целыми фразами заговорила.

Она присоединилась в веселии к нам и хохотала так задорно, демонстрируя два верхних малюсеньких зубика, что удержаться от смеха нам было невозможно. Какое-то время мы забавлялись, Шкет корчил рожицы, а Соули задорно смеялась.

— Что нового? — задала мальчишке нашу кодовую фразу, когда уже скулы начали болеть от улыбки.

Он тут же перешёл на деловой тон:

— Для тебя есть несколько новостей, — выдал он полушёпотом. — Первое, пригласительные билеты приходят герцогу сразу в три места: в Тайную канцелярию, как ты уже убедилась, в загородное поместье и в особняк на Птичьей аллее.

Птичья аллея, к слову сказать, самый богатый район нашего города.

— Второе, — продолжил меж тем мой секретный агент. — Ты удивительно удачливая, Лиса! — заявил с пафосом.

Я лишь удивлённо вскинула брови, молча ожидая продолжения, и оно последовало:

— Вскорости в особняк будут нанимать дополнительный штат прислуги на время приезда герцогини Саблер.

При последних словах моё сердце замирает. «Он женат?!»

А Шкет продолжает свой рассказ, не замечая моего состояния. Его фразы долетают как сквозь туман:

— Зловредная она, говорят, особа, не зря её Коброй кличут.

— Кто? — при последних словах вышла я из ступора и даже частично вернулась к реальности.

— Как кто? — возмущается мальчишка. — Ты вообще меня слушала?

— А ты не мог бы повторить последнюю фразу? — попросила смущенно.

— Летаешь ты в облаках в последнее время, боюсь я за тебя, — сделал мне выговор Шкет и без перехода продолжил: — Маргарет Луиза по прозвищу Кобра, её так при дворе называют.

Я моргаю непонимающе, что-то очень знакомое в этом имени.

— Ну, как же, — раздражается пацан, видя мое недоумение, — Маргарет Луиза Саблер, бывшая герцогиня Лаиская, а теперь её титул перешёл сынуле.

— Сынуле, — повторяю радостно за Шкетом, у меня словно камень с души упал, так легко становится дышать.

— Фу-х! — выдаёт устало мой друг. — Наконец-то! Ты не заболела? Странно выглядишь.

— Ай! — вскрикнула я, потому что в этот момент Соули случайно потянула меня за волосы.

Вроде бы случайно, но мне кажется, она заодно со Шкетом. Забираю аккуратно из её кулачка прядь своих волос.

— Давно просто её при дворе не было, — попыталась оправдаться. — Вот я и позабыла.

Вообще Кобра — выдающаяся особа, мне о ней дед не без восторга рассказывал. Во времена своей молодости она серьёзного шороху при дворе наводила. Держала в своём железном кулачке всю тогдашнюю аристократию. Даже король её побаивался. А вот покинула она двор не без содействия собственного сыночка. Тот, говорили, ловко обошёл её, заняв место при Его величестве. У них в то время страшный конфликт вышел. Кобра хотела государственный переворот учинить, и на место молодого тогда ещё короля юного наследничка посадить. Таким образом, сама хотела прорваться к власти. Она бы принцем вертела, как хотела. Но вмешался её собственный сын и разрушил все коварные планы. Маман после этого сильно была в гневе, и удалилась в свое загородное поместье с громким скандалом, где по сегодняшний день и пребывала. Зато двор облегченно вздохнул. Но ненадолго, отпрыск оказался весь в мамашу, возглавил Тайную канцелярию и быстро всё прибрал к собственным умелым ручкам. Тогда-то он своё прозвище и получил.