Романов. Том 15 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 45

Царь хмыкнул в ответ.

— Я уже говорил, князь, что буду полностью вас поддерживать, — напомнил он, после чего продолжил: — Если вы уверены в своем проекте, Дмитрий Алексеевич, не вижу повода сомневаться. Ожидайте, скоро вам позвонят из канцелярии и объявят дату старта, — принял решение Игорь I. — Устроит вас такой ответ?

— Разумеется, государь, — проговорил я.

— Хорошо. Если на этом все…

— Все, государь, — подтвердил я.

— Что ж, тогда до встречи на первом запуске, Дмитрий Алексеевич, — попрощался мой биологический брат, прежде чем повесить трубку.

Присутствие самого государя, конечно, почетно. А заодно и работает как демонстрация тотальной поддержки моих начинаний. Но вместе с тем сотрудники, которые к царскому телу никогда не подходили ближе стен Кремля, могут наделать ошибок. Одно присутствие Игоря I на запуске заставит их трястись от нервов.

И нет, люди на космодроме, которые там постоянно работают, частенько оказываются в столице с докладами. Большинство действующих сотрудников имеют награды из рук Михаила II. Так что этот контингент привык.

А вот сотрудники лабораторий, которые будут присутствовать — другое дело. Да, Михаил II лично утверждал списки, кого нанимать в секретные лаборатории, но при этом с людьми сам не встречался. Число сотрудников, которые были бы хоть раз приглашены в Кремль, исчезающе мало. Хотя именитых умов среди них хватает, Михаил II не слишком баловал их своим вниманием.

Проблема, казалось бы, не стоила и выеденного яйца, но я уже достаточно прожил в этом мире, чтобы видеть отличия от своего. Конечно, у нас правители остались лишь в качестве музейных экспонатов и персонажей виртуальных миров. Здесь встреча с царем — это действительно повод рассказывать о таком событии своим внукам. А уж награда, врученная лично государем — это высшее признание твоих заслуг, какой бы та награда ни была. И это не пустые слова, а вопрос известности твоего рода.

Набрав некое количество заслуг, вполне реально стать боярином, а это — благородное сословие, которое влечет за собой множество привилегий. Ответственности, разумеется, тоже, однако перед аристократией открываются двери, которые царским людям в принципе недоступны.

Михаил II ведь сделал все, чтобы Русское царство принадлежало ему на деле, а не на словах, как было при клане Рюриковичей. Теперь ни один великий князь не сможет тягаться на равных с Игорем I. И государь может своим указом любого человека ввести в какое пожелает сословие. Но для этого нужно постараться.

И если запуск пройдет хорошо или хотя бы удовлетворительно, сотрудники царских лабораторий без своих наград не останутся. Это ведь не только денежные премии из казны, но и престиж в научном мире, и доверие царское, которое легко материализуется в новые проекты. И на этих проектах будут стоять фамилии авторов. А это — тоже важно.

Даже среди будущих сингуляров существовала внутренняя гонка, кто сделает лучше, быстрее, эффективнее. Да, не открытая вражда и промышленный саботаж, а здоровый соревновательный элемент. Но это мы, лучшие умы планеты в своем поколении, а что говорить про обычных людей? Сотни корпораций готовы были душить друг друга, только бы получить преимущество перед конкурентами.

Единое человечество, конечно, было защищено от противоправных действий, но всегда имеются вполне законные способы вредить коллегам из соседнего небоскреба, было бы желание.

Здесь научный мир тоже борется за дотации от власти, и кому-то достается полная поддержка царя, а кто-то собирает хлебные крошки из благотворительных фондов, лишь бы ноги с голоду не протянуть. Конечно, это две крайности, но пример ясен. Чтобы перейти из вторых в первые, нужно не только вовремя засветиться, но и проявить себя.

И запуск станет либо лебединой песней действующего состава сотрудников, либо первой ступенькой перед выходом в космос бесконечных возможностей и практически неограниченного потока финансирования.

Так что пускать этот вопрос на самотек нельзя. Слишком многое зависит от успеха проекта. Да, мой биологический брат обещал мне полную поддержку, но будем смотреть правде в глаза, это благодаря репутации. До сих пор у меня все получалось, и потому у молодого государя не было причин сомневаться.

Даже этот разговор по телефону тому свидетельство. Игорь I доверился моему мнению. Однако если что-то пойдет не так, как должно, мне же и нести ответственность за провал.

— Дмитрий Алексеевич? — заметив, что я подозрительно долго сижу без движения, подала голос Марина Кирилловна.

Я повернулся к искусственной помощнице.

— Мне нужно будет нанести несколько визитов, — объявил я.

Она кивнула, приготовившись слушать мои распоряжения.

Можно было бы, конечно, вызывать ученых к себе. Однако посетив их сам, я проявлю уважение к людям далеко не глупым. Это я прибыл в этот мир с готовым багажом знаний и умений. Они всего добивались сами, и в рамках этого мира действительно заслуживали как доверия со стороны царя, так и своего высокого положения.

А потому — пора паковать чемоданы, князь.

* * *

Московский особняк великих князей Невских.

Емельян Сергеевич листал отчет на планшете, проверяя результаты работы агентуры во Франции. Отдавать власть канцлеру, который взошел на престол благодаря поддержке Русского царства, куратору ЦСБ даже в голову не пришло. А потому за деятельностью Бернара де Дамартена следили плотно, не выпуская нового короля из поля зрения.

Тем более что обновленный «Оракул», чьи сервера были устроены под посольством Русского царства в Париже, теперь позволял развернуться шире, чем когда-либо удавалось разведке.

Первое же решение нового правителя — заключить мир с Испанией — не выглядело дикостью. Умерли оба короля, исчез формальный повод для войны, ведь это у Людовика были права на земли в соседней стране. А новый монарх Испании был готов идти на уступки и вернуть свой взор на Американский континент.

Так что оба короля обменялись предложениями мира, и теперь канцелярии Испании и Франции трудились день и ночь, вырабатывая устраивающее всех решение. Не хотелось Лоренцо отдавать свои земли, но и совсем не уступить и так отобранное Людовиком он не мог.

И хотя боевые действия закончились, армия Парижа никуда не делась и ждет лишь отмашки, чтобы продолжать войну. А ресурсы Испании, едва не раздавленной ближайшими соседями, конечно, из воздуха не берутся. Технику нужно собрать, солдат рекрутировать и обучить. На все это нужны деньги и время. А ни про то ни про другое ничего хорошего в Мадриде даже самые патриотично настроенные испанцы не говорили.

А вот договор о поставках, предложенный Игорем I, его величество Бернар принял без каких-либо правок. Так что техника и оружие Русского царства, которое армия уже не использовала, отправились на склады Франции. И ей они пригодятся — откусив землицы у Испании, его величество собирался обратить внимание на Римскую империю.

Агриппа IV закончил свой земной путь так же бесславно, как и прожил его. Деспот не дал себя убить мятежникам, недовольным поражениями в войне с Османской империей. К тому же султан платил многим из своего кошелька — мог себе позволить прикупить пару сенаторов. В итоге теперь начался очередной раздел Римской империи. При этом сам султан уже официально объявил, что Рим ему не нужен, но Грецию он не отдаст.

Ватикан призывал мятежников, режущих друг другу глотки на деньги мусульман, одуматься. И Папа Римский, ратовавший за мир и объединение, однажды оступился, в результате чего сломал шею и отправился на свидание к Богу, наместником которого считался.

Германский рейх, обезглавленный Хранителями, теперь страдал не от набегов, а от самого настоящего вторжения со стороны Скандинавского полуострова. Викинги, вспомнив о древнем прошлом, без сомнений входили на немецкую землю и… оставались. Вернувший себе трон кайзер Вильгельм уже не имел поддержки и реальной власти, а был скорее временным компромиссным вариантом. Что приводило и здесь к борьбе за трон — куда сильнее немецкие аристократы беспокоились о том, кто возглавит страну, чем о том, какие земли у нее останутся, когда скандинавы закончат резать ее на куски.